Лекарь из Пустоты. Книга 11 - Александр Майерс

— И почему тогда я до сих пор жив?

— Их перехватили. Похоже, что служба безопасности графа Сереброва заранее узнала о нападении. Гвардейцы Строговых и Курбатовых перехватили наёмников, часть уничтожили, часть взяли живьём.

— С чего ты взял, что это Серебров?

— А по чьей ещё просьбе нас бы стали спасать Строговы и Курбатовы? Они союзники молодого графа. А то, что их бойцы вчера были под нашим поместьем — это факт. Их видели наши дозорные, но не стали приближаться, — ответил Матвей.

Тихон Аркадьевич долго молчал, глядя перед собой.

— Значит, меня спас граф Серебров. И спас тихо, не требуя ни благодарности, ни платы. Почему?

— Не могу знать, ваше сиятельство.

Барон невесело усмехнулся.

— Кому я нужен, старик без наследников? Дело в другом. Кто-то расчищает поле перед выборами, и мелкие бароны вроде меня попадают под нож просто за то, что подвернулись под руку. Вопрос — кто и зачем? Матвей, у меня к тебе поручение, — Жилин вдруг резко сменил тон.

— Слушаю, — подобрался Плещеев.

— Подними своих людей. Мне нужно всё, что можно нарыть на каждого претендента — старые долги, тайные сделки, порочащие связи… Особенно связи, и особенно заграничные. Но не вмешиваться. Просто собираем информацию и наблюдаем.

— Понял, ваше сиятельство. А граф Серебров? — спросил Матвей.

— За ним тоже присмотри. Но только очень осторожно. Я хочу понимать, что он за человек и к чему на самом деле стремится. Но так, чтобы он об этом не узнал! Если он почует слежку — мы рискуем нажить врага, борьбу с которым не потянем.

— Как прикажете.

Плещеев склонил голову и вышел, закрыв за собой дверь.

Тихон Аркадьевич остался один. Туман за окном почти рассеялся, и первые лучи солнца легли на подстриженные кусты. Барон смотрел на них и думал о том, что после долгих лет тихого угасания судьба вдруг снова втянула его в игру, из которой он рассчитывал выйти давным-давно.

Ему не нужна была власть, не нужны были деньги. Наследников, которым можно было бы всё это оставить, у него не имелось.

Но хотелось спокойно жить. А чтобы жить, и тем более спокойно, придётся понять, кто именно хотел его смерти. И заодно приглядеться к тому, кто эту смерть от него отвёл.

Российская империя, город Санкт-Петербург, здание Гильдии целителей

Зал приёмов Гильдии целителей сиял огнями. Хрустальные люстры под высоким потолком дробили свет на сотни бликов, официанты скользили между гостями с подносами, а пианист в углу играл что-то из старой классики.

Я стоял у колонны с бокалом минеральной воды в руке и наблюдал за собравшимися.

Народу пришло немало. Бархатов не соврал — цвет петербургского целительства явился почти в полном составе, и к ним прибавилось несколько чиновников из министерства здравоохранения и несколько важных господ из нецелительских родов.

Меня подводили к одним, представляли другим, я пожимал руки и выслушивал поздравления, которые все были одинаковыми, как под копирку.

Вся моя семья тоже была здесь. Дмитрий и Татьяна, что удивительно, быстро влились в столичное общество.

Дмитрий говорил с каким-то седым магистром о делах рода, без всякого хвастовства рассказывая, что ведёт все наши новосибирские предприятия.

Татьяна была окружена светскими львицами, которые без конца восхищались Алексеем. Его одели в костюмчик, похожий на смокинг, поэтому он выглядел невероятно умилительно. А ещё так хлопал глазками и улыбался, что заставлял всех женщин вокруг таять.

Света с Борисом танцевали. Моя сестра сияла в новом платье, а Борис смотрел на неё так, будто никогда не видел женщины прекраснее. Они выглядели такими влюбленными, даже спустя немало времени после свадьбы, что даже я им слегка завидовал.

Настю они оставили дома, в Новосибирске, под присмотром бабушки и дедушки Строговых.

— Ваше сиятельство, — раздался хриплый голос за плечом.

Я обернулся. Это был Шрам. Само собой, он не смог остаться в Новосибирске, когда весь род отправился в другой город. Как-никак, начальник службы безопасности.

Богдан явно ощущал себя неловко. Ставлю свою долю в уральском заводе, что он постоянно вспоминал о другом приёме, где пристрелил генерала Усова.

Впрочем, на Шрама никто не обращал внимания. Он умел вести себя так, чтобы не привлекать взглядов. Что удивительно, учитывая его брутальную и жутковатую внешность.

— Что-то срочное? — вполголоса спросил я.

— Не срочное, но любопытное. Барон Жилин, которого хотели убить, помните? Он начал собственное расследование. Копает под всех кандидатов разом и, судя по всему, под нас тоже.

— Под нас? — я приподнял бровь.

— Просто собирает информацию, господин, ничего опасного. Видимо, хочет понять, зачем мы его выручили. Но вот про кандидатов копает куда усерднее, — ответил Шрам.

Я отпил воды, обдумывая услышанное. Старый барон без наследников, которого едва не убили китайцы, вдруг превращается в игрока. Логично. Когда терять уже нечего, кроме собственной жизни, человек способен на многое.

— Не мешай ему. Он копает в ту же сторону, что и мы, а лишние глаза нам не помешают. При случае я бы даже свёл с ним знакомство лично, — произнёс я

— Думаете, стоит?

— Такие люди на дороге не валяются. Может, у него угасающий род, но я слышал про Жилина много хорошего, и он может стать ценным союзником. Что-нибудь ещё?

— Василий про Грязнова рассказывал… Бедолагу гасят со всех сторон. Заблокировали счета, отжали бизнес, даже соцсети взломали. А его самого по-прежнему не могут найти.

— При этом сегодня вышла новая порция компромата про кандидатов и даже великих князей, — хмыкнул я.

— И такая, что у меня волосы дыбом встали. Это сто процентов Грязнов. Он зацепил даже княгиню Старцеву.

Я удивлённо повернулся к Богдану.

— Старцеву? Она же была его покровительницей.

— Ну так ведь отреклась. Похоже, Грязнов решил, что ему нечего терять, и собирается утащить всех на дно вместе с собой. Мстит всем, кого считает виноватым в своём падении, — пожал плечами Шрам.

— Попытайтесь сами его найти. Мне плевать, что за грехи кандидатов он вытаскивает на свет, но это дестабилизирует обстановку.

Сказав эту фразу, я на секунду ощутил себя полковником Воронцовым. Так и прозвучала в голове его любимая присказка «это плохо для стабильности».

— Что насчёт китайцев? — спросил я.

— Тихо. Но именно это мне и не нравится. Есть подозрение, что их число растёт. Майор Игнатов шепнул мне, что полиция Поднебесной узнала о новых бойцах триады,