Жажда бессмертия. Том 5 - Морфиус

одной гранатой их не пробить, и тварь вскакивает, чуть снова не заваливаясь. Выстрел. И я резким движением ухожу от нового плевка, правда, кажется, и так ушедшего бы мимо. И все это без просветления…

Крых! — Одна капля втекает в тело, прожигая на своем пути плоть и меридианы. Сколько я уже сожрал вот так вот, по одной? Точно больше пятидесяти… Но мои мысли прерывает боль в руке и ударная волна последнего гласа, который с такой дистанции, сокращаемой мной все это время, сметает гвардейца, оглушая его.

А дальше вступает в дело уже Нелл, пробивая нагинату через покров и толстую броню. Я же остаюсь смотреть на прущего на нас голиафа. Они были все похожи. Невероятно массивные. Невероятно крепкие, длинной метров под восемь, и чуть ли не шире в толщину. Такой твари уже и гранаты, и игольники не помеха. И единственный путь к победе, измотать его энергетически.

Убежать тоже не выйдет. Мы пытались со вторым, решив не напрягаться и не тратить силы. Но когда этого здоровяк понял, что мы убегаем, то резко ускорился. Конечно, бегом от него моно было свалить. Но бегом уже мы не могли двигаться, иначе налетели бы на новых тварей. А когда ты постоянно сражаешься, твоя средняя скорость передвижения падает очень сильно.

Справа воздух взрывается малиновым пламенем, насыщенного до предела посоха. Пятьдесят капель. Кажется, посох света начинал искрить уже на тридцати. А еще, судя по подпалинам на дереве и трещинам на камне в навершии, что при ближайшем рассмотрении оказался какой-то окаменелостью, будто бы из куска чьих-то мышц, посохи могли ломаться.

Это было чудовищно печальной новостью, и хотелось думать, что оно не так. Но или так было заложено, или мы просто использовали артефакт сверх меры, не давая «остыть», но он постепенно чернел. На сколько его еще хватит, на тысячу применений? А может это вообще бред, и с него просто слетает «заводской блеск»?

Сквозь ревущую волну пламени к нам попыталось пробиться сначала несколько духовных снарядов, а потом и целый «вал пожирания». Так мы назвали технику голиафов, чья суть была проста. Утопить все живое перед собой в мощной волне агрессивной ци. Но огонь сжирал все, не позволяя ничему прорваться.

Крых! — Новая партия летунов валится вниз, но я не отвожу взгляда от затухающего пламени, сквозь которое уже через секунду в нашу стороны вылетает огромная туша, чадящая горелым хитином, с отваливающимися кусками брони и плоти. Но все еще живая и опасная.

Из обгорелой головы, покрытой просто чудовищным количеством брони в нашу сторону полетели сгустки энергии, а сгоревшие лапы попытались вырваться вперед в мощном ударе. Конечности у этих тварей, несмотря на общую несуразность тела, были весьма длинными и опасными.

Брум! — Воздух пронзило гравитационной волной от отпрыгнувшей назад Вероники.

Тан! — Добавил и я удар звуком, стараясь нащупать новую ноту. Превратить свист в тяжелое биение колокола, неумолимого в своей пробивной мощи. Хитин затрещал, а голиаф попытался совершить новый рывок вперед, своей тушей давя козявок. Но я ушел техникой быстрого шага, остальные тоже не остались стоять на месте.

Брум! — Второй удар от Вероники. А она в них научилась вкладывать очень много ци. Мои хлопки и близко не стояли по такой энергонасыщенности. Я же, выгадав момент, кинул сразу две гранаты, чтобы уж наверняка. А следом и Нелл подключилась, запуская новую волну пламени, уже только на десяток капель, ведь насыщение оружия требовало времени. Но промятый и пробитый покров наконец пал под таким натиском, пропуская пламя внутрь и зажаривая жука.

Добивание, как обычно, было на Нелл. А вот я, развернувшись, подхватил флаг духа. Мой осьминожка-дух умудрялся выживать в этом аду, хотя у той же Нелл пауки дохли один за одним. Но она и клепала их массово, а вот я вкладывал все в одного пета. И сейчас это дало свои плоды. Я словно, наконец, прозрел, увидев мутную картинку, скорее даже легкий образ, но точно понял, что это образ того, что увидел дух. Странный, непохожий на человеческое зрение, скорее видящий мир как сгустки силы и эмоций.

Через секунду наваждение пропало, оставляя меня своими глазами рассматривать мир, пока ноги несли меня к остальным. Основная группа, бесполезная против Голиафа, занималась тем, что отбивалась от мелочевки, вот только одно тело, мелькнувшее на жвалах муравья-воина, слишком крупного и, похоже, уже проходящего трансформацию в гвардейца, сразу снизило настроение до уровня хуже некуда.

Через несколько секунд тварь поджарил молниями Роман, а потом и Омар с остальными подключились. Но когда подоспел я, волной оглушая остальных монстров, нашим взглядам предстал уже второй труп с перекушенной шеей. Он еще был жив. Еще двигался и захлебывался кровью, задыхаясь. Но это был труп.

Карл, крепкий боец из кровавых. Тело уже затихло, но познание все еще считало его живым. Тела идущих были куда крепче, правда, от таких вот смертельных ран это не спасало, лишь отсрочивало неизбежное. Наверное, я мог бы его добить или приказать это сделать другим. Ведь как бы это ни звучало ужасно для тех, кто еще не принял новые реалии, но если смерть неизбежна, лучше было бы, чтобы она послужила на благо других. В другой ситуации я может быть, так и сделал бы. Но сейчас меня уже словно тошнило от обилия кристаллов. Мы получили их столько, что кидали россыпями в кольца, создавая целые залежи. И убивать товарища ради еще горстки сейчас казалось даже мне чудовищным. Пускай он и был для меня почти чужим, статистом, и к тому же кровавым.

Мы набрали уже так много наград, что каждый здесь мог бы встать вровень со мной, или хотя бы примерно досигнуть похожего уровня. Если бы кто-то дал им время, которого у нас не было. Не было даже десяти минут…

— Вперед! Не раскисать! Нам осталось километров десять! — Наконец, проревел я, отвлекая всех от смерти товарища и сам удивляясь той мощи и уверенности, что появилась в голосе. Хотя все было просто. Повернуть назад я уже не мог. Не мог по множеству причин. А значит, оставалось только добраться до выхода. Взгляд мазнул по измученным, израненным людям. У кого-то были и резаные, рваные раны, от лап тварей.

Не всегда покровы справлялись. Когда ты держишь защиту уже много часов, постоянно активно применяя ее против стрекоз, против яда, в жидком и уже летучем виде, когда ты устал, отравлен, по тебе бьют твари, организм и