Наследник. Часть 1 - Кирилл Сергеевич Довыдовский

Ну да, каждый оборот спутника — три часа. Плюс еще время на сам ответ. Так что даже больше шести часов…

— В порту есть АМС, не беспокойтесь.

Вот же… черт Краска тухлая.

Это совсем было нам не на руку.

Я даже ощутил какие-то смутные колебания от способности Навигатора. Парсонс продолжал спорить, но я уже видел, что безопасник не отступит. И я его понимал. Он знал, что на территории нарушитель. И потому фургон, который нельзя открывать, был по определению подозрителен.

Я бросил взгляд на Биркина.

И он явно тоже все понял. Он уже достал оба своих пугача, и явно был готов к стычке… Которую нам просто нельзя было допустить.

Нужно было… дать им то, что они хотят!

Мысль пришла в голову внезапно. Уверенности, что это прям сработает, не было, но ничего лучшего я не придумал.

— Подберете на повороте, — шепнул я Биркину.

— Что?..

— Нужно отвлечь их. Чтобы они поняли, что их в цель не здесь. И…

Я повернулся к Пако.

— Давай куртку.

Сам я уже снимал свою.

Тот, конечно, спешить мне помогать не стал…

— Или хочешь, чтобы мы все попали?

Пару секунд мы мерились взглядами, но потом он все же сделал, как сказано.

Я торопливо накинул его ветровку. Чуть великовата, но вроде несильно. Затем поднял руку, давая всем знак не мешать.

Воздействие было не самое простое, так что мне нужно было сосредоточиться.

И спустя несколько секунд…

ГРОХОТ!

Лязг сминаемого металла. И, возможно, немного моего кряхтения. Телекинез — штука сильная, но использовать его не видя объекта — совсем непросто. Тем более, когда объект — это секция стального забора.

Именно ее я стал корежить и шатать метрах в пятидесяти от фургона.

Тут же сотрудники порта всполошились.

Я же, не теряя времени, поднялся на ноги и постарался как можно тише открыть люк в крыше.

— На повороте! — напомнил я еще раз Биркину.

А после активировал брошку и, подтянувшись, вылез из люка. После тут же его закрыл и, дернув себя Телекинезом, поскользил по воздуху к тому самому забору, который до этого ломал. Вскоре оказался на земле — летать я пока не умел. И дальше побежал пешком. Туда же уже рвались безопасники, так что в итоге пришлось добавить Тихий Шаг, чтобы хотя бы на пару десятков метров их опередить.

Ну а когда это получилось — отключил брошку.

Меня сразу заметили. И чуть было тут же не вырубили, в спину ударил разряд, кажется, парализатора. Но я заранее выставил сзади Телекинетическую Стенку. Чуть-чуть все равно задело. Не умел я еще нормально энергетические воздействия отражать. Но так и лучше. Более естественно получилось.

Под крики, петляя, я добежал до ближайших к забору кустов. Дальше виднелись еще какие-то постройки. Так что затеряюсь.

Убегая, бросил взгляд на фургон… и, да, он выезжал за ворота. Все-таки не захотели ссориться с имперской полицией, убедившись, что того, кого они искали, внутри нет.

Вот и отлично.

Ну и в целом вылазку хоть она и подарила множество незабываемых эмоций, можно было записать в актив.

Я «успокоил» Чемлева с Бекелевым относительно Звездных. Чем выиграл для рода прилично времени. Плюс навел важный контакт с падчерицей Наместника. Что это даст, пока ясно не было, но уверенность, что свою роль Констанция сыграет, была полная

Кроме того, у нас стало немного больше информации о Службе Доставки. Нужно будет переправить видео человеку Ефима в Бастионе. Пусть выяснит, на кого конкретно завязаны эти контрабандисты.

Ну последнее, точнее, последний — Пако.

Спустя десять минут, когда меня подбирали на повороте, он лежал лицом в пол, а Биркин коленом давил ему на спину. Одновременно зажимая рану на боку.

— Пытался сбежать, — пояснил он.

Н-да. Ну и тип.

Чувствую, интересная с ним будет «беседа».

— Возвращаемся на Базу, — сказал я.

Глава 23

Тайна Хофмана

Следующие несколько дней прошли… спокойно. В том плане, что без разрывов боеприпасов на основе Краски и использования высокоранговых техник.

Большую часть времени я находился на Базе. Но и несколько раз съездил в поместье. Деда проверить, ну и в целом немного урезонить все тот «детский сад», который там образовался с моей легкой руки.

— Ваше благородие, я все понимаю, но…

— И я это очень ценю, Ефим!

Разговор этот успел повториться несколько раз. И теперь я уже успевал остановить Слугу до того, как начнется часть после «но».

Ефим был не в восторге от такого резкого количества постояльцев.

С гвардейцами Бекелева в камерах он еще мог смириться. Хотя и с ними нужно было что-то решать. Каждый человек у меня был на счету. И отвлекать кого-то на пригляд за этими типами вообще не хотелось.

Хуже было с остальными жильцами…

— Михал Романыч, пожал бы ты старика. Они ж из меня всю душу вынут. Я с тобой-то с одним справиться не мог, а тут цельный выводок…

— Ну так к делу приставь!

— А то я не пытаюсь! Ладно бы это хотя бы курсанты были!.. Мелочь пузатая, а гонору, будто каждый из себя маленький Ганзо!

Ну, да.

Что уж говорить, был такой момент.

Способность Пятьдесят Второго обезопасила поместье. Как минимум, до прибытия имперской комиссии, ни Бекелева (2), ни людей Наместника (3), здесь можно было не ждать. А значит родовой особняк можно было использовать как прибежище.

Не до такой степени, чтобы переселить всех с Базы. Такая толпа, да еще с техникой точно бы незамеченной не осталась. Но хотя бы своих пацанов я приютить смог.

Тем более, что это стало просто необходимо.

Дела в Графском Городе после отъезда Наместника стали развиваться стремительно. Бекелев не просто развил бурную деятельность. Расправившись с Рудовым (2), граф явно вознамерился полностью подчинить себе Графский Городок.

Причем действовал он тотально. Давил на аристократов, закручивал гайки на предприятиях и продолжал настойчиво искать то, что было вывезено из Залива.

Внештатную ситуацию с побоищем на бывшем картриджном заводе он тоже без внимания не оставил. Участников произошедшего искали в городе. От греха подальше всем домашним — вроде братьев Петровых — я приказал дома и сидеть. Ну а уличных к «радости» Ефима перевез к себе.

И речь шла не о паре человек.

Бун, Рубенс, Джино и Мелкий из моих пацанов.

Кен, Лось и еще несколько человек из Ножей.

В общем, я даже Сахарного звал со своими. Их, конечно, целая орава, но особняк большой — влезли бы. Но Сахарный отказался.