Ученик Белого Дьявола – 1 - Джон Голд

— Понятно, — театрально морщусь так, словно задействованная рука заболела. — Ауч. Мои родители пропали чуток пораньше. Прошло больше трёх месяцев с того события. Хотел узнать у детектива, есть ли какие-то новости по делу. Кстати, как ваша дочь выглядит? Мало ли. Вдруг я её где-то видел?

Всего на секунду маска на лице Дэвида дрогнула, выдавая внутреннее напряжение.

— Маловероятно… Мистер?

— Гринч, — встав первым, протягиваю руку, — Маркус Гринч. Считайте нашу встречу сколько угодно подозрительной. Мне скрывать нечего. О взрыве нашего дома наверняка все газеты Лоубриджа писали. Так что насчёт Сары? У меня очень хорошая память на лица. Если я её где-то видел, сразу вспомню.

Руки у меня почти зажили. Лёгкая боль вполне терпима. Потому рукопожатие прошло без осложнений. Я морщился, только чтобы кореец перестал так сильно напрягаться. Раненого человека здоровый не сочтёт опасным.

— Маловероятно, что вы её видели, — как робот повторил Дэвид и стал буравить меня взглядом. — Моя дочь жива. В этом я уверен. Гринч… Маркус, будьте так добры, оставьте нас с женой в покое. Мы пришли сюда только с одной целью. Оказать любое возможное содействие полиции в её поисках.

Слух царапнула крохотная оговорка: «я уверен». Если дочь пропала, а жена льёт слёзы… С чего вдруг он уверен? В таких случаях имеет смысл делать «выстрел в воздух». В смысле, тыкать пальцем в небо.

— Похищение? — говорю, внимательно смотря в лицо.

На долю секунды лицо Дэвида дрогнуло, глаза сощурились, но он мгновенно взял себя в руки.

— Нет. Сара без вести пропала, — мужик сглотнул. — Мы хотим узнать у детектива, есть ли новости по её делу.

Пока мы говорили, жена Дэвида, постоянно шмыгая носом, копалась в женской сумочке. Достав оттуда телефон, она, включив видеоролик, показала мне экран.

— Вот, это наша Сара… Сай Чой. За пару часов до своего исчезновения она прислала это мне. Мы нечасто переписывались. Вы где-то видели её, мистер Гринч?

Взяв в руки телефон, я увидел девушку на фоне зала для танцев. В помещении шёл поручень вдоль всей стены и стояла куча зеркал. Молодая кореянка, проявляя завидную гибкость, показывала движения из балета. Села на шпагат, закружилась на месте… В общем, стандартная запись в духе «мама, смотри, какая я красивая».

[Рост сто шестьдесят пять, пятьдесят пять килограмм,] — весь фокус моего внимания сосредоточился на вычленении деталей. — [Крохотная татуировка в районе правого запястья. Объём груди… Талии… Обхват шеи.]

Быстрый поиск через Сферу Восприятия, ожидаемо, ничего не дал. Вернув даме телефон, я запустил Резонанс и проверил людей перед собой. Дэвид фонил верой — ровной и спокойной. Возможно, у него имелись причины верить в то, что дочь жива. Мама Сары, наоборот, практически утратила надежду.

— К сожалению, я её не видел, — качаю головой. — Забыл сказать… Я три месяца путешествовал по Аляске. Туда и обратно ездил автостопом. Много народу по дороге перевидал, но Сары среди них точно не встречалось.

Стерев слёзы, мисс Чой стала убирать телефон в сумочку.

— П-понятно. Спасибо, что попытались помочь, мистер Гринч.

Всё это время Дэвид не сводил с меня глаз, о чём-то напряжённо думая. Тут из «бычьего загона» вышел детектив. Пузатый темнокожий мужик с усталым взглядом.

— Маркус Гринч? — произнёс он и заметил супругов Чой на соседней скамейке. — Прошу прощения, но с этим молодым человеком мне надо поговорить первым.

Поднимаюсь с места. Однако, хмурясь, Дэвид вскакивает первым.

— Мистер Крауч, просто скажите. Полиция как-то продвинулась в деле о пропаже Сары? Вы второй день не берёте трубку. Нам пришлось прийти сюда лично, чтобы всё у вас узнать.

Детектив, замерев, помассировал пальцами переносицу. Ему явно не нравился весь этот разговор.

— Мистер Чой, полиция делает всё возможное для поисков вашей дочери. Как видите, у нас весь отдел сейчас на смене. А я сам в последний раз спал дома в ночь на субботу. Напомню! Сегодня вечер вторника.

— Тогда… — продолжил Дэвид.

— Мистер Чой, — сохраняя терпение, Крауч выставил перед собой руку. — Я знаю, что вы хотите мне сказать. Оператор передавал, что вы с супругой мне вчера звонили. И сегодня утром тоже. Прямо сейчас у нас нет подвижек по делу о пропаже Сары. Я бы и рад сказать «мы её нашли», но этого пока не могу. При любом изменении ситуации вам с женой сообщат об этом первыми… Гринч! Пройдёмте.

Оставив супругов Чой в коридоре, детектив проводил меня до своего рабочего стола. Там остановился и стал доставать из тумбы папки с документами. Оглядевшись, я понял, что разговор пройдёт в другом месте. Вокруг включённого монитора Крауча лежали снимки с разных мест преступлений. На доске висели фотографии девушек.

Вертя головой по сторонам, я заметил странную закономерность. На магнитных досках вообще всех детективов висели снимки молодых девиц. Казалось, копы заняты поиском одного конкретно взятого человека. Все напряжены, уставшие и еле ноги волочат. На столах стоят кружки с остывшим кофе. В полицейских он уже не лезет.

[А! Нет, не все люди здесь. Один оказался занят другим делом.]

Пока детектив Крауч доставал из ящика папку с документами, в «бычий загон» зашёл мужчина. В помятом пиджаке и грязной рубашке. Именно его я видел в кладовке, слившимся в порыве животной страсти с некой дамой.

Заметив меня, он напрягся и обратился к Краучу.

— Декст, кто наш гость? Лицо знакомое. Такое ощущение, что я его уже где-то видел.

Когда мужик к нам подошёл, до моего обострённого слуха донеслись смешки, идущие от других детективов.

— Это Маркус Гринч, — детектив Крауч положил папку на стол и со стоном разогнул спину. — Ухх! Устал… Маркус сам к нам пришёл. Оказался в участке совсем по другому делу.

В «бычий загон» не спеша вошла темнокожая дамочка лет сорока. Состроив