Она мне (не) чужая - Елена Владимировна Попова (ХЕЛЕН)

― Ничем особенным. Если вы… то есть ты забыла, то я напомню, что выросла в детском доме.

― Я всегда об этом помню, но… может, ты там любила рисовать или петь?

― Нет, не любила, ― усмехнулась Алиса и приступила к еде.

Юля несколько секунд молча смотрела на нее. Изучала черты лица, волосы, плечи, руки.

― Что-то не так? ― жуя, недовольно бросила Алиса.

― Ты очень напоминаешь меня в прошлом. Заметила, что у нас схожи черты лица и телосложение? Даже родинки над губой одинаковые.

Алиса просверлила ее взглядом и про себя ответила:

«Может, внешне мы и похожи. Возможно, у нас примерно одинаковые вкусы в еде, в музыке, но… в одном мы очень сильно различаемся: я пойду по головам, чтобы быть рядом с дочкой, в отличие от тебя».

― Ты знаешь, а твоя бабушка по линии отца была прославленным хирургом, а твой дед…

Алиса отложила бутерброд и прервала ее недовольным вздохом.

― Я понимаю, что ты хочешь рассказать о моих родственниках, поведать какие-то семейные истории, но мне это не нужно. Они все для меня чужие люди. Меня вырастила и воспитала Анна Витальевна, поэтому меня заботит только она.

Юля опустила взгляд в кружку с кофе и горько улыбнулась.

― Я тебя услышала…

В следующую секунду в доме открылась дверь, и Алиса с Юлей одновременно вздрогнули.

На пороге появился высокий, статный мужчина в строгом черном костюме.

― Боже мой, Вить! ― схватилась за сердце Юля. ― Нельзя же так пугать!

Подойдя к нему, поцеловала в губы.

― Надеюсь, ты с хорошими новостями?

― Не совсем…

С усталым видом почесал щеку, покрытую густой серебристой щетиной, и перевел взгляд на Алису.

― Здравствуй!

― Это мой муж Виктор, ― представила Юля. ― Думаю, Алису представлять не нужно. Ты все о ней знаешь из…

― Из твоих рассказов, ― продолжил за нее мужчина, и, пройдя по дому, сел за стол. ― Заочно я с тобой знаком очень давно, ― сказал он, доставая из конверта бумаги. ― И очень рад, что ваша встреча с Юлей наконец-то состоялась.

Выложив на стол какие-то документы, глубоко вздохнул.

― Здесь результат ДНК-экспертизы, ― произнес он, после чего Алиса затаила дыхание и скрестила пальцы.

«Хоть бы Ди была не его дочь. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».

Алиса до сих пор сомневалась в словах пациентки. Мало ли что там наговорила ей первая жена Ромы. Может, Леся просто думала, что забеременела не от него, потому что вела аморальный образ жизни, а на самом деле Диана окажется родной дочерью Абрамова.

― Роман не является отцом девочки, ― объявил Виктор, и глаза Алисы тут же превратились в два блюдца.

― Это правда? ― не веря услышанному, переспросила она. ― Вы… в-вы уверены?

― Посмотри сама, ― Виктор кивнул на результаты экспертизы.

Схватив листок, Алиса быстро пробежалась взглядом по строкам.

― Ноль процентов… ― прошептала она и подняла мокрый взгляд на Юлю. ― Ноль! Она не его дочь!

― Тише! Диана может услышать! ― нахмурилась Юля.

― Не хочу тебя огорчать, но это мало что меняет, ― снова вздохнул Виктор. ― Роман официально является отцом и отнять у него дочь так просто не получится. Увы, но пока нам не за что зацепиться: он дееспособный, у него хорошие условия для проживания ребенка, неплохой заработок, нет нареканий со стороны образовательных учреждений, наоборот: ребенок посещал различные платные секции и частный детский сад, в котором Роман зарекомендовал себя ответственным и заботливым родителем.

― Хотите сказать, что мне придется вернуть ему дочь? ― шокировано выдохнула Алиса. ― Вернуть ее в дом, где она живет как в тюрьме и наблюдает за пьяным и невменяемым отцом? Вы бы видели, как она жила там!

― Я вам верю, но нужны доказательства.

― Доказательства? ― нервно рассмеялась Алиса. ― Предлагаете отдать ему Диану и ждать, когда скрытые камеры заснимут компромат на него? Моя дочь не наживка! Она ни за что не вернется туда! Я обещала ей, что больше не оставлю ее наедине с отцом!

― Вить, ну должен же быть какой-то выход! ― всплеснула руками Юля.

― Выход есть. Если во время осуществления записи в документе о рождении ребенка отец не знал о факте отсутствия родства, а потом выясняет, что по результатам ДНК-экспертизы он не является родителем, то может подать иск в суд для отказа от отцовства.

― То есть Роман сам должен пойти в суд и изъявить желание отказаться от нее?

― Именно, Алиса.

― Тогда нужно показать ему эти документы, и…

― Стоп, Алис! ― перебила Юля. ― Ты же не думаешь, что он побежит отказываться от нее? Если хочет тебе насолить, а он этого точно хочет, то ни за что не откажется от дочки, понимая, что ты сможешь ее официально удочерить.

Глава 40. Воскресший

Офис адвоката

Роман

― …Никто и не спорит, что эта Юлия должна понести наказание за похищение ребенка, ― на высоких тонах объяснял адвокат, ― но ты сначала почитай кто ее муж!

― То есть ты отказываешься мне помогать? ― злобно прищурился Рома.

― Я дорожу своей работой и репутацией, поэтому не стану связываться с такими людьми.

― У меня дочь выкрали из дома, а полиция бездействует! ― краснея от ярости, крикнул Рома. ― И я знаю, что это сделали по просьбе Алисы! Как она вообще выходит на них? На Тагиева, на эту Юлию Красноборову, у которой муж на короткой ноге со всеми чиновниками, как? Как она это делает? Откуда у нее появилось столько связей?

― В моей практике было много разводов с дележкой детей, и я прекрасно знаю, что если мать решила бороться за ребенка, то пойдет по головам. Не забывай, кто твоя бывшая жена. Она могла принимать роды у судей, прокуроров, депутатов. Отсюда и связи, ― развел руками адвокат и, выпрямившись, поправил галстук. ― Роман, у меня клиент за дверью.

― Больше не задерживаю, ― раздраженно изрек Рома, и вышел за дверь.

«Решила идти по головам, значит? ― спускаясь по лестнице, передергивал грудными мышцами. ― Что ж, тогда посмотрим, кто кого».

Как только сел в машину, зазвонил телефон.

― Слушаю, Аркадий Геннадьевич! ― ответил знакомому сотруднику ДПС.

― Роман Игоревич, засекли! Машина Красноборова сейчас в подмосковном