Четвертое королевство - Ана Эм

– Для той, кто едва не отделала троих пиратов, ты можешь быть давольно милой.

– Милой? – повторила Амора, явно приняв это невинное слово за оскорбление. – Я не милой.

– Милая.

– Да. – стукнула она кулаком по столу. – Не милая.

– Молодец, быстро схватываешь. Ну, давай, твоя очередь. Задавай вопросы. Но ограничимся тремя. У меня сегодня не так много времени.

Амора кивнула, собрав все свои знания этого проклятого языка в кулак. Вопросов у нее к этому старику было невероятно много, но были те, что намного важнее остальных. Она сделала глубокий вдох, как перед погружением и начала формировать звуки в слова:

– Как ты зноть, ч-то я есть?

– Как я узнал, кто ты?

Она кивнула, но он не ответил, пока она не повторила снова.

– Как ты…у-знал…кто…я?

Мужчина улыбнулся, уперевшись руками в стол.

– Ты намного сильнее девушек твоего телосложения. Даже с тяжелым ранением ты умудрилась удержать Пита над водой одним только своим весом. Потом обезвоживание. Человеческое тело так на него не реагирует, как твое. Ну и…сама ты.

Светлые брови сошлись на переносице.

– Куда бы ты ни пошла, что бы ни делала, ты притягиваешь взгляды. Одно твое присутствие встряхнуло всех на корабле. И дело не только в твоей красоте. Многие просто не знают, как с тобой обращаться. Инстинкты говорят им преклонить колено, поддаться искушению и взять все, чтобы ты ни предложила, но здравый смысл и воспитание в мире, где властвуют мужчины, напоминают о том, что ты всего лишь женщина, а значит, ниже них во многих смыслах. Вместо того, чтобы разобраться, они просто превращают весь этот дерьмовый ком эмоций в ненависть.

Амора задумалась над его словами. В них была истина, и русалке вдруг пришла на ум идея, которую стоило бы обдумать.

– Скажу тебе так, – продолжил старик уже серьезней. – Еще пара дней в море, и команда начнет сходить с ума. Магия, которую ты невольно распространяешь, сведет их с ума. Похоть превратит их в животных. Так что, если ты можешь каким-то образом уменьшить свое влияние на них, сделай это. Ради собственного блага.

У Аморы не было таких планов. Напротив, теперь она собиралась воспользоваться их слабостями в своих целях.

И тем не менее, она кивнула.

– Ку-ды мы плыть? – задала она свой следующий вопрос.

– Куда мы плывем? – поправил пират, и Амора в очередной раз повторила за ним правильный вариант, прежде чем тот ответил.

– Это тебе придется спросить у капитана. – пожал плечами пират, и русалка просто знала, что он это специально сказал. Ему самому наверняка было известно направление. К сожалению, остальные члены команды тоже и словом не обмолвились о конечном пункте или же хотя бы об их нынешнем местоположении. Возможно ли, что и они не знали? Или же этот чертов Дэмиан приказал не обсуждать подобное в ее присутствии?

Амора раздраженно вздохнула, но приняла ответ. Все равно было бесполезно переубеждать этого старого пирата, и она задала свой последний вопрос:

– Почему?

Она больше ничего не произнесла, но пират и без того понял, что она имела в виду.

– Ты напоминаешь мне ее. – тихо прошептал он, и его серых глаз коснулась неподдельная печаль. – Мою дочь.

Нефритовые глаза Аморы распахнулись от удивления, рот открылся с новым вопросом на кончике языка, но старик отмахнулся, отрезав любые расспросы, взял поднос со стола и вручил его Аморе с приказом:

– Отнеси это Дэмиану.

Принцесса поморщилась так, словно ей предложили обмазаться дерьмом, а затем съесть его. Старый пират рассмеялась в ответ на такую реакцию.

– Дэмиан хороший человек, лучший из тех, кого я знаю. Не смотря на то, что он пират.

Амора демонстративно закатила глаза и направилась к лестнице, раздумывая над тем, чтобы плюнуть в еду пирата, но потом вспомнила, что она выше этого. Нет. Она заставит его понервничать другим способом.

Принцесса едва ступила на первую ступеньку, как пират окликнул ее вопросом, который заставил ее замереть на месте.

– Ты знаешь, что случилось с кораблем Джонни, не так ли?

Амора не могла ответить прямо. Не стала бы. Но она могла поделиться частью правды. Тем, в чем даже себе боялась признаться. Тем, что преследовало ее в кошмарах.

Она медленно повернула голову и заглянула пирату прямо в глаза, обдумывая каждое слово:

– Море…теперь…не…безопасно.

Она знала это всем своим существом, чувствовала в костях, видела в кошмарах. Старик заметил это в ее нефритовых глазах, и в его взгляде на мгновение отразился похожий страх. Но затем он просто кивнул и вернулся к своей работе.

20

Амора поднялась на основную палубу с подносом и прокручивая в голове слова старика. В лицо ударил морской воздух, слегка пригретый солнцем, что уже стремилось к горизонту. Принцесса заметила Рида, который очевидно следовал за ней тенью, но сделала вид, будто не чувствует его внимательный взгляд на себе.

Она направилась в каюту этого проклятого пирата, что находилась на носу корабля. Море пело в ее ушах. Его зов был сильным. Настолько, что Амора не сразу поняла, что остановилась посреди палубы. Ее взгляд был обращен к горизонту, где небо пылало всеми оттенками красного. Сердце ускорилось на мгновение. Все ее существо тянуло Амору в воду. Весь день ей вполне удавалось справляться с этой тягой, отвлекаясь на разговоры и пиратов вокруг. Но этот зов сейчас…Она словно знала, что там, под водой ее ждали. Ее искали. Причем не русалки, нет. Создания, что не покидали ее снов с того момента, как медальон впитал в себя ее кровь.

Она не знала, что делать со всеми этими новыми ощущениями. Магия всегда была для нее чем-то до ужаса банальным. Все русалки обладали теми или иными дарами. Для Аморы это не было чем-то особенным, а потому она никогда даже и не пыталась толком научиться ей управлять. В этом не было нужды. Она всегда была принцессой, просто наследницей в очереди на трон, который будет занят еще минимум лет пятьдесят. Ее мать стала Королевой в юном возрасте просто потому что предыдущую Королеву и всех ее наследниц скосила жуткая лихорадка. Мать Аморы была единственной выжившей. Самой младшей, но упертой настолько, что даже Тритон