Молох - Оксана Николаевна Сергеева

и этот период показался ему вечностью. Кир соскучился, обещал, что заедет этим вечером, но сегодня один из высоких чинов праздновал у них свой юбилей. Присутствие Скальского понадобилось дольше, чем он ожидал, и это его нервировало.

Улучив момент, когда внимание к его персоне ослабнет, Молох вышел из зала, чтобы позвонить, но Скиф догнал его, разрушив надежду на минутное уединение.

– Кир, там Юрченко пришел. Говорит, долг принес.

– Кеш? – удивился Скальский.

Они давно не работали с наличными, проводя всё через криптобиржу.

– Кеш в руках, маски-шоу в кустах. Я сказал в цоколь его проводить, не сюда же с сумкой, полной бабла, тащить. Что делаем?

– Вот паскуда, – Кир задумался. – Илья где?

– В игровом зале остался.

– Ладно. Будьте там, я дам знать.

Молох спустился в цоколь, где его ждал тесть Чижова в присутствии охраны.

– Добрый вечер, Валерий Николаевич, – поприветствовал его Скальский. – Чем обязан?

– Я деньги принес, – ответил Юрченко и поставил перед ним объемную сумку прямо на бетонный пол.

– Какие деньги?

– Которые вы просили.

– Я просил? – словно удивился Молох. – Я ничего у вас не просил. У нас вполне себе преуспевающий бизнес, который не нуждается в сторонних инвестициях. Вы что-то перепутали, – сказав это, он повернулся к охраннику, указав на сумку: – Видишь посторонний предмет? Действуй по инструкции. И скажи, чтоб все входы открыли, пока эти маски-шоу двери не начали ломать. Двери и замки у нас дорогие. У меня в казино сейчас как раз с десяток слуг народа веселится и столько же избранников. Им не очень понравится, что их вечеринка так быстро завершилась.

Сотрудник безопасности кивнул и позвонил в полицию, сообщив, что в цоколе здания найден бесхозный предмет, похожий на взрывное устройство. Кир связался со Скифом и дал команду выводить людей из здания, начиная с игрового зала.

Юрченко побагровел и заметался. Начал верещать о том, что принес деньги, которые у него вымогали, и что они за это ответят.

В эту минуту в цокольный этаж спустился Чистюля с одним из высокопоставленных гостей казино, а с другого входа влетела толпа бойцов спецназа с громогласными воплями о том, что всем надо лечь на пол. Однако, кроме Юрченко, никто мордой в пол не уткнулся, а сами бойцы как-то притихли и даже отступили при виде невысокого, полноватого человека с глубоко посаженными глазами и орлиным носом.

– Это что такое? – спросил этот невысокий человек и резко развернулся, по-птичьи раскинув руки.

– Сам не понимаю. Недоразумение какие-то, – невозмутимо пожал плечами Кир.

Высокий полицейский чин опустил свои руки-крылья и шагнул вперед:

– Ну-ка, пошли отсюда все! Забирайте с собой это фуфло, – пнул сумку, – и валите на хер! Я еще завтра узнаю, кто вам добро на всё это дал! – зарявкал он.

Юрченко схватил сумку и поспешил убраться восвояси вслед за бойцами.

– Мой сотрудник уже в дежурную часть позвонил. Нам проблемы не нужны.

– Какие проблемы? О чем ты? – покривился невысокий человек и достал телефон. – Сейчас всё решим. Мне только везти начало.

– Уверен, что фарт вас сегодня не покинет, – отозвался Кир.

Они поднялись в игровой зал, выпили у бара за удачу, которая в этот вечер была ему обеспечена, и Скальский собрался уходить.

– Что с Юрченко делаем? Убираем? – подловил его Виноградов буквально на выходе.

– Не такая уж важная фигура, чтоб об него мараться.

– Согласен, – кивнул Макс. – Давай сольем всё, что на него есть. Он до утра не доживет – свои же грохнут.

– И Чижа вместе с ним. Еще раз ему руки-ноги сломают. С головой на этот раз.

– Цыпе привет, – ухмыльнулся Макс. – Ты как-нибудь договорись с ней насчет котлеток.

– Ага, она мне даже кашу по утрам больше не варит – в ресторане завтраки заказывает. Не те, говорит, у нас отношения. А ты котлеток захотел.

Скиф хохотнул.

– Плохо. Но ты все-таки с ней поговори…

Глава 22

Глава 22

Он пришел позже, чем планировал. Квартира была погружена во мрак, только в прихожей горели настенные светильники. Кир подумал, что Ева не стала его дожидаться и легла спать, но она выпорхнула из спальни веселая и бодрая, в одном из своих умопомрачительных сексуальных нарядов, и бросилась ему на шею. Он подхватил ее, приподняв, крепко прижал к себе, и сначала они стояли, обнявшись. Впитывали тепло друг друга и эту сочащуюся сквозь кожу радость встречи.

Именно в такие моменты Молох чувствовал, что Ева вся его. От кончиков ногтей до кончиков волос. Ему хотелось навечно сохранить в себе это ощущение удовольствия от простого соприкосновения их тел. Они идеально совпадали, были на одной волне и на одном языке говорили.

– Я думал, что ты уже спишь.

– Нет, я ждала тебя, – Ева улыбнулась.

Он отпустил ее. Снял пиджак, убрал его в шкаф и только потом поцеловал Еву.

Она была прелестна в своих кружевах, хотя ей совершенно не нужно было ничего такого предпринимать и как-то по-особенному наряжаться, чтобы быть для него привлекательной. После недолгой, но болезненной разлуки он неудержимо, до боли в скулах, до судорог ее хотел. И ему было совершенно плевать, что на ней надето и в каком она виде.

Мягкость губ и ответная страсть тут же вскружили ему голову. Кир приподнял ее стройную, тоненькую фигуру и понес в спальню, всё крепче и сильнее прижимая к себе.

Еве было трудно дышать от его хватки, но она любила его руки и заключенную в них силу. Любила его волю, которая проходила сквозь нее разрядом и которую он мог выразить одним жестом или взглядом. Она продолжала его целовать, упиваясь чувственной разницей между жесткостью рук и нежностью их поцелуя.

– Странно, что у нас сегодня нет никакой пирушки. Я думал, ты обязательно что-нибудь устроишь…

– Я всё устроила. Ты двигаешься в правильном направлении.

– В спальню?

– Почти, – улыбнулась она.

– Все-таки будет постанова…

Он дошел до спальни и поставил Еву на пол.

Дверь в ванную комнату была распахнута, и вся романтика находилась там. Полный комплект. Концентрированно-любовная, скулосводящая атмосфера, включающая в себя аромат благовоний, горящие повсюду свечи, клубнику со сливками, холодное шампанское и горячую ванну с пушистой, вываливающейся за борта пеной.

– А вот