Розовый мед – 4: Зимний сезон - Владимир Атомный

Словно в ответ, Чёрная Кошка приподняла атласную ткань итак короткой ночной рубашки. На пару с Сонеттой мы увидели трусы-шортики.

— Линка! Не смотри, братик!

— Видишь, я не извращенка.

— Кхм! — вырвалось у меня.

— Самми, а ты чего голый спишь? — с искренним возмущением уставилась на меня сестричка.

— Во-первых, в трусах, а не голый! Ну и я же знаю какая ты горячая. Вот и разделся сразу.

— Г-г-г-г… — тут же начала заикаться она, — горячая?..

Неколину пронял хохот, ну а у меня такой привилегии нет, иначе Сонетта обидится.

— В том смысле, что мы же спали уже с тобой в обнимку. Такой жар всегда идёт. Тёплая ты!

— А, ой… — в конец смутилась сестричка, — тогда спасибо.

— А мне кажется, — из-под полуприкрытых глаз смотрит на нас Чёрная Кошка, — что и в том самом смысле ты тоже горячая.

— У меня там болит, дура! — всё же призналась Чёрная Кошка, когда мы вышли из её дома по направлению к нашему.

— Сама такая! Я же не знала.

Сонетта оправдывается за шлепки, которые начала наносить в область попки подруги, но попала не только по выпуклостям, ведь Неколина принялась извиваться. Мои кошечки чуть не сцепились и мне пришлось вмешиваться.

— Давайте думать о том, как успеть приготовить торт, — предложил я. — Или будем заказывать?

— Нет, не надо, — первой отвечает Сонетта, — мы уже нашли рецепт. Он не особо сложный. Вот коржи можно заказать, а остальное сделать успеем.

— Надо было маму попросить их приготовить, — добавила Нека.

— Тётя Маша и так едва в срок уложилась. Ладно уже.

Я решил подхватить налаживающийся мостик и говорю:

— Мы с Неколиной начнём, а ты не забудь выгрузить ролики на канал и снимай новые.

— Да, Самми, спасибо большое! — тут же воскликнула Сонетта. — Ты так выручил сильно.

— Вот, а кто нам утром устроил… — было начала Кошка, но я решил прервать.

— Будем считать это платой за возможность спать и греться об Нетту.

— Больше не будете, — нахмурилась Сонетта.

— Согласна с Мастером, — смиренно кивнула подруга. — Прости меня, пожалуйста.

— Эй! — растерялась сестричка. — Так не честно!

— Ты моя лучшая подруга, — продолжает Нека топить в розовых сопельках негодование подруги, — я искренне люблю тебя, причём, во всех смыслах, поэтому очень дорожу. Надеюсь на прощение.

— Знаете, — свела бровки вместе Сонетта, — иногда мне кажется, что вы сговорились. Словно я в вашей паутине…

Неколина поймала мой взгляд, а у самой уже надеты алые линзы.

— Конечно же нет. Ты совершенно вольная птичка, да и я не похожа на птицееда. Да же?

Глава 41

Большой салют у Безымянного озера

Предновогодний вечер наполнился спешкой, суетой и громкими разговорами. Играет музыка, раздаётся смех и отовсюду струятся аппетитные запахи. Даже если бы приехал Паша и Кристина, мы всё равно бы не смогли своей компанией пойти играть или как-то иначе развлекаться. Чтобы успеть всё приготовить, в том числе к ужину в восемь, требовалась помощь.

Кристина не успевала к нему, максимум на что можно было рассчитывать — это восемь тридцать. Волевым усилием, я заставил себя предложить перенести «первый заплыв» на полчаса. Старшего поколения было больше и они неплохо справлялись с тем, чтобы развлекать себя: несмотря на разницу в возрасте и разные интересы, вполне сносно болтали, шутили и даже сошлись в выборе фильмов, которые хотят смотреть. Батя притащил широкоформатный монитор на кухню, подключил к ноутбуку, а аудио-канал запустил через беспроводную колонку. Короче, им всё нравилось и по опыту обжираловок на прошлые Новые Года, хотелось иметь четыре часа запаса перед застольем в двенадцать.

Маргарита надела вечернее платье в пол и выглядит охренительно. Я даже ещё больше зауважал батю, что сумел не только добиться её сердца, но и не отказаться от отношений в кризис минувшей осени. Казалось бы, обычная учительница, но внешне Маргарита напоминает актрису или модель. Золотистый блонд, точёное лицо, холодный взгляд и великолепное тело подчёркнутое белым платьем.

Батя выбрал наборчик типа «кэжуал», иначе говоря, под деловой стиль, но в тёплой гамме оттенков, с вольным выбором тканей и вообще ближе к стилю мужика, нежели джентльмена. Ему вторит дядь Сергей, который нарядился как хулиган в укороченных брюках, с какими-то навороченными подтяжками и жилетом. Словно соответствуя имиджу, он единственный кто вообще пьёт алкоголь, хотя я не уверен можно ли раз в год считать питиём. Он принёс собственную фляжку и иногда к ней прикладывается.

Тётя Маша не стала скрывать таящейся в ней сексуальной энергии. Оттеняя других, она пришла в чёрно-красном платье без рукавов, на бретельках. Снизу надела колготки в крупную сетку и каблуки. Пахнет от неё розой и это второй по силе аромат среди присутствующих.

Дядь Женя нарядился в свой обычный выходной наряд из брюк и клетчатой рубашки. Сегодня, правда, у него в из левого кармана на груди торчит платок. Пусть не официально, но в паре с Александрой они хорошо гармонируют: она тоже в платье, фасона выбран строгий, с некоторым романтизмом, с виду похоже на форму для учителей из плотной шерстяной ткани. Она бы могла общеголять других дам броским маникюром, но предпочла обойтись ровным и красивым, бордового цвета.

Конечно же, всё это великолепие полностью раскрылось уже к вечеру, после готовки. Я, Сонетта и Неколина тоже решили переодеться, хотя до этого и не думали. Ну, я — точно нет, ведь у нас с сестричкой теперь есть парные свитеры и планировалось, что будем в них весь вечер. Признаться, даже вырядиться особо не в чего, поэтому я взял брюки от костюма для института, рубашку хотел тоже надеть стандартную белую, но случилось маленькое Новогоднее чудо — Чёрная Кошка подарила мне анимешную рубаху раскрашенную под татухи представителя якудза. Вопрос решился сам собой: я не стал её заправлять и расстегнул пару верхних пуговиц.

Когда Сонеточка вышла из комнаты, мы с Неколиной не сговариваясь схватились за сердце и начали корчится, типа приступ. Её белый сарафан мгновенно создал образ ангела. Основная часть волос распущена, но придерживается за счёт аккуратных косичек собранных на висках и утягивающих остальные волосы словно поясок. На лице нарисованы небольшие снежинки, а длинные ножки прячутся в белых же носках по щиколотку. В купе с тонким серебристым колечком и браслетом, образ получился восхитительно лёгким.

Неколина ходила домой переодеваться вместе с родителями, а вернулась в платье готик-лолиты, которое брала в летний лагерь — от японского дома моды Мори-Мори. Ну и чёрные колготки, конечно.