АдвокатЪ - Саша Фишер

— Настасья, ты совершенно не должна передо мной ни в чем оправдываться, — сказал я. — Давай лучше займемся твоей грамотностью.

Я достал из папки специально для этой цели нарисованный алфавит. Художник из меня аховый, конечно, но надеюсь по моим рисункам рядом с буквами сообразительная Таська поймет, что кошка — это не свинья и не барабан.

— Ой, как чудно! — захихикала Таська.

Схватывала науку она неожиданно легко. Чистый незамутненный ум впитывал знания как губка. Мы сидели на матрасе рядышком, она смешно хмурилась, повторяя за мной буквы.

— Погоди-ка, барин, а вот это же жук! — воскликнула она, ткнув пальцем в насекомое рядом с буквой «Т». — Получается, что это тоже «Ж»? Но ведь она уже была!

— Это таракан, — усмехнулся я и подумал, что надо было нарисовать табурет или еще что. Но вчера в ночи мне в голову ничего другого не пришло.

— Таракан — значит… «Тэ»? — спросила Таська.

Я кивнул.

— А чего это вы здесь такое делаете? — раздался вдруг голос Федьки. — Свиданка тут у вас что ли?

— Ой! — взвизгнула Таська и почти отпрыгнула от меня. — Ты чего тут? Кто тебя звал⁈

— Да я ничего, — заявил Федька, с грозно-ревнивым выражением лица. — Вот, значит ты как⁈ Кто получше подвернулся, да?

— Ты чего себе навыдумывал? — Таська вскочила, почти ударившись макушкой о низкий потолок.

— Я навыдумывал⁈ — возмутился Федька. — Да мне твоя мамка сказала, чтобы я тебя тут искал!

Федька и Таська стояли друг напротив друга, глаза их сверкали, прямо сцена из подросткового фильма про первую любовь. И первую ревность. А Пелагее, видать, Федька, как партия вовсе даже не улыбается. И укрытие Таськи на сеновале для нее вовсе даже не тайна.

— Так, давайте не шуметь! — примирительно сказал я. — Федька, Настасья попросила меня научить ее грамоте.

— Грамоте, значит⁈ — все еще с напором и обидой повторил Федька. — Да слышал я всю вашу грамоту, хихикаете тут. Какая же это грамота⁈

— Такая грамота! — огрызнулась Таська. — Мы уже до буквы «Таракан» дошли. «Тэ» — таракан!

Она показала Федьке язык.

«Детский сад», — со смесью досады и умиления подумал я. Но малого все равно лучше осадить, нечего на девчонку бочку катить.

— Сбавь-ка тон, Федор, — негромко сказал я. — Мы не на Базарной площади. И Настасья перед тобой ни в чем не провинилась.

— Прощения просим, — все еще с вызовом пробурчал Федька. И затоптался на месте, будто сомневаясь, уходить ему сейчас или остаться.

— Ты Федька, чем Отелло тут изображать, садись лучше, — мягче сказал я, похлопав по матрасу рядом с собой. — Пирожок возьми, тоже, небось, Пелагея только жидких щей налила.

Федька шмыгнул носом. Сел. Чуть в отдалении, все еще надутый. Но пирожок взял.

Потом скосил глаза на мою «азбуку».

— Так ты бы Куницу попросил, он бы ловчее картинки нарисовал, — сказал он. — А то непонятно, то ли корова, то ли собака.

— «Кэ» — значит корова! — со знанием дела отозвалась Таська. — Барин, давай остальное выучим, тут же чуточки только осталось!

Урок продолжился. Федька иногда влезал со своими вопросами, но, в целом, больше не мешал. Зато незаметно дожевал все оставшиеся пирожки.

Таким неожиданно приятным и практически семейным оказался этот урок, даже удивительно. Можно сказать, душой отдохнул.

Хорошо было, жаль, рассиживаться времени не было. Пора было возвращаться в суровую реальность.

Я поднялся, стряхнул с сюртука крошки. И в этот момент мне пришло в голову, что Заволжск — город все же небольшой. Здесь все так или иначе на виду, а сплетни — вместо интернета. Таська и Федька варятся в этом, можно сказать, с рождения.

Значит если здесь есть нужный мне человек, то они вполне могут о нем знать.

Во всяком случае, за спрос денег не берут.

— Вот что, друзья, а скажите-ка мне, не знает ли кто из вас такого человека… — начал я и задумался, пытаясь подобрать слова. — Человека, который с картами умеет обращаться мастерски? Ну, играет. А лучше — играл. И выигрывал желательно, а не тот, кто состояние просадил, конечно.

— Шпилер, что ли? — спросил Федька. — А на что он тебе? Ааа… это про то, что в тот раз Куница…

Федька резко замолк и захлопнул рот ладошкой.

— Шпилер? — повторила Таська. — Это как дядя Панкрат? Матушка говорила, что он шпилером был.

— Лисицын-то? — нахмурился Федька. — Так он уже разве шпилер? Он же старый уже.

— Так-так-так, давайте с этого места поподробнее, — сказал я. — Что за Панкрат Лисицын такой? Где найти?

— Есть тут один… — насупился Федька. Будто обидевшись, что не он первый вспомнил нужного человека. — На отшибе живет, в конце Овражной улицы. Только он сердитый, к нему вот так враз в гости и не зайдешь.

— Ты сказала «дядя», он твой родственник? — спросил я у Таськи.

— Седьмая вода на киселе, — замялась Таська. — Когда он при смерти лежал, матушка за ним ходила.

— Я могу проводить! — тут же вызвался Федька. — Там если не знать дороги, то заплутать можно…

— Притормози, Федька! — остановил я. — Давайте-ка выкладывайте подробнее, что это за Панкрат такой.

Федька и Таська заговорили, перебивая друг друга. Из их сбивчивых объяснений я вычленил несколько пунктов.

Панкрат Лисицын местный уроженец, но долгое время в Заволжске отсутствовал. Уехал за «длинным рублем» то ли в Москву, то ли в Санкт-Петербург. И вроде как был какое-то время в шоколаде. Был вхож в лучшие дома, жил в роскоши, прикуривал от крупных купюр и был своего рода городской легендой. Мол, ежели не сидеть в своем болоте, то можно добиться успеха. Потом в какой-то момент нашла коса на камень, Панкрат этот перешел дорогу кому-то не тому, и случилось с ним то, что нередко происходит с людьми его типа — а именно, его подловили и сломали руку. Чем головокружительную карьеру прервали, потом он попал под суд, потом… Не то каторжные работы, не то ссыла. Однако в Заволжск он вернулся все еще при деньгах. Очевидно, позаботился о своей «пенсии», когда был на коне. Однако, не подрассчитал, и сейчас сычевал на окраине, довольствуясь остатками былой роскоши. И едва выкарабкавшись из какой-то тяжкой болезни.

«Даже не знаю, — с сомнением подумал я. — Если судить по их словам, то Панкрат этот наружу почти не выходит, сгодится ли для моих целей?»

Другая мысль была иная. Что это здесь, в маленьком уездном Заволжске нужные люди находятся очень легко. И чего точно не стоит делать, так это обольщаться, что каждый раз так будет. Информация в эту эпоху стоит много