Беринг - Ольга Владимировна Погодина

Так что, как мы видим, были в экспедиции всякие моменты – и трагичные, и курьезные.

* * *

За тяжелыми и порой трагичными историями основных отрядов, год за годом штурмовавших суровые арктические побережья, почти незамеченной нами осталась история Академического отряда, который все это время производил масштабные исследования, и как раз в Якутске были сделаны одни из самых крупных открытий, имеющих огромную научную ценность.

Напомним, что в состав этого отряда вошли ученые Санкт-Петербургской Академии наук, студенты Славяно-греко-латинской академии в Москве, геодезисты, рудознатцы и другие специалисты. В задачи отряда входило естественно-географическое и историческое описание пути из Петербурга до Камчатки. Ученые должны были регулярно докладывать о своих научных изысканиях, причем оригиналы их донесений передавались для изучения в Академию наук, а копии оставались в Сенате. Несмотря на то что отряд входил в состав Великой Северной экспедиции, Берингу он не подчинялся и получал указания непосредственно из Академии и Сената. Тем не менее на капитан-командора был возложен нелегкий труд по обеспечению продвижения отряда к месту назначения. Бытовые вопросы тоже решались Берингом там, где отряды продвигались вместе – и это добавляло капитан-командору немало головной боли, учитывая, что командовать маститыми профессорами он никак не мог, требования у них были весьма немалые, а амбиций хоть отбавляй.

Возглавил Академический отряд действительный член Академии наук Герхард Фридрих Миллер, направленный в Сибирь в качестве историографа экспедиции. В работе отряда приняли участие профессор химии и натуральной истории Иоганн Георг Гмелин, профессор астрономии Людвиг Делиль де ла Кройер, адъюнкт Иоганн Эгергард Фишер, адъюнкт натуральной истории Петербургской академии наук Георг Вильгельм Стеллер, студенты Степан Крашенинников, Василий Третьяков, Илья Яхонтов, Алексей Горланов и другие. За громкими степенями как-то забывается, насколько молоды были эти ученые: когда они отправлялись в Сибирь, Крашенинникову был 21 год, Гмелину – 23, Миллеру и Стеллеру – по 27.

Как мы помним, в январе 1734 года Академический отряд прибыл в Тобольск, где в то время находился и основной состав Великой Северной экспедиции. Там Миллер начал работу по осмотру и приведению в порядок местных архивов, отыскивая в них дела, описывающие историю и географию края и делая копии с важнейших документов. Поиск архивных документов он продолжил и в других городах Сибири, в чем ему помогали студенты и подъячие из местных сибирских канцелярий.

Из Тобольска отряд по Иртышу добрался до Омска, затем посетил Ямышево, Семипалатинск и Усть-Каменогорск. Миллер помимо архивной работы занимался археологическими раскопками, Гмелин – организацией метеорологических наблюдений и описанием флоры, фауны и рельефа Кулундинской степи. По пути путешественники изучали флору и фауну, собирали коллекции редких растений, проводили геологические исследования. Гмелин изучил северо-западную часть Алтая в районе Усть-Каменогорска, проехал оттуда в Барнаул и, отметив плодородие почв края, через Салаирский пляж прибыл в Кузнецк.

Там отряд разделился: Миллер в сопровождении нескольких солдат и переводчика направился в Томск по суше, а Гмелин и Крашенинников на лодках спустились вниз по Томи, прошли по долине Чулыма, составив во время путешествия реестр селений, расположенных по берегам реки, описав обычаи, одежду и обряды местных жителей. В октябре 1734 года отряд вновь собрался в Томске. За время, проведенное в этом городе, Гмелин организовал метеорологические наблюдения, обучив им казака Петра Саламатова.

Зимой 1734/35 года Гмелин ездил по Ангаре до Братска и обследовал пороги реки. Затем зимним путем он проехал через Илимск в Усть-Кут на Лене и, повернув на юг, добрался до устья реки Илги. Зимой и весной 1735-го ученые посетили Енисейск, Красноярск, Иркутск, переправились через Байкал и побывали в Селенгинске, исследовав берега Селенги, Ингоды и Шилки, а также в Кяхте. Летом того же года отряд побывал в Читинском остроге и в Нерчинске, где исследовал древние памятники, могильные курганы и рудные копи. Путешественники то шли пешком, то плыли на плотах и дощаниках, то ехали на лошадях. Все наблюдения тщательно записывались в дневники, множество зарисовок делал художник Люрсениус. Осенью отряд вернулся в Иркутск.

Зимой 1736 года студент Крашенинников и геодезист Иванов занимались исследованием минеральных источников на берегах реки Баргузин, весной по просьбе Миллера они изучали архивные дела в Верхоленске. Группа Миллера и Гмелина в это время работала в архиве Илимска, а затем добралась до Якутска, сделав боковой маршрут по Витиму до реки Мамы для изучения крупных слюдяных месторождений. Гмелин дал характеристику гор по берегам Витима, став первым исследователем Северо-Байкальского нагорья. «Весной 1736 года собрались мы все в верхних местах реки Лены. Де ла Кройер поехал прямо в Якутск, нигде не останавливаясь. А Гмелин и я препроводили паки целое лето, идя по Лене, дабы нам для своих дел тем более времени получить», – писал Миллер. Летом 1736-го в Якутск прибыла и группа Крашенинникова.

Тем временем, разбирая Якутский архив, Миллер обнаружил в нем те самые затерянные челобитные Семена Дежнева, описывающие его поход вокруг Чукотского полуострова. «Сие известие об обходе Чукотского Носу, – писал Миллер, – такой важности есть, что оное паче вышеописанных примечания достойно, ибо известие есть, что прежде никогда подлинно не знали, не соединилась ли в сем месте Азия с Америкою, которое сомнение и к первому отправлению господина командора Беринга в Камчатку причину подало. А ныне в том уже никакого сомнения больше не имеется».

Какое же странное чувство должен был испытать Беринг, получив от Миллера это известие! С одной стороны – радость: ведь он был прав, а сомневавшиеся в его открытии посрамлены. С другой – горечь: сколько людей сгинуло лишь потому, что хрупкие листы затерялись в архивах по чьему-то невежеству и нерадивости…

В это же время (1736–1737) Гмелин изучал рудные месторождения Якутского края, а также добыл первые научные сведения об Алтае, Кузнецком Алатау, Салаире, Западном Саяне, Становом и Яблоновом хребтах, Кузнецкой и Минусинской котловинах. Он был вторым – после Мессершмидта – научным исследователем Среднесибирского плоскогорья, Прибайкалья и Забайкалья. Гмелин продолжил работы своего предшественника по изучению вечной мерзлоты и создал в Сибири первые метеорологические станции.

За время пребывания участников экспедиции в Якутске значительно пополнилась зоологическая и ботаническая коллекции отряда, было изготовлено множество чучел птиц и мелких животных, художники сделали более сотни зарисовок местной фауны и флоры.

И снова обидная и нелепая случайность – почти все материалы исследований, проведенных в течение года, погибли во время пожара, вспыхнувшего 8 ноября 1736 года в доме Гмелина в Якутске. В следующем году ученому пришлось часть исследований проводить заново. Миллер с горечью пишет:

«Между тем для убежания праздности положили мы восприять вновь разные путешествия. Понеже во время приключившегося в