Дважды одарённый. Том X - Элиан Тарс

Она явно воспринимала это как насмешку. Я же на полном серьёзе повернулся к Наумову:

— Иван Фёдорович, сколько женщин и детей из рода Инейских мы отпускаем?

— Восемнадцать человек, господин, — без запинки ответил Наумов.

— Ну вот, — повернулся я к вдове главы рода, — итого восемнадцать тысяч рублей и восемнадцать сумок с вещами. Плюс машина. Неплохой стартовый капитал для простолюдинской семьи.

— Отличный, Александр Ярославович, — поддержал меня Наумов.

— Тебе бы хватило таких средств, чтобы поднять хутор?

— Более чем, господин. Ещё бы на вклад в банке осталось.

Я молча посмотрел в глаза Инейской. Лишь пару секунд она могла удерживать мой взгляд, а затем отвернулась и пробурчала в сторону:

— Этого мало… У нас дети… Им нужно дать будущее.

— Вот и дайте, — спокойно произнёс я. — Попробуйте научить их зарабатывать на жизнь самостоятельно, используя свои навыки, а не выжимая из крестьян последние соки и используя их в качестве наживки для громобоев.

Она поджала губы, а затем подалась вперёд, нависнув над столом так, что её платье чуть опустилось вниз, открывая вид на декольте.

— Ваше благородие… пощадите! Я сделаю всё, что вам будет угодно! Стану самым надёжным вашим союзником!

— Хватит, — прервал её я. — Вы и так получили больше, чем заслуживаете. Подписывайте бумаги. Лучших условий вам не видать. А продолжите разыгрывать спектакль, и среди выживших Инейских я найду другого представителя рода, кто без проблем поставит свою подпись. Вот только мне придётся это как‑то легализовать… Хотя в таком случае мы сэкономим тысячу рублей, — я многозначительно посмотрел на неё.

Этой едва заметной угрозы было более чем достаточно, чтобы Марта Григорьевна уселась обратно, перестала тянуть время и поставила подпись.

— Вот и отлично, — спокойно произнёс я. — Иван Фёдорович, оформите нашу победу и проводите гостей. Выделите какой‑нибудь грузовик, который нам самим не особо нужен, и пусть едут. И да, — я повернулся к Инейской, — мои люди будут внимательно смотреть за тем, что вы забираете. Даже не пытайтесь умыкнуть чего‑то лишнего с собой.

Поджав губы, она кивнула, поднялась с прямой спиной и направилась к выходу, цокая по паркету каблуками.

— Марта Григорьевна! — окликнул её я.

Она остановилась и обернулась через плечо.

— Моя победа была неизбежна с тех пор, как ваш муж решил воевать со мной. Но убивать его я не планировал. Я сказал вам правду: умер он из‑за того, что кто‑то очень могущественный подсунул ему зелье с обманной силой. Вам что‑нибудь известно об этом?

Она замерла, и взгляд её на миг стал стеклянным.

— Нет… — наконец-то проговорила она.

Я чувствовал, что она не врёт.

— Хорошо. Если узнаете об этом, сообщите мне или кому‑то из моих людей.

Она едва заметно кивнула.

— И напоследок, — продолжил я, — хорошенько подумайте, что вы, бывшие дворянки Инейские, будете в дальнейшем рассказывать своим детям про меня. Подумайте, стоит ли вам взращивать в них ненависть ко мне и людям Пожарских. Ведь если вы настропалите их против меня, то когда они вырастут — пойдут войной на мои земли. И тогда вы останетесь без детей. А вот если донесёте до них правду — о том, что их предки перегнули палку, и о том, что их отца подставил некто могущественный — в таком случае у ваших детей может появиться заметный шанс на светлое будущее. Запомните мои слова.

На сей раз она не отвела взгляд и смотрела мне в глаза дольше, чем прежде. А затем медленно кивнула и произнесла:

— Я запомню. Но ваши слова будут иметь вес только в том случае, если вы сможете здесь закрепиться. А как я вам уже сказала, хозяева Чудово так просто не оставят произошедшее этой ночью.

— Что ж… Ваши слова я тоже запомню, — ответил я. — Посмотрим, кто был прав. До свидания, Марта Григорьевна.

— До свидания, господин Пожарский.

Она кивнула и гордо направилась прочь в сопровождении моего могучего камерира.

Некоторое время я смотрел ей вслед.

Правитель всегда должен думать наперёд — не только о войне и ближайших планах, но и о том, как его земли будут жить после войны. В прошлой жизни я успел стать Императором всей Земли и, видимо, даже сейчас подсознательно считаю планету своей территорией, а всех, кто на ней живёт — своими людьми. Да, сперва нужно навести порядок…

Но это вовсе не значит, что нужно выкашивать всех, кто хоть раз косо посмотрел на тебя, или всех, кто был связан с твоим павшим врагом. Если бы я так делал раньше, в конечном счёте у меня не было бы армии, чтобы противостоять захватившим Землю демонам.

Кстати, об этом…

Я достал телефон и посмотрел на экран — свежих сообщений не было. Но после боя с Погонщиком я сразу связался с лагерем, уточнив, как у них там ситуация — если бы она была скверной, мне бы пришлось сразу нестись туда.

Однако граф Резанов заверил, что всё под контролем.

Я велел ему сразу звонить, если проблем прибавится, но пока что меня никто не беспокоил.

— Архон! — взяв рацию, вызвал я своего командира ударной группы. — Зайди, если не шибко занят.

Прикрыв глаза, я погрузился в кратковременную медитацию. Всё‑таки вторая ночь у меня проходит в сражениях, а впереди еще и сам поход в Проклятые Земли. Поэтому даже ту минуту, что потребовалась Архону, чтобы добраться до малой гостиной, я потратил с пользой, прочистив пару перегруженных моноканалов.

— Поздравляю с первой победой, — произнёс я, когда Архандеев зашёл в гостиную.

Он улыбнулся краешком губ и благодарно кивнул.

— Можешь похвастаться Кристине, — не сдержавшись, добавил я.

Архон нахмурился и покачал головой:

— Ну зачем вы так? Нет ничего у меня с этой патлатой!

— Ты же сам говорил, что она у тебя в голове, — усмехнулся я.

— Это другое! — возмутился Архон. — Это всё из‑за того, что она использовала на мне свои чары!

— И что до сих пор в голове? — на полном серьёзе спросил я.

— Да, — проворчал Архон.

Я не сдержался и рассмеялся. Он удивлённо смотрел на меня.

— Что я смешного сказал, командир?

— Да ничего, — я пожал плечами. — Просто постэффект от ментального воздействия одарённого её ранга не может длиться так долго.