Без пяти полночь… - Лазарь

— Сейчас, милый! Потерпи! Я помогу! Сейчас! — лихорадочно повторяла она, вливая в него крохи своей силы.

Он был пока жив, но осталось недолго.

Тру-ту-ту… Застучали выстрелы, выбивая остатки стекла из рамы, кроша дерево и мебель. Воздух наполнился пылью и запахом пороха от прилетевших пуль.

— Ну, суки! Сейчас я!… — с заметной яростью прошептал Крутиков, выхватил пистолет и собрался вскочить.

— Лежать! — рявкнул на него, рванув его вниз. — Сдохнуть захотел, герой хренов⁈ Пока не скажу, даже башку не смей поднимать!

— Пошёл ты! Я не буду прятаться… Ай, мать твою! — последнее было от прилетевшего куска рамы по голове. Стрельба и не думала пока стихать, а наоборот. К очередям добавились одиночные ружейные выстрелы. Это, похоже, местные решили объяснить пришлым всю их неправоту. Только силёнок у них надолго не хватит.

Пока Петька приходил в себя от прилетевшего в него бруска, я оглянулся на затихшую парочку. Дела выглядели у них хреново.

Светлана прикрыла мужа собой от новых очередей и закономерно поплатилась. Парочку новых отверстий в её спине рассмотрел чётко, но она тоже пока была жива. Целители, даже такие слабенькие, живучие твари.

Не поднимаясь с пола, просто перекатился и оказался рядом с ними, после чего особо не церемонясь стащил вниз. На их стоны и прочие признаки жизни было плевать, не до сантиментов сейчас.

Первым подлатал мужика, а то на волоске висел. Влил в него ударную дозу энергии, убедился в том, что она начала действовать, и занялся Калязиной. Хотя занялся, слишком громко сказано. Вдох, волна силы по её организму, а дальше он без меня справиться. Успел я очень вовремя, вернее даже раньше срока на пару секунд.

Что за срок? Для встречи дорогих гостей. Как раз пули перестали делать из дома решето.

Рывок к двери и без долгих размышлений вмазать по ней ногой от всей моей широты души. Треск разрываемого дерева, и вот уже летит треснувшая дверка вместе с незваным гостем, который хотел открыть её рывком, в сторону сарая. Смачно приложило их об него, строение содрогнулось.

— Стучать сначала надо, чертило, — не сказал, а рыкнул. Это бес наружу полез, желая поучаствовать в веселье. — Башки не поднимать, сидеть здесь, а я пока посмотрю, кто это там такой шумный.

Горжусь собой. Почти. Бес слушается и не пытается туманить разум, как раньше. Пусть мне хочется сейчас порешить тут всех с особой жестокостью, но ведь не делаю же. Держу себя в руках и сознательно выбираю цели, чтобы выпустить пар, не трогая Петьку с местными.

Сам Петька же забыл, как дышать. Икнул только разок и вот после этого забыл по причине самой уважительной. Стрёмно ему стало, притом резко и сразу. Его напарник по этому делу из вполне нормального парня, который пусть и открылся за время разговора со Светланой немного с другой стороны, — пытка Сергея заставила Крутикова немного усомниться в адекватности агента Б. К. Р., — то сейчас на его глазах мгновенно превратился в спятившего психа. Кем ещё его можно было посчитать, смотря, как тот с жуткой улыбкой шагнул за порог дома, бормоча, почти подпевая, под нос:

— Мы идём с тобой игрррать, ррручки, ножки отрррывать, головой игрррать в футбол, серррдце вырррвем, пасть порррвём! ДУШИ ВАШИ ЗАБЕРРРЁМ!

Над Крутиковым подшучивали в полиции за его иногда наивные взгляды. За то, что тот всегда старался всё делать по совести, искренне стараясь следовать присяге и девизу «Служа закону, служу народу!». Поэтому все самые скучные или бесперспективные дела скидывались на парня, чтобы тот не путался под ногами. Даже это дело с пропавшими повесили на него, потому как никто не хотел, да и не собирался заниматься поисками исчезнувших бродяг, пьяниц да зэков. Хотя как раз бывшие сидельцы и заставили хоть как-то шевелиться полицию города, но сейчас не об этом. Парня могли считать наивным дурачком, да кем угодно, но никто и никогда не мог сказать, что он трус. Если Петька считал себя правым, то не отступал, несмотря ни на что.

Вот и сейчас парень недолго провалялся в ступоре, встряхнулся, влепил сам себе по роже, а потом перекатился к выходу, крепко сжимая пистолет в руке. В голове билась сейчас только одна мысль, что выстрелы возобновились с новой силой, а его напарник один против всех. Так быть не должно.

Крутиков поднялся на ноги и прижался к косяку, после чего выдохнул, собираясь с духом, а потом рванул из дома в сторону кучи наколотых дров.

— Охренеть, — потрясённо сказал парень, не боясь быть услышанным. Канонада от выстрелов стояла та ещё.

Лейтенанту приходилось видеть проявление силы сверхов только в сети, где хватало роликов такой тематики. В их городе не было сильных одарённых, а те, что были, работали на администрацию города, вернее даже на их бессменного мэра, но силами особо не светились. Просто все знали, что они есть, и всё. Людей не трогали, законы особо не нарушали, а потому Петька ими не очень интересовался.

К чему это всё? Да к тому, что он прямо сейчас рисковал стать участником одного из многочисленных видео, притом одного из самых жутких.

Сполохи от толстых электрических разрядов, что опутывали Морозова, освещали собой всё вокруг, а пули, летящие в сверха сплошным потоком, и грохот от выстрелов добавляли нереальности происходящему, но это было не всё. Больше всего привело в ступор Крутикова то, что делал его напарник. Он с хохотом уклонялся от пуль. Ноги стояли на месте, а туловище просто размывалось в воздухе от рваного ритма уворотов.

— Охренеть, — снова прошептал лейтенант. — Кому тут помогать-то надо?

— Ха-ха-ха, — не переставал смеяться сверх.

Неожиданно в стрельбе наступила пауза. То ли патроны закончились, толи ещё чего, Петька не знал, но бэкээровец моментально воспользовался паузой.

— Моя очередь! — смеясь, крикнул он.

В тот же момент молнии распались вокруг него, а потом рванули вверх, чтобы собраться там вместе в один огромный сверкающий шар, от которого в тот же миг к земле с оглушительным грохотом ринулись ломаные, белые линии энергии.

Крутикову показалось, что сейчас ударят по ним же, хотел зажмурить глаза, потому как сбежать не успеет, но не смог. Для него время замедлилось, и он продолжал смотреть на смертоносные росчерки энергии, летящие к земле.

Бах-бах-БАБАХ!!! Грохот ещё более дикий, чем был, прокатился по округе, сотрясая землю