100 великих сражений XIX века - Борис Вадимович Соколов

корабли защищали их от атак союзников. На концах «подковы» располагались корветы и брандеры. Последние можно было отбуксировать на позиции, защищённые меньшими по размеру корветами и береговыми батареями.

План союзников состоял в том, чтобы встать на якорь в свободной акватории внутри полумесяца. Британская эскадра Кодрингтона должна была занять позицию напротив центра турецкой линии; французская и русская эскадры должны были соответственно противостоять левому и правому флангам турок и египтян. Позиция французов в линии была специально определена таким образом, чтобы они противостояли египетскому флоту, который был обучен французами и мог неохотно сражаться против главного европейского союзника Египта. Согласно традиционной военно-морской доктрины, план Кодрингтона считался слишком рискованным, поскольку давал неприятелю шанс окружить союзников. Кроме того, из-за преобладавшего ветра, дувшего с юго-запада прямо на вход в гавань, Кодрингтон рисковал оказаться в ловушке и не смог бы быстро вывести свои эскадры из гавани в случае необходимости. Однако огромное тактическое превосходство союзников давало все шансы на победу, тем более, что низкая морская подготовка турок и египтян вряд ли позволила бы им совершить сложные манёвры, необходимые для окружения союзного флота.

В 13.30 20 октября 1827 года у входа в Наваринскую бухту Кодрингтон подал сигнал союзному флоту: «ПРИГОТОВИТЬСЯ К БОЮ», и экипажи союзников встали к орудиям. Орудийные порты были оставлены полуоткрытыми, но капитанам союзников было строго приказано открывать огонь только в случае нападения. В 14.00 военные корабли союзников во главе с Кодрингтоном на линейном корабле «Азия» начали заходить в бухту через южный вход, выстроившись в две линии: британцы шли по правому борту, ближе всего к Наварину, а русские — по левому, немного отставая от британцев. Турецкие береговые батареи и корветы, стоявшие у входа, не пытались помешать их входу, но Кодрингтон получил сообщение от Ибрагима-паши о том, что он не давал союзникам разрешения войти в бухту, и требовал, чтобы они ушли. Кодрингтон отклонил протест Ибрагима, ответив, что он пришёл, чтобы отдавать приказы, а не выполнять их. И предупредил, что если турки откроют огонь, их флот будет уничтожен, что и произошло.

Когда его флагман бросил якорь в центре османской линии, Кодрингтон приказал духовому оркестру играть на палубе, чтобы подчеркнуть свои мирные намерения. К 14.15 три британских линейных корабля бросили якорь на отведённых им позициях. Вдоль турецко-египетской линии прозвучали сигналы боевой тревоги. В этот момент у входа завязался бой. Кодрингтон утверждал, что военные действия начали турки. По словам союзников, бой начался, когда у входа в бухту капитан Томас Феллоуз (1778–1853) на фрегате «Дартмут» получил приказ вместе с 2 бригами и 4 шхунами следить за группой османских корветов и брандеров на левом фланге османской линии. Когда корабли союзников продолжали входить в бухту, Феллоуз заметил, что турецкая команда готовит брандер, и отправил шлюпку, чтобы приказать им прекратить. Турки открыли огонь по шлюпке и подожгли брандер. Феллоуз отправил катер отбуксировать горящий корабль на безопасное расстояние, но турки обстреляли катер, нанеся экипажу потери. Феллоуз открыл огонь из мушкетов по команде горящего корабля, чтобы прикрыть своих людей. В этот момент французский флагманский корабль «Сирена», который как раз входил в бухту в хвосте британско-французского строя, открыл огонь из мушкетов, чтобы поддержать «Дартмут». Затем турецкий корвет обстрелял «Сирену» из своих орудий. Стрельба цепной реакцией распространилась по всей линии, и сражение началось еще до того, как союзники завершили развёртывание к бою. Но это дало им тактическое преимущество, так как некоторые корабли союзников ещё не стояли на якоре и могли быстрее маневрировать. Но большинство кораблей сражались на якоре, лишь ограниченно маневрируя. Корабли обстреливали друг друга с очень близкого расстояния, и тут особенно сказалось превосходство огневой мощи и артиллерии союзников.

Французский линейный корабль «Сципион» (80 орудий), следовавший за фрегатом «Сирена» Риньи (60 орудий), сразу же был с обеих сторон атакован египетскими фрегатами, береговыми батареями и брандерами. Брандер застрял под бушпритом «Сципиона», загорелись передние паруса, и огонь перекинулся на верхнюю орудийную палубу. Люди бросались в огонь, чтобы не дать ему распространиться на носовой пороховой погреб. Но артиллеристы продолжали стрелять по атакующим. «Сципион» был спасён от гибели линейным кораблем «Тридентом» (74 орудия), которому удалось прикрепить буксировочный трос к горящему кораблю и с помощью «Дартмута» и двух других британских кораблей отбуксировать его.

«Сирен» Риньи вел долгую дуэль с 64-пушечным фрегатом «Ихсания», который в конце концов взорвался. «Сирен» был поврежден, но при поддержке «Тридента» и «Сципиона» обстрелял форт Наварино и заставил замолчать его батарею.

Капитан 84-орудийного «Бреслау» французский капитан граф Вальдемар-Гийом-Нем Ботерель де Ла Бретонньер (1775–1851) двинулся в центр бухты, на соединение с британским «Альбионом» (74 орудия) и русским «Азовом» (80 орудий). Оба корабля были сильно потрепаны. «Альбион», потопивший турецкий фрегат, стоявший на якоре, попал под огонь всех трех турецких линейных кораблей. К счастью для него, турки были плохими артиллеристами. Но позднее капитан «Альбиона» признавался, что «Бреслау» спас его корабль от уничтожения. «Бреслау» также сыграл ведущую роль в уничтожении флагманского корабля османского адмирала Эмира Тахира-паши «Гиу Реван» (84 орудия) и по меньшей мере четырёх 42-орудийных фрегатов.

«Азия» Кодрингтона (84 орудия) стояла на якоре между флагманом османского адмирала Капитана Бея «Фахти Бахри» (74 орудия) и египетским фрегатом Мухаррем-бея «Герьер» (60 орудий). Капитан Бей открыл огонь, но Мухаррем-бея передал Кодрингтону, что не собирается атаковать. Тогда «Азия» сосредоточила огонь на «Фахти Бахри» и вскоре вывела его из строя. Затем Кодрингтон отправил переводчика-грека для переговоров с Мухаррем-беем, но тот был застрелен, когда поднимался на борт. «Герьер» открыл огонь, но в течение 20 минут был превращён в пылающий остов залпами с «Азии» и «Азова». Но «Азия» была серьезно повреждена из-за сосредоточенного огня небольших турецких кораблей во второй и третьей линиях, которые стреляли через бреши в первой линии.

Русская эскадра Гейдена заняла позицию последней, как и планировалось. Ее позиция на правом конце османского полумесяца была наиболее уязвимой, и русским пришлось вести самый жестокий бой. «Азов», кроме линейного корабля, потопил или вывел из строя три больших фрегата и корвет, но сам получил 153 попадания, в том числе 7 ниже ватерлинии.

Британским фрегатам «Армид» и «Тэлбот» пришлось столкнуться с фрегатами на правом фланге турок и береговой батареей острова без поддержки, поскольку два других фрегата находились в пути и прибыли позже. Их спасли от уничтожения русские фрегаты.

Небольшие британские и французские суда под общим командованием фрегата «Дартмут» предотвращали атаки брандеров. В общем, они справились с этой задачей: за исключением первоначальной атаки брандера на «Сципион», ни