Автобиография. Заметки о штате Виргиния - Томас Джефферсон

что, осматривая медведя из Америки, он не заметил никаких различий «в обличье этого американского медведя сравнительно с европейским».[73] Но добавляет, ссылаясь на журнал Бартрама,{302} что американский медведь весил 400 английских фунтов, что равняется 367 французским; в то время как европейский медведь, осмотренный г-ном Добантоном, весил всего 141 французский фунт.[74] Калм{303} считает, что американский лось (Orignal), или (олень с развесистыми рогами) из Америки — размером с крупную лошадь,[75] а Кейтсби{304} — что он величиной со среднего быка.[76] (Я видел скелет 7 футов высотой, и из достоверных источников мне известно, что часто они бывают значительно выше. Европейский лось не достигает и двух третей этой высоты.) Горностай крупнее в Америке, нежели в Европе, в чем можно убедиться, сравнивая их размеры, приведенные г-дами Добантоном и Калмом.[77] Последний утверждает, что рысь, барсук, рыжая лиса и белка-летяга точно такие же в Америке, как и в Европе, из чего, я думаю, следует, что все физические данные у них одинаковы — как размер, так и иные другие, потому что, если бы американские животные были мельче, они отличались бы от европейских.[78] Наша серая лисица, согласно данным Кейтсби, мало отличается по размеру и внешнему виду от европейской лисицы.[79] Я полагаю, что он, как и Калм, имеет в виду европейскую рыжую лисицу, когда говорит, что «по размеру они не совсем одинаковы с нашими лисицами».[80] Потому что, переходя далее к американской рыжей лисице, он говорит, что «она и ее европейский вариант абсолютно одинаковы». Отсюда ясно, что он имел в виду только один вид европейской лисицы — рыжую. Таким образом, из их свидетельств следует, что американская серая лисица несколько меньше рыжей европейской. Это в равной степени относится и к европейской серой лисице, в чем можно убедиться, сравнивая размеры, приведенные графом де Бюффоном и господином Добантоном.[81] Американский белый медведь такой же крупный, как и европейский. Найденные в Америке кости мамонта такие же крупные, как и те, что были обнаружены в Старом Свете. Могут спросить, почему я упоминаю мамонта, как будто он все еще существует? А почему я должен опустить его, как будто его никогда не было? — в свою очередь спрашиваю я. Такова уж сила природы, что нет ни одного случая, чтобы она позволила животным какого-нибудь вида исчезнуть, чтобы она создала где-нибудь в своей огромной работе звено, настолько слабое, что его можно было бы разорвать. Добавление к этому традиционных преданий индейцев о том, что это животное все еще обитает в северных и западных частях Америки, было бы добавлением тусклого света свечи к сиянию полуденного солнца. Эти районы все еще остаются в их первозданном состоянии, нетронутыми и необследованными нами или другими людьми — для нас. Возможно, оно все еще обитает там и сейчас, как обитало раньше в тех местах, где мы находим его кости. Если оно, как предполагают некоторые естествоиспытатели, а индейцы подтверждают, было плотоядным животным, то его раннее исчезновение может объясняться общим уничтожением диких животных индейцами, начавшееся после их первых контактов с нами с целью приобретения спичек, топориков и кремневых ружей за шкуры животных. Итак, остались бизон, благородный олень, лань, волк, северный олень, росомаха, дикая кошка, сурок, норка, еж, куница и водяная крыса, о сравнительных размерах которых у нас достаточных сведений нет. Вряд ли господа де Бюффон и Добантон измеряли, взвешивали или видели американских животных. Ряд путешественников утверждал, что некоторые из них мельче европейских. Но кто были эти путешественники? Не были ли они людьми, резко отличавшимися от тех, кто открыл для нас остальные три четверти мира? Была ли естественная история целью их путешествий? Измеряли ли они или взвешивали тех животных, о которых рассказывают? Не судят ли они об этих животных по их внешнему виду или, может быть, только по их описанию? Были ли они знакомы с животными своей страны, чтобы сравнивать с ними тех животных, о которых они рассказывают? Не были ли они настолько несведущи, что часто путали виды животных?[82] Правильный ответ на эти вопросы, вероятно, показал бы, что их компетентность была недостаточной для того, чтобы исходя из нее строить гипотезы. Насколько мы еще не готовы правильно сравнивать животных обоих континентов, станет ясно из работы господина де Бюффона. Представления, которые должны были сложиться у нас о размерах некоторых животных на основании данных о них, полученных им ко времени первой публикации его труда, намного отличаются от того, что он представил нам впоследствии. И поистине трудно переоценить его искренность. Одна фраза из его книжки должна принести ему вечную славу: «Человека, исправляющего мои ошибки, я люблю точно так же, как и того, кто учит меня истине, потому что исправленная ошибка в сущности и есть истина».[83] Он, вероятно, думал, что водяная свинка, которую он впервые осмотрел, немного не доросла до своего полного размера. «Она еще не полностью выросла».[84] Но она весила всего 46½ фунтов, и позднее он выяснил, что эти животные, когда вырастут, весят 100 фунтов.[85] Осматривая ягуара, считавшегося двухлетним и весившего всего 16 фунтов 12 унций, он предположил, что, когда ягуар вырастет, он будет не больше собаки среднего размера.[86] Но в дальнейшем вес ягуара увеличился до 200 фунтов.[87] И последующие данные несомненно внесут новые поправки. Удивительно не то, что в эту большую работу необходимо вносить поправки, а то, что их так мало. В результате такого рассмотрения из 26 четвероногих, обитающих на обоих континентах, 7 оказались крупнее в Америке, 7 — одинакового размера, а 12 недостаточно изучены. Таким образом, первая таблица опровергает первую часть утверждения, согласно которому из распространенных на обоих континентах животных американские мельче, «и это верно без всяких исключений». Таблица показывает, что это утверждение не распространяется так широко, как считает его автор, и не настолько справедливо, чтобы обнаружить различие между величиной животных двух континентов.

* —[88]

Переходя ко второй таблице, в которой представлены животные, обитающие только на одном из двух континентов, господин де Бюффон замечает, что тапир — слон Америки — имеет размер всего-навсего небольшой коровы. Продолжая наше сравнение, добавлю, что дикий кабан — слон Европы — чуть превышает половину этого размера. Оленя с круглыми