Прости, если сможешь - Юлия Гойгель

— старший брат и младшая сестра. Неужели Андрей тоже станет таким снобом? Или я настолько привыкла к его вниманию и тому, что мы вместе, что не замечаю явных недостатков жениха. А они у него есть.

На выходку Ярослава с моими волосами я уже не обижалась. Ещё немного времени, и они отрастут до прежней длины. А вот к Андрею мне нужно присмотреться со стороны. Именно из-за того случая на даче. Мне казалось, что, поменяйся мы с Андреем местами, я бы врезала Яру, пусть Андрей и был физически слабее. Или взяла бы ножницы и сразу отрезала волосы, а не глупо улыбалась, глядя, как моя невеста прижимается к бёдрам другого мужчины, пусть и родственника.

— Сама пришла? Хорошо, — Яр нарисовался в коридоре, где я всё ещё продолжала стоять. — Идём!

— Твоя спутница там, — рукой указала на дверь кабинета, который занимала Лена. — Я поеду к Андрею.

— Не понял, — он схватил меня за руку. — У тебя проблемы с памятью? Или ты струсила? Андрей должен был встретиться с деловым партнером, который зачем-то везде таскает за собой жену, которая ни хрена не соображает в делах. Впрочем, как и ты. Поэтому всё, что от тебя требуется — это развлечь жену нашего потенциального партнера своим пустым бабским трепом. Что из этого тебе непонятно?

— Не трогай меня, — я так резко вырвала свою руку, что сильно ударилась локтем об оштукатуренную стену офисного коридора. На глазах невольно выступили слёзы. И смотреть не нужно, чтобы узнать, что до крови счесала локоть.

Впрочем, жалко было не столько локтя, сколько дорогой красивой блузки, которую я надела для делового ужина.

На свою стипендию и мамину зарплату кассира обычного супермаркета новыми вещами даже с рынка я себя не баловала. Андрей сделал несколько неловких попыток помочь мне финансово, но я так и не смогла принять от него деньги. Всё же мы пока не женаты, и просто взять деньги от мужчины… Я буду чувствовать себя обязанной.

Но несколько дней назад мы с Андреем съездили в бутик, где я выбрала себе немного вещей, чтобы не казаться рядом с женихом совсем уж оборвашкой на подобных мероприятиях.

— Покажи руку, — Ярослав попытался вновь схватить меня за руку, я отшатнулась, случайно скользнув по нему ударенной рукой. На его белой рубашке остались пятна крови.

— Яр, ты выбрал невесту Андрея в качестве мальчика для битья? — промурлыкала Лена, выходя на шум. — Ой, ты испачкался. В кабинете же есть другая рубашка? Идём, нужно переодеться.

Она стала расстёгивать рубашку брата, ловко орудуя своими наманикюренными пальчиками. Но тот раздраженно сбросил её руку.

— Лена, это деловая встреча. Между прочим, с тем человеком, которого ты пыталась соблазнить на прошлом ужине, не стесняясь присутствия его жены. Скандалы в бизнесе мне не нужны. Ты какой опыт пришла в компанию получать?

— Яр, ты ещё громче не мог сказать? Не все услышали, — прошипела Лена и, быстро развернувшись на каблуках, ушла.

— Покажи, — Градов силой затолкал меня в собственный кабинет.

Длинный рукав блузки здорово пропитался кровью. Тонкая ткань не выдержала и порвалась. Но, чтобы увидеть локоть, рукав, как минимум, нужно было стянуть с плеча, расстегнув блузку.

Мужчина одним движением посадил меня на собственный стол, но не стал расстёгивать маленькие пуговки-жемчужинки, просто разорвав ткань. Я попыталась хоть немного стянуть края блузки.

— Посиди тихо, — рявкнул он. — Мы опаздываем!

Скомкав то, что осталось от моей блузки, он выбросил её в мусорную корзину, стоящую под столом.

— Да не буду я на тебя смотреть! Зачем ты мне нужна! — с раздражением добавил, когда я инстинктивно согнулась, чтобы спрятаться от его глаз.

Это верно. Моя небольшая аккуратная грудь была укрыта кружевной чашкой лифчика. Я лишь недавно смогла позволить себе красивое бельё и пользовалась этим. А Яр, без сомнения, видел это каждый день. И бельё, и грудь поинтереснее. Обработав локоть и заклеив пластырем, он всё же обратил на меня внимание:

— У тебя же есть запасная блузка в кабинете?

Я посмотрела на него взглядом вчерашней школьницы:

— Конечно нет. Гардеробы в кабинетах имеют лишь руководители фирмы. Кто я такая, чтобы он был у меня?

— Ладно. Встреча деловая. Всё время будешь сидеть на месте. Сейчас наденешь одну из моих рубашек.

Естественно, она мне была широка и велика до безобразия. Недолго думая, Градов офисным степлером заколол всё лишнее и спрятал под пиджак. Этого у него было не отнять. Он действительно мог найти выход из любой ситуации.

— Сильно не вертись, чтобы не поцарапаться скобами, — посоветовал мне.

Встреча прошла вполне успешно. Ярослав снизошел до любезности и подвёз меня домой. Он изумлённо смотрел, как я снимаю свой пиджак, затем испорченную рубашку и вновь надеваю пиджак.

— Это твое, — положила рубашку ему на колени и взялась за ручку дверцы.

Конечно, вещь была испорчена. Яр ее выбросит в первую попавшуюся урну. Но брать от него хоть что-то мне не хотелось.

— А плата за прокат? — мгновенно сориентировался мужчина и прежде, чем я успела выскочить из машины, резко привлек к себе, впиваясь поцелуем в мой рот.

Его губы врезались в мои грубо и напористо. Так, словно он не целовал, а брал без спроса, силой. Я вскрикнула, но звук утонул в его рту. Мужская рука сжала мой затылок, вторая впилась в талию, не давая дёрнуться. Я ударила ладонями по его груди, но это оказалось бесполезным. Он даже не качнулся. Только сильнее прижал меня к себе, вынуждая запрокинуть голову.

Его наглый язык скользнул глубже, и я перестала дышать.

А в голове, как назло, вспыхнуло другое воспоминание. Андрей. Наш первый поцелуй на скамейке возле кафе. Он спросил разрешения. Аккуратно коснулся губ. Его поцелуй был тёплым, мягким, чуть влажным. Приятным. Как чашка какао перед сном. Я улыбнулась тогда. Подумала: «Как мило». А через час уже забыла, какими именно были его губы на вкус.

Сейчас я не могла забыть ничего.

Яр кусал мою нижнюю губу до искр перед глазами. А потом вдруг прикусил и потянул, заставляя приоткрыть рот шире. Грубость, с которой он это делал, не оставляла места для нежности. Но почему-то мои руки перестали отталкивать его. Вместо этого они вцепились в ворот его рубашки.

Он отстранился так же внезапно, как и напал. Губы влажно блестели в полумраке салона. Дышал