Старость - Симона де Бовуар

сама медицина начала в большей мере походить на физиологию и прочие экспериментальные науки, из-за чего вместе с ней совершенствовались и исследования старости. В 1817 году Ростан занят изучением астмы у пожилых людей: он обнаружил, что она связана с расстройствами головного мозга. Прус в 1840-м выпускает первый систематичный труд о заболеваниях, свойственных людям в пожилом возрасте.

И гериатрия — которую так еще даже не называли — начала по-настоящему вступать в свои права непосредственно с середины XIX века. Во Франции ее развитию способствовали строительство и работа крупных госпиталей, существенную часть пациентов которых составляли пожилые люди. Крупнейшим европейским учреждением такого рода был Сальпетриер; в нем содержалось до 8000 больных, а из них от 2000 до 3000 были старики. Еще одним видным госпиталем был Бисетр. Задача получения клинической информации о старении в связи с появлением таких мест разительно упростилась. Можно сказать, что Сальпетриер стал ядром гериатрического знания. В его стенах были прочитаны лекции Шарко о старости, опубликованные в виде книги в 1886 году. За ними следовала лишь череда изданий шаблонных, скучных трактатов по гигиене. Медицина постепенно отходит от профилактики старости, главным образом в сторону ее лечения. Доля пожилых людей неуклонно растет сначала во Франции, а затем и в остальных странах: среди своих пациентов доктора замечают увеличение числа страдающих дегенеративными заболеваниями, к которым приводят возрастные изменения. В 1852-м, еще до публикации книги Шарко, сперва выходит работа Пеннока, а затем и трактат Ревейе-Паризе — оба врача изучают частоту пульса и ритм дыхания у стариков. В период между 1857-м и 1860-м Гейст выпускает общий обзор немецкой, французской и английской гериатрической литературы.

В конце XIX — начале XX века исследования старости становятся всё масштабнее. Во Франции обобщающие работы вышли из-под пера Боя-Тессье в 1895-м, Розье в 1908-м, Пика и Бамамура в 1912-м. В 1908 году в Германии публикуются труды Бюргера, в Америке — Майнота и Мечникова, зоолога Чайлда в 1915-м. Некоторые ученые, подобно своим предшественникам, всё еще питали надежду на то, чтобы объяснить процесс старения при помощи какой-то одной причины. Таковой к концу XIX столетия была названа инволюция половых желез. Броун-Секар, преподаватель Коллеж де Франс, в возрасте 72 лет ввел себе инъекцию из настоя тестикул морских свинок и собак — без толку. Воронов, другой профессор из Коллеж де Франс, пытался осуществить пересадку обезьяньих желез в тела пожилых мужчин — провал. Богомолец утверждал, что им была создана омолаживающая гормональная сыворотка — фиаско. Меж тем Мечников попросту осовременивает взгляд, который сводит старение к аутоинтоксикации. В начале XX века Казалис заявил, что человек стар настолько, насколько стара его сердечно-сосудистая система — на этой незатейливой формуле он сколотил целое состояние; с его точки зрения, фактором, определяющим старение, является атеросклероз. Но наиболее распространенным оставалось представление о старости как о следствии нарушенного обмена веществ.

Американский врач Нашер считается отцом гериатрии. Родившийся в Вене, которая на тот момент была видным центром исследований старости, он еще в детстве перебрался в Нью-Йорк, где и начал изучать медицину. Однажды, посетив в группе студентов дом престарелых, он услышал, как женщина преклонного возраста жаловалась его профессору на самые разные расстройства. Профессор объяснил ей, что причина ее недугов — старость. «И что с этим можно поделать?» — спросил Нашер. «Ничего». Ответ этот настолько поразил его, что в будущем он посвятил себя изучению старения. По возвращении в Вену он вновь побывал в богадельне, и его удивило долголетие содержавшихся там стариков и отличное состояние их здоровья. «Всё потому, — сказали ему коллеги, — что мы обращаемся со стариками так же, как педиатры обращаются с детьми». Это сподвигло Нашера на развитие нового направления в медицине, которое именно он назовет гериатрией. Его первая работа вышла в 1909 году; в 1912-м он основал Гериатрическое общество Нью-Йорка, а в 1914-м опубликовал новую книгу; затруднения возникли, когда Нашер занялся поиском издателя: поднятая им проблема не вызывала особого интереса.

Вскоре, наряду с гериатрией, начинает развиваться другая наука, известная на сегодняшний день как геронтология: она изучает не патологии старости, а сам процесс старения. Старость в начале века не оставляла биологов равнодушными лишь постольку, поскольку ее изучение было сопряжено с прочими исследованиями, то есть было побочным: если вы занимаетесь вопросами жизнедеятельности растений и животных, то так или иначе будете обращать внимание на изменения, происходящие с ними по мере их увядания. Пока юности и подростковому возрасту посвящалось множество специализированных исследований, старость изучали не ради нее самой, а главным образом в связи с теми табу, о которых я упоминала выше[13]. Эта тема была чересчур неприятной. С 1914 по 1930 год старостью интересовались только в связи с выходом книги Карреля, чьи идеи широко распространились во Франции; он вернулся к мысли о том, что старость есть форма аутоинтоксикации, вызванной продуктами клеточного метаболизма.

Со временем ситуация преобразовывается. В период с 1900 по 1930 год число пожилых людей в США удвоилось — и еще раз с 1930 по 1950 год; многие из них, в силу индустриализации общества, сосредоточились в городах, что привело к серьезным проблемам; поиск решений умножил количество проводимых исследований, которые привлекали внимание к старикам, а затем и пробуждали по отношению к ним живой интерес. С 1930 года больше исследований проводят биологи, психологи и социологи; этот процесс не обошел ни одну страну. В 1938-м в Киеве проходит всемирная научная конференция по старению и долголетию. В том же году в печать попало сочинение Бастая и Польятти, а в Германии появилось первое специализированное периодическое издание. В 1939 году группой английских ученых и профессоров медицины было основано Британское общество исследований старения. В Соединенных Штатах выходит монументальная работа Каудри «Проблемы старения».

На время войны исследования замораживаются — но возобновляются вместе с ее окончанием. В 1945-м в США было основано геронтологическое общество, а через год там же возникает второе периодическое издание о старости. Такого рода публикации стали тиражироваться во всех странах. В Англии лордом Наффилдом был создан Фонд Наффилда, на деятельность которого выделялись немалые средства: здесь изучали и гериатрию, и положение стариков в Великобритании. Благодаря Лиону Бине исследования старости набирают обороты и во Франции. Геронтологические ассоциации создаются по всему миру: в 1950-м в Льеже, в 1951-м в Сент-Луисе (Миссури), в 1954-м в Лондоне; впоследствии их число будет только расти. Повсюду возникали исследовательские общества. 19 000 ссылок насчитывалось в библиографическом геронтологическом индексе, изданном в США в 1954 году. Согласно доктору Дестрему, к настоящему моменту эта цифра должна была увеличиться вдвое. Геронтологическое общество Франции было учреждено в 1958-м. В том же году был основан Центр геронтологических исследований, которым руководил профессор Бурльер. Во Франции написаны немаловажные трактаты: Грайи и Дестрема в 1953-м, Бине и Бурльера в 1955-м. Первый номер журнала Revue française de gérontologie появился в 1954 году. Наконец, в Париже была создана специальная комиссия по социальной гигиене для решения