Киевская и Суздальская земли XII-XIII веков - Пётр Николаевич Полевой

тотчас по принятии крещения (в 988-м), и построена на том самом холме, «вне двора теремного», где стоял до того времени кумир Перунов. Первоначально церковь была деревянная, судя по тому, что Владимир, по выражению летописи, приказал всюду рубить церкви, а в том числе и церковь Св. Василия, построенную в честь того святого, которого имя дано было Владимиру при крещении.

Чтобы понять дальнейшую историю этой церкви, необходимо определить место того теремного двора, близ которого она была построена. Г. Закревский, лучший знаток древней киевской топографии, говорит, что в киевском детинце, от времен Ольги был один и тот же двор княжий, быть может, подвергавшийся при последующих князьях распространению и перестройкам, но не изменивший своего места. Он находился на южной стороне детинца между нынешними церквами Трехсвятительской и Андреевской, и, переходя от одного князя к другому, от Владимира и Ярослава к их потомкам, он же слыл впоследствии то Ярославовым двором (1037 г.), то Великим (1183), то Новым (1194 г.). Вот почему мы имеем полное право предполагать, что каменная церковь Св. Василия на Великом дворе и на Новом дворе, упоминаемая дважды в XII в., была воздвигнута на том же месте, на котором стояла древняя Владимирова деревянная церковь. Кем именно воздвигнута каменная церковь, определить трудно, тем более что различные летописи приписывают сооружение ее различным князьям и различным годам. В первой трети XIII в. при церкви Св. Василия упоминается монастырь. Остатки церкви Св. Василия – две полуразрушенные стены в 5–6 фут. вышиной, покрытые греческими надписями, видны были еще в половине XVII в. С конца XVII в. на месте разрушенной церкви Св. Василия стоит нынешняя Трехсвятительская церковь. В 1838 г., в 20 шагах от церкви, открыты были глубокие пещеры с отдельными ходами в разные стороны; ходы эти заканчивались завалами. Пещеры вырыты были в твердом глинистом песчанике и совершенно сходны с пещерами лаврскими.

Церковь Десятинная, в честь Пресвятой Богородицы (предполагают: Успенья Богородицы) заложена была Владимиром в 989 г., а окончена в 996 году. Построена она была на месте двора варяга-мученика, в северной стороне детинца. Мастера для постройки этого храма призваны «от грек», и присмотр за работами поручен Анастасу Корсунянину; а потом приставлены к ней на служение попы корсунские и перенесены в нее иконы, сосуды и кресты, взятые Владимиром в Корсуни.

Рис. 1. Церковь Рождественская, построенная Петром Могилою из остатков Десятинной

Название Десятинной церковь получила, как известно, оттого, что Владимир при освящении ее принес ей в дар десятую долю всех своих доходов и положил в церковь запись о десятине на вечные времена, запись, налагавшую проклятие на каждого, кто бы решился изменить или осудить его завет. В 1007 году привезены были из Греции иконы для Десятинной церкви. В 1017 г. страшный пожар, истребивший большую часть Киева, повредил и церковь Десятинную. Возобновленная Ярославом I, она была вновь освящена митрополитом Феопемптом в 1039 г. В 1044 г. туда, по желанию Ярослава, перенесены были окрещенные кости Ярополка и Олега Святославичей. В 1078 г. в Десятинной церкви погребено тело великого князя Изяслава Ярославича, а в 1093 г. – Ростислава Мстиславича. В 1169 г. Десятинная церковь, в числе прочих храмов киевских, подверглась ограблению от воинов Андрея Боголюбского, а в 1203-м – от воинов Рюрика, расхитивших драгоценности, книги и другие вещи, пожертвованные князьями. С западной стороны, против Десятинной церкви, на торговой площади, носившей название Бабина Торжка, поставлены были еще от времен Владимира две статуи и четыре бронзовых коня, взятых из Корсуни.

Тщательное исследование древнего фундамента Десятинной церкви и внимательное изучение всей окружной местности привело к возможности составить себе некоторое, довольно правильное понятие о размерах и внутреннем, великолепном, по тому времени, убранстве Десятинной церкви. Церковь была четырехугольная, длиною посередине около 24 саж. и шириною 16 саж. Восточная или алтарная часть фундамента, подобно другим древним церквам киевским, имела три выступа или округлости, из коих средняя была более боковых. По остаткам, найденным при отрытии фундамента, можно догадываться, что у церкви Десятинной был архитрав[7], украшенный греческою надписью и большими круглыми муравлеными розетами[8]; что карнизы состояли из гранита и местами из белого мрамора, а стены украшены были пилястрами[9]. Внутренняя отделка храма была еще великолепнее: пол мозаичный из тяжелых плит, а в алтаре – из разноцветных мраморов, яшм и из плит муравленых наподобие кафеля[10]. Колонны из белого мрамора с такими же базами, капителями и карнизами поддерживали хоры (полати), о которых упоминает летопись. Цоколь[11] состоял из полированного красного гранита; стены алтаря были покрыты мозаикою, а стены остального храма поверх штукатурки расписаны фресковою живописью, весьма несовершенною по очертаниям рисунка, но и теперь еще изумляющею нас живостью красок.

Десятинная церковь, при взятии Киева Батыем, была последним оплотом киевлян против татар и, вероятно, потому именно более всех церквей пострадала. О дальнейшей судьбе ее нам известно только то, что Петр Могила в 1635 г. вздумал поднять ее из развалин и воздвиг на древнем фундаменте и части уцелевшей стены маленькую церковь в честь Рождества Богородицы, которая мало-помалу пришла в ветхость и была снесена для постройки нынешней обширной Десятинной церкви. Новая Десятинная церковь, хотя и стоит на месте древней, но ничего не имеет с ней общего, так как не только стена Могилиной церкви была при постройке новой разрушена, но и даже и самый фундамент древней Десятинной церкви был уничтожен, а на место его заложен новый.

Рис. 2 Остатки древней Десятинной церкви (до срытия)

Переходим к эпохе Ярославовой, особенно обильной памятниками замечательными, можно почти сказать, величественными по тому времени и (по особенному счастью) уцелевшими до наших дней, несмотря на пережитые века невзгод, разорений и небрежения. Ярослав, проникнутый важным значением Киева, видимо, задался известным планом при тех важных постройках, которыми он украсил расширенный им стольный город. Должно предполагать, что часть Горы была уже и при отце его заселена, хотя на месте Св. Софии, еще за год до заложения собора, было «поле вне града», на котором и происходила в 1036 году, во время набега печенегов, отчаянная битва с ними. И уже в 1037 году Ярослав начинает приводить в исполнение свой обширный план обновления стольного города. Прежде всего, он обносит всю Гору стеною или валом, в котором устраивает на юго-западной стороне великолепные ворота, получающие название Золотых. Затем закладывает «Св. Софью, митрополию русскую», и два монастыря – Св. Георгия (в честь своего святого) и Св. Ирины; наконец, над Золотыми воротами ставит церковь Благовещенья. Хотя все эти постройки упоминаются летописцем под одним и