Беринг - Ольга Владимировна Погодина

1736 года море вскрылось ото льда, и «Якутск» смог продолжить плавание на запад к полуострову Таймыр. Ветер был попутный, море свободно ото льда, и за три дня прошли без малого триста верст! 5 августа отряд достиг устья Анабары, откуда Прончищев отправил вверх по течению реки Чекина и геодезиста Баскакова. Осмотрев гору с выходами руды, о которой рассказывали местные жители, они через пять дней привезли ее образцы. Задание Беринга он выполнил. Позднее профессор Гмелин произвел анализ проб и определил наличие в руде серы.

Пока ждали Чекина с Баскаковым, Прончищев и Челюскин составили подробную карту Анабарской губы. Двигаясь далее на север, они все чаще встречали плавающие льды. а в некоторых местах льды были многолетними. Вот как Челюскин писал о плавании в том месте:

«В начале сего 9 часа штиль, небо облачно и мрачно, мороз великий и появилась шуга на море, от которой мы в великой опасности, что ежели постоит так тихо одне сутки, то боимся тут и замерзнуть. В глухие льды зашли, что по обе стороны, також и впереди нас великие стоячие гладкие льды. Шли на гребле весел. Однако Боже милостив дай Бог нам способного ветру, то оную шугу разнесло».

Продолжив путь, 17 августа у восточного берега Таймыра исследователи открыли острова, названные ими в честь Петра I. 24 августа отряд подошел к левому берегу Хатангской губы, а затем повернул на север. Чем дальше заходили они на север, тем сложнее становилось продвигаться вперед: – мешали туманы, встречные ветры, постоянно встречались скопления льдов. Паруса и снасти обледенели, весла не проворачивались в смерзающейся воде. «А вода так густа, что перед носом судна был великий шум».

Подходящего места для зимовья не было – никакого плавника или леса, чтобы построить жилье. Местные жители так далеко тоже не заходили, и ждать помощи было неоткуда. Дойдя до широты 77°29′, мореплаватели на общем совете приняли решение о возвращении в устье Хатанги на зимовку (примерно в это время такое же решение с тяжелым сердцем принимает Дмитрий Овцын и возвращается на зимовку в Березов).

Обратно «Якутск» шел по тому же знакомому маршруту: к своему прошлому зимовью в устье реки Оленек вдоль восточного берега Таймырского полуострова. Однако, как назло, поднялся сильный встречный ветер, перешедший в шторм. Ледяной дождь вперемешку со снегом валили с ног. Вода смерзалась на глазах. Вверх по течению идти на веслах не было никакой возможности. Вдобавок корабль царапнул днищем какое-то препятствие, хотя фарватер был известен хорошо. На воду спустили ялбот, и 29 августа Василий Прончищев отправился на нем искать проход для корабля. Целый день он провел на ледяном ветру в отчаянных попытках найти протоку и спасти людей – ведь до зимовья осталось совсем чуть-чуть… Во время этого злосчастного похода он сломал ногу. Вернувшись на руках товарищей на судно, Прончищев потерял сознание и в тот же день умер. Раньше считалось, что причинами смерти были цинга, сильное истощение и болевой шок. Современные исследователи склоняются к мысли, что Прончищев погиб от газовой эмболии, которую в то время ни распознать, ни тем более вылечить не могли.

Окаменев от горя, в маленькой тесной каютке четыре дня просидела над телом мужа несгибаемая Татьяна Прончищева – та, что вынесла без звука все тяготы этого пути. Она тоже была больна цингой, а после смерти мужа потеряла всякую волю к жизни.

Руководство отрядом принял на себя Семен Челюскин. Лишь 2 октября «Якутску» удалось бросить якорь вблизи берега. Только через четыре дня обессилевшие моряки похоронили своего командира в мерзлой земле на высоком мысу. Спустя еще пять дней «от великой печали», как написал в письме Челюскин, умерла и Татьяна Прончищева.

Эта прекрасная и печальная история о великой любви и лебединой верности – не выдуманная в книгах, а настоящая – навсегда осталась в истории нашей страны.

И опять нелепая оказия – по пути экспедиция открыла бухту, назвав ее в честь Татьяны. Да только перепутали что-то при снятии копий и осталась она на карте как бухта Марии… И много ли наших современников вообще что-то знают сейчас о Василии и Татьяне Прончищевых?

* * *

С установлением санного пути в декабре 1736 года Челюскин и Чекин отправились в Якутск с рапортом Берингу об их плавании и смерти Прончищевых. К рапорту они приложили карту, на которой был показан восточный берег Таймыра и прибрежные острова. Однако в пути их аж на полгода задержал какой-то самовластный самодур – местный сборщик ясака. Хорошо, что Челюскин оставил с командой опытного боцмана Медведева. Едва вскрылся лед, тот сумел организовать команду, подлатал дюбель-шлюпку и поднялся вверх по течению до Якутска, приведя остатки Ленско-Енисейского отряда в пункт отправления.

Таким образом, оба командира Ленских отрядов погибли. Отряд Лассиниуса сгинул почти целиком, а вот Прончищев ценой своей жизни сохранил почти всю команду.

Но каково было Берингу принять известие о смерти обоих своих командиров? И каково было Анне Беринг и Ульяне Ваксель узнать о смерти Татьяны?

В декабре 1737 года Адмиралтейств-коллегия приняла решение о продолжении работы отряда. Новым начальником Ленско-Енисейского отряда и командиром дубель-шлюпки «Якутск» был назначен Харитон Лаптев, получивший чин лейтенанта флота. Ему предписывалось пройти морем из Лены в Енисей с попутной описью неизвестных берегов. Кроме того, он получил задание выполнить сухопутные исследования, если лед будет непроходимым и «Якутску» не удастся выйти в море.

В 1739 году Харитон прибыл из Петербурга на Лену. Из Усть-Кута снаряжение экспедиции на дощаниках было доставлено в Якутск, а оттуда «Якутск», на борту которого было 45 человек, снова начал свой путь на север. Путь вниз по Лене занял больше месяца, а 21 июля дубель-шлюпка вышла в море и взяла курс на Оленек, где было решено соорудить склад продовольствия. На пути к Хатангскому заливу мореплавателями была открыта небольшая, глубоко вдающаяся в сушу бухта, которую они назвали Нордвик (Северный залив).

Льды и сильные ветры вынудили моряков в течение многих дней простоять в Хатангской губе, и лишь в середине августа они смогли продолжить путь. 21 августа «Якутск» подошел к мысу Святого Фаддея. На собачьих упряжках по льду группа участников экспедиции добралась до берега и исследовала его. Приближалась зима, начались морозы, поэтому по общему решению экипажа судно вернулось к устью Хатанги. Вблизи речки Блудной моряки построили избы из плавника, где прожили зиму.

В марте 1740 года геодезист Чекин с девятью собачьими упряжками и восемнадцатью оленями направился через тундру к устью реки Таймыры, чтобы провести описание берега до устья Пясины. На карту было положено около 100 километров побережья. На широте 76°26′ Чекин поставил маяк, а когда