Религиозные войны во Франции - Жан-Ипполит Марьежоль

большую преданность своему «доброму господину» и заговорил только под пыткой. Коконнас обвинил всех. Интерес к этим героям альковов проявляли знатнейшие дамы и даже одна принцесса. Карл IX был беспощаден: 30 апреля обоих доставили на Гревскую площадь. Ла Моль, до смерти сохранивший верность обоим предметам, которые обожал в жизни, в последней молитве пробормотал: «Да помилуют мою душу Бог и Блаженная Дева. Препоручите меня милостям королевы Наваррской и дам».

Козимо Руджиери

Безвестных соучастников, таких как Турте, Сен-Мартен, не церемонясь вешали. Руджиери защищал ужас, который он внушал; его приговорили к отправке на галеры, но его заключение не оказалось ни суровым, ни долгим. В Марселе губернатор разрешил ему преподавать астрологию. Он вскоре вернулся в милость и умер очень старым, аббатом монастыря Сен-Маэ в Бретани и отъявленным безбожником, по-прежнему внушая страх и восхищение.

Арест маршалов Коссе и Монморанси

Имя маршала Монморанси прозвучало на судебном процессе не раз. Ла Моль и Коконнас изобличили его дурные намерения; его брат Торе, душа заговора в «жирный вторник», приезжал к парижским воротам ждать герцога Алансонского и короля Наваррского; его племянник Тюренн был не менее активным соучастником; наконец, он сам раскрыл заговор лишь в последний момент. Совокупность этих фактов навлекла на него очень серьезные подозрения; 4 мая Карл IX велел его арестовать и посадить в Бастилию. Та же судьба постигла маршала Коссе, который имел очень тесные семейные связи с родом Монморанси и принадлежал к партии «политиков». Париж, все так же преданный Лотарингскому дому и традициям Варфоломеевской ночи, каждый вечер высылал по четыре роты милиции, чтобы убедиться, что ночью Монморанси хорошо охраняют.

Отставка Данвиля

Схватить его брата Данвиля, губернатора Лангедока, внушавшего такое недоверие, было трудней. Он командовал армией и управлял большой провинцией; для защиты от внезапного налета у него была албанская гвардия, а для выявления козней — очень тонкое чутье. Его поступки были настолько обдуманными, что он не давал повода ни для каких обвинений. Уполномоченный вести переговоры с протестантами Юга, в оправдание неудачи он мог сослаться на их неуступчивость. Как ему было заключать соглашение между двором, согласным предоставить лишь свободу совести, и реформатами, требовавшими свободы вероисповедания? Но Карл IX оставался подозрительным и недоверчивым: он хотел иметь в Лангедоке такого губернатора, на которого мог бы положиться, чтобы основательно приступить к борьбе с Лану и протестантами Запада. В тот же день, когда были арестованы Коссе и Монморанси, 4 мая, он дал Данвилю отставку и назначил на его место «принца-дофина», сына герцога Монпансье.

Союз Данвиля с протестантами

Данвиль, чтобы выиграть время, написал королю, заявив о своей невиновности и даже выразив согласие покинуть губернаторство, если ему дадут возможность оправдаться. Тем временем он усиливал укрепления Монпелье. Мало того: уже несколько месяцев не тревожа протестантов, теперь, 29 или 30 мая, они рискнул заключить с их депутатами перемирие на семь месяцев. Через два месяца союз между умеренными католиками и протестантами Лангедока стал свершившимся фактом. Неожиданным результатом резни в Варфоломеевскую ночь оказались раскол католической партии и объединение под одними знаменами солдат, принадлежащих к обеим религиям, к великому негодованию ревностных верующих.

Пленение Монтгомери

Большей удачи двор добился на Севере. Маршал Матиньон запер Монтгомери в Сен-Ло. Монтгомери прорвал эту блокаду и укрылся в Домфроне, плохом месте, которое защищал плохой замок; там на него немедленно напали. С сорока пятью дворянами и восьмьюдесятью аркебузирами он пять часов упорно сопротивлялся двумстам дворянам и тысяче аркебузиров. Когда он был вынужден капитулировать, ему обещали только, что его передадут целым и невредимым в руки короля. Лучше бы его расстреляли на том валу, где он «в одном камзоле сделал всё, что может сделать человек, искавший смерти» (26 мая).

Смерть Карла IX

Когда об этом стало известно двору, Карл IX был при смерти: лихорадка больше не отпускала его. Он умирал не «отравленный порошком из рога морского зайца», он, как и Франциск II, умирал жертвой стечения фатальных обстоятельств, в какие его поставила кровь Валуа и Медичи и какие он усугубил сам, злоупотребляя охотой и самыми свирепыми занятиями. Он умирал еще и от собственного преступления: днем и ночью его мучили кошмары, ему являлись «тела убитых», которые он видел «с безобразными лицами и залитые кровью». Он не обладал тем чудесным умением не сознавать и забывать, каким обладала его мать. Менее виноватый, он сильней мучился. Великой преступницей на самом деле была она. Это она внушила сыну привычку столь покорно повиноваться, она так подчинила его своим приказам, что Варфоломеевская ночь стала лишь ужасающей демонстрацией этой власти. Даже в смертном ужасе он все еще чтил повелевающую руку. Последним, что он сказал, были слова: «А моя мать?» Она сама в письме герцогине Феррарской отметила преклонение, какое испытывал перед нею сын, «никого так не признавая после Бога, как меня». Вынося суждение о Карле IX, надо учитывать эту доходящую до одержимости сыновнюю почтительность. Он всю жизнь был лишь «слугой» матери, как еще в девятнадцать лет подписывал письма, которые ей писал. Он дал свое имя царствованию, которое не было его царствованием, а робкие притязания на личную власть лишь обесчестили его.

Этот «добродушный» король[53], больше запятнанный кровью, чем жесточайший из тиранов, скончался 30 мая 1574 г. после полудня. Он оставил лишь одну дочь; корона отошла Генриху Анжуйскому, королю Польши. До возвращения сына делами продолжала руководить Екатерина.

ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

И ИСТОЧНИКОВ

К книге I

К главе I

Источники

Catherine de Médicis. Lettres / publ. par H. de La Ferrière-Percy. T. I: 1533–1563. Paris: Imprimerie nationale, 1880. [Collection de documents inédits sur l'histoire de France. Série 1, Histoire politique. 50.]

Guise F. de Lorraine de. Mémoires-journaux de François de Lorraine, duc d'Aumale et de Guise: 1547 à 1563 // Nouvelle collection des mémoires pour servir à l'histoire de France. Sér. 1, t. 6. Paris: Éd. du Commentaire Analytique du Code Civil, 1839.

Louis prince de Condé. Mémoires. Paris: Rollin fils, 1743. T. I, II.

Dupuy P. Traité de la majorité de nos rois et des régences du royaume. Paris: Vve M. Dupuy, 1655.

Relations politiques de la France et de l'Espagne avec l'Écosse au XVIe siècle / publ. par A. Teulet. T. II. Paris: Renouard, 1862.

Paris L. Négociations, lettres et pièces diverses relatives au règne de François II: tirées du portefeuille de Sébastien de l'Aubespine, évêque de Limoges. Paris: