Руководители аппарата горнозаводской власти Урала в 20-е – 50-е гг. XVIII в. - Светлана Ивановна Цеменкова

21 декабря 1720 г. определен «В Кунгуре над горными делами командиром». Кстати, по табели Петра I от 1720 г., в пехотном полку капитан получал значительно больший оклад, в том числе с рационами, выплатами на денщиков.

В 1720–1722 гг. трудился в Кунгуре, вел поиск и обследование рудных мест в регионе. Вместе с ним были И. Ф. Патрушев, Д. Т. Одинцов. В феврале 1720 г. И. Ф. Патрушев по приказу И. М. Михаэлиса уехал на Уктусский завод, на Д. Т. Одинцова возложили денежную казну «по письмам Берглина». По определению В. И. Геннина Ю. Берглин был направлен к строению Егошихинского завода: его по праву необходимо считать (вместе с другими командирами) одним из основателей завода, ставшего впоследствии городом Пермью.

По табели В. И. Геннина 1726 г. Ю. Берглин значился цегентнером Егошихинского завода с прежним окладом. Трудился без особых нареканий, построенный завод к этому времени полностью окупил затраты.

13 февраля 1730 г. В. И. Геннин получил от Ю. Берглина доношение: конвоиры, сопровождающие колодников в Сибирь, «за слабую командою капитана», в селе Верхние Мулы (рядом с Егошихинским заводом) жестоко избили Ю. Берглина, служителей и подьячих и «весьма изувечили, от которого увечия к тому ж и за старостию» служить дальше ему было сложно. Генерал написал в Обер-бергамт и Берг-коллегию следующую резолюцию: «отпустить можно, ибо в нем нужды большой при заводах не имеется и переменить ево есть кем». Было решено выдать ему жалованье, отправить в гарнизон, откуда был взят. Но Ю. Берглин переменил свои намерения и 10 февраля 1731 г. написал в Обер-бергамте: «ныне по воле Божей от скорби освободился и еще колико могу, служить ея Императорскому Величеству при Егошихинском заводе желаю». Просил прибавить жалованье, но ответ главы Обер-бергамта А. Ф. Томилова был отрицательным. Служить ему разрешили, а если доволен не будет – «всегда может освобожден быть».

В 1732 г. Ю. Берглин попал под следствие о приеме пришлых (беспаспортных) людей на Егошихинские заводы и рудники. Вел следствие берггешворен А. М. Уваров, который знал, что по коронационному указу от 22 (28) апреля 1730 г. Анна Иоанновна прощала штрафы за прием пришлых, которые появились на заводах до ее воцарения.

Вычислить, кто пришел до воцарения Анны Ивановны, а кто позднее, оказалось довольно сложным делом. В допросах очень многие забывали дату прибытия на завод, так же как и не помнили дату, когда им разрешили селиться при заводе.

Но А. М. Уваров сумел сосчитать пришлых: штраф, наложенный на Ю. Берглина, составил 400 руб. 16 1/8 коп.

Прием на работы беспаспортных пришлых Ю. Берглин, естественно, отрицал. В доказательство уверял: их работа на заводе или в горах, равно как и оплата за нее, в документах не зафиксирована. Документов действительно не было, а полностью верить словам пришельцев в Обер-бергамте не собирались. Да и Ю. Берглин писал в Екатеринбург, что «если на него наложить штраф, то уже он всеконечно придет в самое убожество и нищету, и не токмо наследникам ево уже будет скитаться в мире». Решили: необходимо окончательное определение В. И. Геннина, предложили ему «за увечьем и старостью» сумму штрафа сократить на половину. Генерал знал, что «не для своего плутовства и лакомства» принимал он людей. Тем не менее генерал не мог обойти закон, должен был привести наказание в силу. К 1736 г. Ю. Берглин выплатил лишь 137 руб.; а в последующие годы и вовсе штраф не погашал. 23 октября 1740 г. на основании указа е. и. в. «о прощении вин» дело закрыли. Ю. Берглин просил, чтобы ему вернули уплаченные 137 руб., но ему ответили, что в указе слов о возврате выплаченных денег нет.

В ноябрь 1733 г. Ю. Берглин подал просьбу об увеличении жалованья, повышении в ранге. Он справедливо отмечал: за 13 лет «непрестанного безотлучного над заводами к горным делам смотрения» не получил повышения. Упомянул, что его соотечественники, состоявшие на горнозаводской службе, не имели таких трудов, а в чинах повышены. Он же пришел «в крайнюю нищету и разорение». В. И. Геннин 8 декабря 1733 г. определил «за его верную и многолетнюю при горных заводских делах службу» оклад повысить как сухопутному капитану до 180 руб., но на рацион и денщиков денег не повышать.

В. Н. Татищев перевел Пермский бергамт с Пыскорских на Егошихинские заводы, после капитана Л. Житкова в 1735–1737 гг. его возглавлял Ю. Берглин. Но в декабре 1737 г. был за старостью отстранен, отправлен управителем Висимского завода. В 1739 г. окончательно уволен со службы, но ему разрешили заниматься рудным промыслом. Он устроился в вотчинах Строгановых.

Был женат. Его сын Юрья Берглин в 1750-х гг. вступил в горнозаводскую службу, стал унтер-шихтмейстером. Его отец еще был жив.

Ист.: ГАСО. Ф. 24. Оп. 1. Д. 287. Л. 93–99; Д. 395. Л. 512–518; Д. 890. Л. 194–195; Д. 1301. Л. 18–20.

БРАНТ (БРАНДТ) КАРЛ (КАРП ПЕТРОВИЧ)

Родился в 1683 г. в землях, принадлежащих Швеции, служил шведской короне драгуном. Пленен под Полтавой, добровольно перешел на российскую службу в 1709 г. В 1715 г. – капрал, в 1716 г. – вахмистр. К октябрю 1722 г. – прапорщик Тобольского полка Сибирского гарнизона.

В конце февраля 1723 г. прибыл с командой солдат на строительство завода на Исети. Жили в шалашах, строили квартиры для первых жителей Екатеринбурга.

В конце 1724 г. по поручению В. И. Геннина завершал строительство Полевского завода, руководил заводской конторой.

На этой должности К. Брант столкнулся с целым рядом новых для себя проблем. Практически ежемесячно присылал доношения в Обер-бергамт: не хватает канцеляристов, нет даже людей, которые бы вели учет материалам и рудам. Он откровенно признавался: «понеже я иноземец, как содержать в заводском деле порядочно помету и всякие записки, не знаю», да и «особливо русского языка недоволен».

В очередном доношение в Обер-бергамт от 1 ноября 1725 г. он с горечью писал о проступках подчиненных: писаря С. Баранова «от пьянства унимал, и добром и наказанием разговаривал, чтоб оного Баранова произвести к лутшему и ни в чем ево к лутшему произвести не мог». А 31 октября пьяные «в ночи оной Баранов приходил с женою своею в заводскую кантору… и говорила оного Баранова жена ево всякие непотребные матерные скаредные слова, и заводскую кантору бранила, тако ж де и меня, нижайшего, бранила скаредною матерною бранью».

Из Обер-бергамта пришел ответ: жену наказать плетьми, а мужа бить батожьем нещадно. Но К. Брант не смог выполнить этот приказ: работник с женой к этому времени сбежали[151].

В 1725 г. – поручик. В 1727 г. переведен в Екатеринбург командовать учрежденными при Обер-бергамте ротными делами. Был ответственным за организацию и проведение первой переписи населения города в 1728 г.

Некоторые сюжеты