Наследие Маозари 14 - Евгений Панежин

Покинув полигон, я решил набрать Крива и узнать, как у них продвигаются дела. Крив радостно поприветствовал меня, а после не без гордости в голосе принялся докладывать об успехах… Со временем получив ещё больше высокотехнологичной техники, в том числе боевые антигравы, оснащённые различными орудиями, они стали стремительно двигаться вперёд, уничтожая всех встречных тварей и агрессивных магических животных всеми доступными способами. За эти почти девять месяцев объединённая армия империи Сидэро уже зачистила от тварей весь материк Кути и обосновалась вокруг территории магических зверей. Сейчас шла фаза прощупывания противника: бойцы понемногу уничтожали самых опасных магических существ, особенно тех, что были очень не рады чужакам и постоянно выбегали к людским позициям. Дальше, по мере возможности, они станут аккуратно продвигаться вглубь этой территории, чтобы получить безопасный маршрут к ущелью, за которым находится поселение маозари и их портальная установка. По мнению Крива, эта часть операции тоже не должна вызвать особых затруднений. Ведь какой бы могущественный магический зверь им ни встретился на пути, он вряд ли сможет противостоять совместному натиску высокоранговых магов, включая светителей чистоты, и высокотехнологичного оружия.

— Отличная работа, Крив, благодарю, — сказал я. — И ещё раз напоминаю про двоих в стазис-капсулах — про Мису и Круфа.

— Помню, твоё величество… Если к тому времени не сможешь лично прибыть, то я о них обязательно позабочусь.

Попрощавшись с Кривом, я задумался… Пока всё шло по плану. И, по всей видимости, уже не за горами тот день, когда наше войско под предводительством Крива доберётся до портального устройства древних. Да, конечно же, можно было бы на время оставить установку, ведущую на планету с тварями, и сосредоточить все силы на той. Но, по всему выходит, что эта — в плане поиска пути к другим мирам — намного перспективнее. Ведь, предположительно, она открывает проход туда, где раньше был центр торговли, тогда как то устройство ведёт к планете, на которую в давние времена древние сослали почти всех представителей расы кути. То есть вполне возможно, что эта резервация — тупик и с той планеты есть проход только сюда.

* * *

Всю следующую неделю я понемногу готовился к одиночной миссии: наводил порядок в помещениях артефактного пояса — что-то добавлял, что-то убирал, — а также практиковался в полётах на антигравитационной доске.

А потом состоялось праздничное мероприятие, на которое помимо «узкого круга» Евы почему-то также заявились все мои вассалы со своими семьями — супругами и совершеннолетними детьми. Наверное, все они уже устали от этой бесконечной суеты и решили не упускать повод немного расслабиться.

Ёся был в строгом чёрном костюме, Ева — вся в белом, и оба выглядели очень счастливыми и довольными жизнью. Я тоже надел строгий костюм. Стоя рядом с молодожёнами, я оглядывал собравшихся изумлённым взглядом, и меня не покидало чувство сюрреализма. Возможно, всему виной было наше стремительное развитие. Всё вокруг быстро менялось, в том числе и мода. Какого-то дресс-кода для подобных торжеств ещё не придумали, так что каждый оделся так, как, по его мнению, положено одеваться на мероприятие такого уровня, где присутствуют все сливки империи. Одни были в строгих костюмах, другие — в военной форме словно разных эпох: от боевых доспехов из кожи магических зверей а-ля средневековый воин до современной тактической одежды. А третьи и вовсе нарядились по той моде, которую я сам же создал в Вордхоле.

Например, Рик, мой министр обороны, пришёл в чёрной футболке, синих джинсах и зелёных кроссовках. И всё бы ничего, но у Рика, чья внешность практически у каждого землянина вызвала бы ассоциации с демоном или дьяволом, на футболке красовалась надпись на русском: «С нами Бог!». Сюрреализма добавляло то, что в одной руке Рик держал смартфон и сосредоточенно тыкал в экран пальцем, словно искал что-то очень важное, а в другой сжимал глефу. Приносить её на праздник было совершенно ни к чему, но он по привычке прихватил оружие с собой — и теперь, как я понял, ждал, когда прибудет кто-то из стражи, чтобы придержать глефу у себя на время празднования.

Из динамиков негромко звучала «Крошка моя» группы «Руки Вверх», которую я в свою бытность поп-звездой в свободных королевствах перевёл на местный язык. И, судя по всему, весь сегодняшний плейлист состоял исключительно из песен в моём исполнении.

Ещё раз оглядев собравшихся, я тяжело вздохнул… Ну а что тут поделаешь?.. Что, раз я теперь стал императором всего местного населения, то нужно запретить им слушать музыку и смотреть видеозаписи с моими выступлениями времён поп-звезды Лёни? Ладно уж, хрен с ним, пускай… Пусть народ знает, насколько их император многозадачный и талантливый. Пусть гордятся своим верховным правителем.

Праздник всё больше набирал обороты, тосты уже пошли по третьему кругу. Тут выяснилось, что невеста-то, оказывается, беременная, и все принялись поздравлять молодожёнов со скорым пополнением. Я тоже, сделав вид, что только узнал об этом, поздравил Еву и Ёсю.

Мы с молодожёнами стояли небольшой компанией, и тут до меня дошёл один факт:

— Постой, — произнёс я, глядя на Ёсю, — так это же получается, что ты станешь отцом всего в семнадцать лет?

— Да, получается так, — смущённо улыбнулся парень.

— Хех! Ну, в этом есть и свои плюсы. К примеру, если у тебя родится сын — потом, спустя годы, вы с ним сможете стать лучшими друзьями. Ведь разница в возрасте у вас будет небольшая.

После моих слов все весело рассмеялись. А я, чтобы не обидеть невесту, которая немного старше жениха, с улыбкой добавил:

— Ну, а если будет дочь, то станет лучшей подругой матери.

Отсмеявшись, Ева возразила:

— Нет, твоё величество… Это ещё будет зависеть от того, в кого из родителей пойдёт наш ребёнок. Если в отца, то, боюсь, спустя десятки лет мне не светит стать лучшей подругой своему сыну или дочери… Скорее, я получу себе ещё одного ворчливого наставника.

Мы все вновь рассмеялись, а Ёся прищуренным взглядом посмотрел на свою жену — мол, что ты сейчас сказала? Но парень тут же улыбнулся, показывая, что не обиделся на подколку. А затем его взгляд потеплел: теперь он смотрел на Еву так, как мужчина смотрит на свою любимую женщину, на мать своих детей, — с любовью, нежностью и уважением.

Я же, глядя на счастливых молодожёнов, внезапно ощутил