Каменный остров. Историко-архитектурный очерк. XVIII—XXI вв. - Вера Александровна Витязева

Дом театральной дирекции

Одновременно с театром весной 1827 г. Шустову поручили строительство директорского дома. Исключительно удачный выбор участка – на углу Театральной аллеи и набережной Средней Невки – говорит о градостроительном мастерстве Шустова: по-видимому, ансамблевость в архитектурном решении площади была продумана им еще во время разработки проекта Летнего театра.

В договоре, заключенном с плотниками, указывалось: «…срубить дом из бревен и кокор с обшивкою и всеми принадлежностями, точно такой, какой имеется уже на Каменном острове – на сем же месте под кофейным заведением, – кроме средней части, которая изменяется тем, что имеющую возле колонн стену уничтожить и оставить открыто с балками, стропилами, карнизом и колоннами и обнести для двора забором до 50 саж. форменных или по данному чертежу». 15 мая 1827 г. Шустов сообщил, что «дом почти весь срублен»85.

На вновь построенное здание были ориентированы дорожки, аллеи и набережные: это часть предмостной площади у 2-го Елагина моста, начало Театральной дорожки, набережная Средней Невки.

Вскоре Летний театр стал основной площадкой для летних занятий, выступлений и отдыха воспитанниц Театрального училища. На берегу Средней Невки для них построили дом с репетиционным залом и дачу86.

В конце 1870-х гг. по проектам гражданского инженера В.В. Николя (1852–1901) возвели Дом управляющего Театральным училищем и еще одну дачу для воспитанниц. В 1886 г. архитектор А.Р. Гешвенд создает проект «нового здания для воспитанниц».

Дачи Клейнмихель и Чинизелли

Появление Каменноостровского театра в западной части острова определенным образом повлияло на развитие здесь дачной застройки. Помимо Кофейного домика и Дома театральной дирекции появились дачи, владельцы которых были связаны с жизнью театра. Среди них в 1820—1830-х гг. особой известностью пользовался актер Э. Женьес, организатор и участник французской труппы, спектакли которой были очень популярны у зрителей. В 1834 г. Женьесу было пожаловано место «на берегу рукава Невы, против Кофейного домика, близ театра»87 для строительства дачи. 17 ноября владелец острова великий князь Михаил Павлович утвердил проект А.И. Штакеншнейдера, а строительные работы закончились год спустя. Небольшое каменное, прямоугольное в плане сооружение (наб. р. Крестовки, 8), напоминавшее парковый павильон, возвели на площадке-подиуме, декорированной блоками грубо обработанного камня. Главный фасад с пятью окнами был обращен к Театральной площади. Его центральная часть представляла собой выступающий аттик с тремя арками, опирающимися на четыре тонкие колонны коринфского ордера, отмечавшие парадный вход. Классицистическая мелодия в архитектуре дачи Женьеса свидетельствует о стремлении Штакеншнейдера соблюсти ансамблевость в застройке площади, где основная стилеобразующая роль принадлежала театру.

А.И. Штакеншнейдер. Проект дачи Женьеса и служебного помещения. 1836 г.

В процессе строительства владелец изменил проект: окна сделали не круглые, а прямоугольные, над колоннами устроили балкон, в портике добавили дверной проем.

Известно, что это здание использовали только летом. В большом зале проводили репетиции, устраивали приемы с концертами для высокопоставленных лиц, из него проходили в кабинет и небольшую столовую.

Определенно зная, что следующий этап в освоении участка – строительство служебных помещений, гофмейстер двора Д. Васильчиков по распоряжению великого князя Михаила Павловича направляет Женьесу следующее предписание: «…сад, принадлежащий Собственной Е. И. В. даче, выходит против сего места и потому… приказано мною архитектору Штакеншнейдеру составить фасад для конюшни и сарая в виде беседки и расположить строения в таких местах, чтобы не отнимали виду». Поэтому вместо конюшен и сараев были построены своеобразные «березовые домики», парковые павильоны, словно перенесенные на Каменный остров из Павловского парка.

М.Э. Клейнмихель

Вскоре участок был продан. Купчая совершилась 22 сентября 1836 г.88 Новый владелец, коллежский секретарь фон Кельдерман, сдавал дом в аренду. В 1874 г. произошел пожар, и 29 марта фон Кельдерман получил разрешение на продажу участка89.10 июня 1876 г. его покупает жена серебряных дел мастера Н.А. Верховцева. Начинаются новые строительные работы, на сохранившемся фундаменте возводят деревянную двухэтажную дачу. К уцелевшей части здания со стороны реки пристраивают обширную столовую из дерева, проект которой выполнил А.Г. Трамбицкий.

В 1893 г. дачу и право аренды земельного участка «сроком на 90 лет» приобрела графиня М.Э. Клейнмихель90. Гостеприимная хозяйка великосветского салона, член редакции популярного журнала «Столица и усадьба», знакомившего читателей с наиболее интересными памятниками архитектуры, художественными коллекциями и новостями искусства, Мария Эдуардовна дружила с великими князьями, дипломатами, политиками, библиофилами и коллекционерами, которых привлекали ее глубокий и разносторонний ум, обаяние, независимый образ мыслей.

Дачи Чинизелли и М.Э. Клейнмихель. Фото 1920 г.

Архитектурный облик усадьбы Клейнмихель формировался постепенно. В 1904 г. архитектор И.А. Претро перестроил дом Верховцевой, придав ему черты готического стиля: кровля с высоким шпицем над центральным двухэтажным объемом, отдельно устроенный парадный вход, увенчанный картушем с гербом Клейнмихелей.

Спустя три года часть участка арендовала жена известного владельца цирка Л. Чинизелли. Для нее в 1909 г. архитектор Ф.Ф. фон Постельс выстроил двухэтажный деревянный особняк в стиле модерн с высокой мансардой, увенчанной башенкой. Вход в него вел через парадный вестибюль дачи Клейнмихель91.

Стилистическая разноголосица стоящих рядом домов Клейнмихель и Чинизелли стала причиной еще одной перестройки дачи графини, на этот раз в неоготическом стиле. Работы проводились в 1911–1912 гг. по проекту К.К. Мейбома.

Дача М.Э. Клейнмихель. Парадный вход. Фото 1915 г.

Особенно интересно решение крыши главного дома с высоким шпицем, угловой башенки и обрамление пинаклями лепного картуша над входом.

В итоге сформировался своеобразный архитектурный ансамбль с двумя высокими башнями, ритмика которых напоминала взлеты волн; каждый элемент декора – очертания окон, деревянных конструкций, плавно сбегающие вниз балюстрады крыльца – словно вторил этому движению. По проекту К.К. Мейбома выковали великолепную решетку, ажурную с растительным орнаментом, с калиткой и двустворчатыми воротами, в звенья которой были вплетены монограммы «МК». В 1912 г. на заводе «Сан-Галли» изготовили неоготические ворота, круглые столбы которых увенчивались фонарями.

Интерьеры особняка известны благодаря серии фотографий, выполненных петербургским фотографом К. К. Буллой для журнала «Столица и усадьба»92, а также исследованиям, проведенным сотрудниками Музея истории Ленинграда в середине 1970-х гг. Стены вестибюля были обшиты дубовыми панелями, справа от входа находился массивный камин, облицованный узорной керамической плиткой; лестница с резными перилами вела на галерею. Резные столбы, поддерживающие ее, были декорированы резными мужскими головками в широкополых шляпах. Анфиладу парадных помещений украшали коринфские пилястры, ритмично членившие поле стены, лепные фризы в виде венков с гирляндами, десюде-порты с рельефными фигурками играющих амуров. В Большой гостиной