Осколок тайны - Кир Злой

— Мердок верно подметил, Ормонд был загнан в угол и готов ухватиться за любой шанс. Пока он бежал к «Железным псам» с моей приманкой, я пробрался на стоянку «Медных шакалов» и спрятал шкатулку в нужную карету.

Седрик восхищенно покачал головой.

— Купец прибежал к «Железным псам»… И они ему поверили.

— Конечно поверили, — кивнул я. — Бандиты увидели перед собой сломленного человека, который трясся за жизнь своей семьи. В их мире предательство ради выживания — самая понятная и логичная вещь. Они просто купились на его отчаяние. Устроив засаду, они перебили охрану кареты и забрали шкатулку.

Я сделал паузу, позволяя друзьям живо представить себе эту сцену.

— А дальше жадность сделала свое дело. Вскрыв шкатулку, они обнаружили потайное дно и достали оттуда зашифрованное письмо. Герб Грей на крышке дал им понять, что дело пахнет большой политикой. Скорее всего им пришлось искать грамотея, чтобы взломать шифр. И когда текст был расшифрован, ловушка захлопнулась.

— «Железные Псы» прочли из доноса точное расписание своих патрулей и имя тайной любовницы заместителя главаря банды, — закончил за меня Седрик, пораженный красотой комбинации. — И они поверили, что донос настоящий?

— Именно. Бьюсь об заклад, что главарь банды решил, что Греи покровительствовали «Медным шакалам», и с их помощью хотели передать послание, чтобы сдать «Железных псов» Тайной канцелярии. А нет ничего страшнее для бандитов в столице, чем противостояние Тайной канцелярии Его Величества. Они сообразили, что, если письмо дойдет до нужных кабинетов, их всех отправят на плаху. У загнанной крысы остался только один выход. Ударить первой и нанести максимальный урон врагу. Именно это они и сделали.

Брэн издал долгий, протяжный свист.

— Арден, это просто гениально. Ты столкнул их лбами, а сам остался совершенно чист.

— Верно, — согласился я, поднимаясь с кровати. — Кстати, о Мердоке. Сегодня утром я с ним встречался. Намекнул, что «железным псам» сейчас сильно не до него, и предложил дальше работать на меня. Он останется на своем месте и будет моими ушами и глазами в городе. За хорошую плату, разумеется.

— И ты думаешь, ему можно доверять? — с сомнением спросил Седрик. — Тот, кого так долго держали на цепи, может испугаться и просто по привычке приползти обратно к старым хозяевам.

— Я предусмотрел это, — успокоил я друга. — Салвер как раз вчера сумел приобрести Камень магических клятв для нужд мастерской. Я отвел Мердока к нам в лавку, и мы закрепили договор магической клятвой. Теперь он физически не сможет предать или выдать кому-либо мои секреты.

В общем, пусть столичные гады жрут друг друга в своей банке, а мы свое дело сделали. Лично я зверски проголодался. Идемте в столовую, перекусим. Завтра у нас плотное расписание лекций, а еще тренировки.

* * *

Интерлюдия. Валериан фон Райт

Высокие створки из темного ореха, обитые изнутри плотной кожей, почти бесшумно закрылись за спиной Валериана, надежно отрезая его от остального особняка. Юноша замер посреди просторного помещения, чувствуя, как дорогой ковер под ногами не приносит никакого уюта. Вся прошедшая неделя в Академии после того проклятого болотного марша слилась для него в один бесконечный кошмар. Он терпел насмешки, ловил на себе пренебрежительные взгляды и считал дни до выходных, чтобы вернуться домой и получить поддержку.

Его отец, герцог Бенджамин фон Райт, сидел за массивным столом из черного дерева. Мужчина не спешил поднимать взгляд от бумаг, заставляя сына мариноваться в собственном волнении. В кабинете царила давящая, почти осязаемая тишина.

Валериан не выдержал первым. Сбивчиво, отчаянно жестикулируя, он начал вываливать на отца все свои накопившиеся обиды. Юноша жаловался на грязного простолюдина Ардена, из-за которого весь их класс несправедливо отправили отбывать наказание на проклятом болотном марше. Рассказывал о предательстве Айлетт Ланн, которая воспользовалась его слабостью и переманила на свою сторону аристократов.

— Они специально сговорились, чтобы унизить нас, — закончил Валериан, нервно сжимая кулаки. — Нам нужно вмешаться и поставить этих выскочек на место.

Наконец герцог отложил перо. Он поднял голову, и его холодный взгляд пристально впился в сына.

— Значит, ты проиграл лавочнику влияние среди простолюдинов, проиграл Ланн влияние среди аристократов, а теперь просишь меня вмешаться? — голос отца звучал ровно, но в каждом слове звенел металл.

Валериан сглотнул подступивший к горлу ком. Он попытался выпрямиться и придать себе более уверенный вид.

— Отец, этот Арден… он просто удачно воспользовался ситуацией. Выставил себя героем перед всем классом. А Айлетт Ланн предала наши негласные договоренности и переманила остальных на свою сторону. Я требую, чтобы мы поставили выскочек на место. Одно ваше слово, и руководство Академии…

Лорд фон Райт с силой опустил ладонь на стол. Звук хлестнул по кабинету, заставив Валериана вздрогнуть и замолчать на полуслове.

— Мое слово? — ледяным тоном переспросил отец. — Ты предлагаешь мне, главе одного из самых влиятельных родов королевства, опуститься до того, чтобы жаловаться наставникам на то, что моего наследника обижают в классе? Род фон Райт не терпит слабаков, Валериан. Тем более тех, которых вынуждены спасать из грязи безродные крестьяне. Твой позор — это твоя личная проблема, и решать ее чужими руками внутри Академии я не стану. Это унизительно для моего статуса.

Лицо юноши побледнело, а кулаки непроизвольно сжались.

— А как же Айлетт? — упрямо процедил Валериан. — Мы не можем позволить семье Ланн так открыто вытирать об нас ноги. Мы должны надавить на них.

Отец откинулся на спинку кресла и смерил сына долгим, разочарованным взглядом.

— Ты мыслишь, как обиженный мальчишка, а не как будущий герцог. Силовое давление против рода Ланн сейчас невозможно. Наши семьи равны по могуществу. Если мы развяжем открытую войну из-за твоей ущемленной гордости, неизвестно, кто вообще уцелеет к концу этой схватки. Ты не получишь от меня разрешения на открытый конфликт с ними. Более того, я приказываю тебе временно подчиниться девчонке.

Глаза Валериана расширились от шока и непонимания.

— Подчиниться? Мне? Это шутка?

— Встанешь за ее спиной, — чеканя каждое слово, произнес лорд фон Райт. — Будешь улыбаться. Будешь соглашаться с ее решениями. Будешь идеальным союзником.

— Это невыносимое унижение! — не выдержал Валериан, делая шаг к столу. — Я лучше покину Академию, чем стану ее ручным псом.

— Если ты покинешь Академию, ты покинешь и этот дом, — жестко оборвал