Лекарь из Пустоты. Книга 7 - Александр Майерс

— Именно так. Надоело, знаешь ли, валяться без дела. Увидимся!

Иван быстро пожал мне руку и выскочил из кабинета с энтузиазмом, которого я давно в нём не видел.

Хорошо. Иван снова в строю. И у него есть цель.

Российская империя, Новосибирская область, усадьба рода Серебровых

Прощальный ужин для Николь устроили в большой столовой.

Слуги постарались — стол ломился от угощений. Жаркое из телятины, запечённая рыба, салаты, домашний хлеб. И, конечно, десерты — Николь обожала сладкое, и об этом все уже знали.

Маркиза выглядела счастливой. Румянец на щеках и лёгкая улыбка не покидали её лицо.

— Я хочу сказать тост за вашу семью! — произнесла она, поднимая бокал с вином.

Все замолчали, глядя на неё. Татьяна покосилась на меня и улыбнулась.

— Мне так приятно, что вы приняли меня в своём доме, как родную. Понимаете… всю жизнь я жила с проклятием, которое отталкивало от меня всех. Я не могла быть рядом с людьми, не могла иметь друзей, не могла просто жить нормальной жизнью, — осторожно подбирая слова, сказала Николь.

Татьяна сочувственно кивнула. Мы с Дмитрием внимательно слушали девушку.

— Поэтому мне особенно приятно, что вы отнеслись ко мне с таким теплом. Вам отдельное спасибо, Юрий, — Николь взглянула на меня как-то по-особенному.

— Не нужно благодарностей, — я покачал головой.

— Нужно. Потому что без вас я бы до сих пор сидела взаперти в своём поместье, боясь выйти к людям. Знаете, мне будет очень приятно, если весь род Серебровых посетит нашу усадьбу во Франции. Наша семья будет искренне рада вас принять, — призналась маркиза.

Татьяна улыбнулась в ответ и сказала:

— Спасибо, дорогая. Мы обязательно приедем.

Мы выпили за здоровье и процветание обоих родов. Потом разговор потёк своим чередом — о погоде, новостях, планах на будущее.

После ужина мы с Николь вышли в сад. Вечер был тёплым, звёзды только начинали появляться на темнеющем небе.

— Когда следующий сеанс? — спросила она.

— Пока не знаю. Нужно дать вашей ауре время полностью стабилизироваться. Мы провели большую работу, и теперь нужно подождать, — ответил я.

— Вы приедете во Францию?

— С радостью. Можем провести сеанс там, — кивнул я.

— Это будет чудесно, — тихо сказала Николь.

Мы помолчали. Потом маркиза негромко добавила:

— Я буду скучать.

— Не стоит. Мы обязательно ещё увидимся, как минимум трижды, — я с улыбкой посмотрел на неё.

— А потом? — прошептала Николь.

— А потом — кто знает, — уклончиво ответил я.

— Что ж… Тогда до завтра, граф.

Она легко коснулась моей руки и ушла в дом, готовиться к завтрашнему отъезду.

А я остался стоять в саду, глядя на звёзды и думая о том, что будет дальше.

Королевство Швеция, город Стокгольм

Вячеслав Олегович Карташов неспешно доедал лосося.

Ресторан был хорош — тихий, уютный, с видом на набережную. Не чета петербургским заведениям, конечно, но для эмиграции сойдёт. К тому же здесь его никто не знал. Никто не тыкал пальцем, не шептался за спиной, не вспоминал позор с тестем-прокурором.

Медведев теперь находился под следствием и сидел в особом изоляторе СБИ. А Карташов благополучно сбежал за границу с приличной суммой на счетах.

Могло быть и хуже.

Вячеслав отпил вина и задумался о будущем.

Весь бизнес в России он продал — быстро, почти за бесценок, но выбора не было. Барон не рискнул испытывать судьбу, опасаясь гнева Белозёрова.

Зато теперь он свободен. Сам по себе. Никаких обязательств, никаких хозяев. И связи никуда не делись.

Карташов вспомнил Ларссона — шведского барона, с которым познакомился на каком-то приёме лет пять назад. Они тогда неплохо поладили, даже обсуждали совместный бизнес. Правда, ничего не вышло, но контакт сохранился.

Можно попробовать начать заново. Объявить себя политическим диссидентом, жертвой произвола российских властей. Шведы такое любят — у них давняя неприязнь к восточному соседу. Присягнуть королю, получить подданство, а там могут открыться интересные возможности.

Контрабанда в Петербург, например. Можно возить товары в обход таможни и зарабатывать неплохие деньги. Или заняться чем-то ещё — информацией, посредничеством, чем угодно.

Главное — выжить и подняться.

Вячеслав Олегович допил вино и жестом подозвал официанта. Расплатился, оставил щедрые чаевые — надо же производить хорошее впечатление на местных — и поднялся из-за стола.

На улице было прохладно. Типичный скандинавский вечер — серое небо, влажный ветер с моря, редкие прохожие в тёмных пальто.

Карташов двинулся в сторону своей гостиницы. До неё было минут десять пешком, и он решил прогуляться. Подышать воздухом, подумать о планах.

Задумавшись, барон не заметил идущего навстречу пешехода и столкнулся с ним плечами.

— Простите, — буркнул Карташов по-английски.

Мужчина не ответил. Просто пошёл дальше, растворяясь в вечерних сумерках.

Вячеслав Олегович хотел было выругаться под нос, но тут почувствовал боль в руке. Слабую, будто комар укусил.

Он машинально посмотрел на тыльную сторону ладони и увидел каплю крови. Через секунду наступило странное онемение, которое начало расползаться от места укола.

Карташов похолодел.

Яд. Его отравили. Тот прохожий уколол его отравленной иглой!

Но как⁈ На нём же защитный амулет, который должен защищать от любых магических и физических атак!

Как этот ублюдок уколол его через щит⁈

Вячеслав Олегович лихорадочно огляделся. Того мужчины уже не было видно, да барон его и не запомнил. Улица была почти пуста — ни прохожих, ни машин, ни полицейских.

Нужно позвать на помощь. Нужно найти целителя. Нужно…

Онемение добралось до локтя. Потом до плеча. Потом…

Ноги барона подкосились. Карташов рухнул на холодный асфальт, не успев даже вскрикнуть. Тело отказывалось слушаться, лёгкие не могли вдохнуть воздух, сердце билось всё медленнее и медленнее.

Последнее, что он увидел, — серое шведское небо над головой.

Российская империя, город Новосибирск, завод «Аргентум»

Я решил провести на заводе незапланированную инспекцию и прибыл туда ранним утром. Начал с производственных цехов.

Завод работал как часы, и меня это порадовало. Размеренно двигались конвейеры, рабочие в белых халатах и защитных масках контролировали каждый этап. Запах трав и магических реагентов висел в воздухе.

— Ваше сиятельство, рады вас видеть, — главный технолог встретил меня у входа в первый цех.

Мы прошлись вдоль линии. Я останавливался у каждого участка, задавал вопросы, выслушивал ответы. Рабочие поначалу нервничали, ведь не каждый день хозяин лично заглядывает в цех, но быстро расслаблялись, видя, что я не собираюсь никого распекать.

— А это наша новая установка для очистки экстрактов. Заменили старую, которая постоянно ломалась. Теперь работает без сбоев, — главный технолог указал на громоздкий агрегат в углу цеха.

— Впечатляет, — кивнул я.

Мы перешли в следующий цех