Медея - Ли Литвиненко

Девчонка-посланница тараторила, едва успевая выговаривать слова. И при этом еще эмоционально жестикулировала. От одного её неловкого взмаха, с камина была скинута деревянная безделушка.

– Понятно, – растеряно кивнул оборотень, хотя не понял и половины.

– А потом, – девочка нагнулась, подобрала деревянную лошадку и повертев в руках, поставила обратно. – Она уколола, та замерла и мы вынесли её на псарню.

– Собаку? – брови Церука сошлись на переносице. Двуликий тщетно старался понять ход событий, описываемых этой смешной человечкой.

– Фалин! – возмущенно фыркнула девчонке. – Териона заперла её в собачей клетке, чтоб наследница не сбежала до прихода Вейдена. А потом, я думаю они её… – и поставив кулачки один на другой, камеристка показала скручивающее движение. Будто отжимала тряпку. Видно намекала, что пленнице открутят голову, как курице что предназначена для убоя.

– Мою Медею?! – подскочил двуликий. Лицо его побледнело от страха. Он так и знал! Этот негодяй с легкостью пойдет на убийство.

– Точно, Медея! А то я имя еёшнее запамятовала, – радостно улыбнулась служанка.

– Так, так, так… – закружился на месте Церус. Выглядел будто его оглушили. – Мне нужно бежать. Спасать её. Сейчас же.

– А деньги, – на оборотня уставились обиженным взглядом. – Она обещала. Много.

– Какие деньги? – сначала не понял занятый другими проблемами оборотень.

– Вознаграждение за риск и за предательство хозяев. Я же жизнью рискую, – камеристка многозначительно округлила глаза.

– Все что обещала Медея, ты получишь. Только позже, – Церус прикинул сколько мог заплатить девочке.

Он был при деньгах и взял на всякий случай несколько драгоценных камней из сокровищницы. Но их нужно сначала продать. И все это… требовало времени, а его у Медеи было в обрез.

– Хорошо? Подождешь до завтра? Мне нужно торопиться. Ты дорогу покажешь? А хотя… Она же в особняке?

– Да. Вернее, нет. Она на псарне, что за конюшней. А Горнеры… наверно в особняке. Они обычно ужинают в это время, если Вейд не находит себе занятие поинтереснее и возвращается домой, – хихикнула девушка.

Церус в это время ходил по комнате, размышляя что взять с собой. Кинжал, меч. Мокрая рубашка неприятно холодила кожу. Оборотень, не думая потянул её верх, решил сменить на сухую.

– Ого-о-о, – служка даже присвистнула, пялясь на полуобнажённого оборотня.

Громко присвистнула, совсем как дворовые мальчишки, гоняющие голубей и кошек.

– Ты можешь идти, – смутившийся оборотень прикрылся рубашкой и тут же открыл перед камеристкой двери. – За деньгами вернёшься утром.

– Куда же я пойду, на ночь глядя и без денег? – Она нагло разглядывала его татуировки. —А это что значит? —тыкнула в правый бицепс увитый черной вязью. – Незнакомый буквы.

– Это старинные руны. Символы обозначаю мой род, имена предков, победы, количество убитых мной…

– Людей?! – глаза пигалицы восхищенно округлились. Будто она сама относилась к гномам.

– Врагов. В основном это были гоблины. И людей я не убивал, – эти постоянные подозрения всегда так бесили Цруса. Не удержался и обиженно рыкнул на камеристку, показав кончики клыков.

– Ого! – нахалка подскочила и без спросу приподняла край его губы. Словно врачевательница заговаривающая зубы, уставилась на крупный клык двуликого.

– Пфока не убфивал, – растянутым ртом, прошамкал Церус и недовольно дернул головой. Сглотнул выступившую слюну. – Так что уходи побыстрее, пока я не пожелал исправить этот недочёт.

– Да куда же я пойду, – служка состроила горестную гримасу.

– На свой берег, – пожал плечами двуликий.

– Так я сирота, своего дома нет и хозяев получается теперь тоже.

– Ну-у-у, – Церус поскреб щеку. – Тогда оставайся на этой стороне.

– А вдруг кто встретится? Беззащитную сиротку легко обидеть, – девочка смиренно сложила перед собой ладошки.

– Не обидит. Я тут оборотень в единственном экземпляре. Так что, человечишко, боятся тебе нечего.

– Да разве только оборотней нужно боятся? – настырная служка не желала покидать гостиничный номер и Церуса.

– Это точно, есть люди куда страшнее. Ну тогда оставайся тут, – зло отбросив мокрую рубашку, разрешил Цер. – Только учти, если что пропадет из веще…

– Да что вы такое наговариваете? – возмутилась девочка и подобрав мокрую рубаху, встряхнула её и повесила на спинку стула. – Марта чужого сроду не возьмет.

– Кто такая Марта? – удивленно высунулся из сухой рубахи двуликий.

– Я. Честнейший в городе Встреч человек.

– И самый скромный, я полагаю, – улыбаясь Церус заправил рубашку в штаны и застегнул тяжелый кожаный пояс.

– И это тоже. Еще я работящая, послушная…

– Молчаливая, – хохотнул Церус пристегивая к поясу кинжал и меч.

– Ну тут по разному, – честно призналась девчонка и поправила свои непослушные кудряшки. – Могу и лишнего наболтать. Но что касаемо секретов, тут я ни-ни. Могила, – она многозначительно перечертила рот обережным знаком. – Еще читать умею, пишу. Только с ошибками, – тяжело вздохнув закатила глаза. – Но что касается списка продуктов, то легко. И на рынок хожу, сторговаться могу враз.

– Тут верю, – кивнул оборотень накидывая на плечи плащ.

– И готовлю. Хлеб пеку, булки разные.

– А кабана запечь можешь? – лукаво уточнил Церус.

– Ну кабана не знаю… возможно. А вот гуся точно могу. И на вертеле, и в духовке.

– И к чему всё это? – приподняв бровь поинтересовался двуликий.

– Место ищу, – девочка застенчиво спрятала руки за спину и повела носком туфли туда-суда. – Работу. Вам камеристка не нужна? Случайно?

– Не-е-е-т, – с испугом отмахнулся двуликий.

Куда ему камеристку? Он что девица? И вообще, рядом с такой занозой можно лишится покоя и заработать нервный тик. Уж больно много в девчонке энергии. Да и её вид…человечка.

– Жаль, – вздохнула девочка, но лицо её выглядело не особо расстроенным. – Такого работника теряете, – она взяла со стола булочку и жадно откусила.

– Правильно, можешь поесть пока нас нет, – кивнул Церус.

А чего еде пропадать? Пока они с Медеей вернутся, все остынет и будет невкусным. Он лучше закажет ужин посвежее. Его пара… Бедняжка, наверное, уже страдает от голода. Нужно торопиться. Чем быстрее он оторвет голову тому мерзавцу, тем скорее они смогут поужинать и лечь спать.

– Не балуйся тут, – как маленькому ребенку приказал Церус и ступил за порог.

– Так как насчет камеристки? Точно нет? – переспросила ему вслед девочка.

– Нет! – Церуз резко захлопнул двери.

– Ничего, – доев булку и вытерев руки о платье, пробубнила гостья. – Я завтра у госпожи Медеи спрошу.

Глава 17

Медея дергала решетку что было сил. Нет, с этой стороны всё надежно. Тогда нужно попробовать в другом месте. Возможно, где-то прут плохо припаян или расшатался от времени. Девушка обошла всю свою тюрьму по периметру проверяя её надежность. Не так уж и много