Космология и практика сибирского шаманизма - Елена Вадимовна Нам

белом эрдине (талисман), находящемся на вершине железного тополя, которое «умерших поднимает, угасших зажигает» [865]. Иногда сами обитатели сакрального пространства обладают способностью оживлять. Так, дочь Ак Бурхана Ак Таджи оживляет богатыря Алтай Бучыя, перешагнув его два раза с золотым платком в руках [866].

Возможно, причастность шаманов к сакральной сфере породила представления об их особых способностях останавливать время или обращать его вспять. В шаманской традиции хакасов существовало представление о том, что великие шаманы в прошлом могли своим камланием оживить умершего в течение первых трех дней после смерти. Считалось, что в случае оживления умершего должны были срастись разрубленные на три части ветви березы, положенные под порог [867].

Изменение течения времени может быть связано с сакральными объектами, являющимися проходами в иные миры, такими как пещера, медвежья берлога или просто отверстие в земле. Одна тувинская легенда рассказывает о молодом мужчине, ушедшем в лес за дровами и укрывшемся от внезапной грозы в ближайшей пещере. Из глубины пещеры доносилась необыкновенная музыка, сопровождавшая горловое пение. Он пошел вглубь пещеры, и чем глубже он шел, тем светлее становилось вокруг. Наконец он увидел незнакомца, поющего и играющего на каком-то инструменте. И так понравились ему эти дивные звуки, что он попросил незнакомца научить его играть на чудесном инструменте. «Что же, – отвечает незнакомец, – ничего сложного здесь нет, возьми, попробуй, поиграй». И звуки инструмента как будто полились сами собой. Тем временем незнакомец исчез, а молодой человек продолжал самозабвенно играть и петь. Когда же он вышел из пещеры, то не обнаружил ни вязанки дров, ни топора. Войдя в свою юрту, он нашел незнакомых людей, и во всем аале не встретил ни родителей, ни родственников [868]. В фольклорной традиции кетов можно обнаружить сюжет, связанный с вынужденным пребыванием охотников в берлоге. Решив заночевать там, они просыпаются только весной [869]. В. Радловым у тофаларов была записана сказка о двух людях, спустившихся в отверстие в земле и попавших в подземный мир. Оттуда их выводит шаман подземного мира, и при этом они обнаруживают, что на земле прошло три года [870].

Отголоски подобного восприятия времени можно встретить в разных культурах. Так, в даосской традиции, имеющей очень много шаманских черт, существовало представление об особых «пещерных небесах» – пещерах, частью реальных, частью фантастических, находящихся на так называемых славных горах. Считалось, что данные пещеры являются проходами в своеобразные «параллельные пространства», населенные бессмертными, где время течет иначе, чем в профаническом мире. Если человек случайно попадал в эти пещеры, то, пробыв там один день, он обнаруживал по возвращении, что на земле прошли десятки, а то и сотни лет [871]. Таким образом, традиционное сознание, выработав представление об очень медленном течении времени в сакральном мире, вплотную подходит к идее вечности, ставшей основополагающей в более поздних религиозных традициях.

Временные характеристики иных миров могли совпадать с особенностями течения времени в давние времена, когда только происходило становление космоса. Так, потусторонний мир ъкбаң у кетов, где человек продолжал свое посмертное существование, имел особую пространственно-временную семантику: место, земля, край (баң), связанное с чем-то древним, прежним, старинным (ъгай) [872]. В качестве одной из характеристик давнего состояния среднего мира в эвенкийском героическом сказании выступает отсутствие времени: «Трава там никогда не увядала» [873]. Таким образом, можно проследить некое смысловое пересечение между иным миром и стариной.

Во многих эпических произведениях герой попадает в иной мир в состоянии беспамятства, которое идентично состояниям транса и сна, используемым шаманами для их путешествий. Выход в данные состояния характеризует либо прерывание времени, либо изменение его течения. При этом путешествие может совершаться просто как мгновенное перемещение в иной мир. Так, конь богатыря в алтайских сказаниях движется «скорее летящей птицы, быстрее пущенной стрелы». Дочь Ак Бурхана Ак Таджи (в сказании «Алтай-Бучый»), путешествуя на коне, теряет сознание и в одно мгновение оказывается на семимесячном расстоянии. После этого к ней возвращается сознание [874]. Телеутский шаман может назвать своего коня, на котором он осуществляет свое мистическое путешествие, «ветром не настигаемый соловый мой конь», используя ту же формулу, которую использует шорский сказитель при исполнении эпического сказания о богатырях [875]. Богатырю алтайского эпоса Мадай-Кара предстоит испытание жить под землей у Эрлика сто лет и не иметь сознания. По дороге в Нижний мир он сделался без чувств. Придя в сознание, понял, что прошло пятьдесят лет [876]. Один из героев селькупской мифологии (младший внук Черного царя) спускается в подземное пространство много дней и месяцев. Достигнув этой земли, он мгновенно засыпает от усталости, и сон его длится все лето. Затем он просыпается, но полностью теряет ощущение времени: «Едет долго или нет, ничего не знает; какой день, сколько дней прошло, сколько месяцев, не знает; он не знает: то ли зима, то ли лето» [877]. Зачастую герои, попадающие в Нижний мир, не знают, как там очутились и сколько лет там находятся. Создается ощущение, что в Нижнем мире царит безвременье либо такое течение времени, которое невозможно уловить и ощутить существам из другого мира.

Рисунок 16. Изображение на шаманском бубне. Обитатели верхнего и нижнего миров. Шорцы, конец XIX в. (МАЭ, колл. 1048-67)

Мифологическое сознание допускает не только возможность замедления, ускорения или остановки времени, но и его обратного течения. Так, А. П. Решетникова, проанализировав материалы по якутскому шаманизму, пришла к выводу о возможном инверсионном течении времени в Нижнем мире. «По якутским традиционным представлениям, в Нижнем мире все обращалось в собственную противоположность: его обитатели двигались, пятясь, молодежь там холостая, никто и ничто не плодоносит, вращаются в другую сторону ущербные Солнце и Луна и т. п.» [878] Подобные представления могли породить идею о возможном возвращении мертвых вспять к жизни, вплоть до идеи реинкарнации. Данная точка зрения является достаточно интересной, тем более что в якутских легендах о перерождениях шаманов часто повествуется об особом шаманском дереве, с которым связано движение жизни вспять. Так, в легенде об Ааджа-шамане его после смерти ворон относит на шаманское дерево для нового рождения. В течение трех лет его кормила крылатая белая олениха, и от этого его тело становилось все меньше, пока не стало с наперсток. После этого он был низринут на землю для нового рождения и потерял сознание. «Уменьшение тела в процессе движения вспять к жизни своеобразно интерпретирует обратное направление времени в