Сердце Северного Ликана - Мария Александровна Ерова

несчастные случаи ей иногда приходилось наблюдать в своей жизни. Сейчас она вспоминала о них по обрывкам своей памяти, заметках в газетах, постам в интернете. Каждый раз Мари ужасалась чудовищной несправедливости, что иногда случалась с молодыми людьми или даже детьми, но тут же забывала о том — её память была очень гибкой, и не хотела лишний раз ранить свою хозяйку, привыкшую наслаждаться жизнью, а не пожинать её не самые лучшие дары.

Мари была попросту ребёнком, большим, давно подросшим, но ребёнком. И в конце концов ей это аукнулось таким вот ужасным образом.

Тело её будто вросло в песок и закоченело, рук и ног она не чувствовала, разве что, очень слабо, холод парализовал её всю. Она лежала на боку, не в силах пошевелиться, а волны то накатывали на её почти безжизненное тело, набегали на лицо, и тут же возвращались назад.

Мари почти смирилась, даже горечь скорой утраты своей жизни перестала её почти волновать. Иногда она впадала в беспамятство, и это были самые лучшие минуты, проведённые ей здесь, в неизвестном ей месте.

А, может быть, она уже умерла, и таким образом Господь наказал её, отправив в ад? Возможно, это было правдой, и ад был вовсе не пеклом, не раскалённым чистилищем, а песчаным берегом, продуваемым ледяным ветром северного края. Она заслужила. Да! Она заслужила…

Сколько времени прошло, девушка знать не могла. Она не пыталась бороться, не пыталась подняться. Она просто ждала…

Когда стемнело и на небе разноцветным стеклярусом высыпали звёзды, стало совсем легко. Словно тело её внезапно стало лёгким, совсем невесомым. Она поплыла по воздуху, и только тяжесть её свешиваемых, свободно колыхавшихся, рук и ног, головы, подсказывало девушке о том, что душа её всё ещё томится в этом слабом, измученном теле.

Чьё-то тяжёлое дыхание, прерываемое едва слышимым хрипом, размеренный такт тяжёлых шагов, подсказали Мари, что кто-то несёт её на руках. Она не могла открыть глаз, не могла хоть что-то спросить, потому что была не в состоянии, но почувствовала, что стало гораздо теплее. Эти крепкие руки, что держали её, жёсткий торс, стали таким желанным источником тепла, что она уже была готова находиться в них вечно.

А потом она просто уснула.

* * *

Свеча из белого воска освещала комнату жутким светом, бросающим длинные безобразные тени, что двигались в такт пляске огня, шевелились, доказывая всем, и в первую очередь себе, что они — живые. Мари лежала на огромной кровати, в центре которой её можно было и не заметить, и поражалась воображению своего мозга, что выдал ей очередную порцию занятного бреда. Она и не знала, что он способен на такое «светопреставление», иначе девушка обязательно попробовала бы себя в роли художника, такой шанс упускать было нельзя.

Свеча располагалась на круглом деревянном столе, тоже огромном, на котором помимо прочего стояли каки-то предметы — кувшин, чашка, скомканное полотенце, что-то ещё. Ставни высокого арочного окна были приоткрыты, холодный, свежий ветерок трепал длинные полупрозрачные шторы, наполняя комнату ароматом моря.

«Что же, не плохая декорация» — подумала девушка.

Лишь бы не проснуться, не ощутить себя вновь на песчаном берегу, омываемом холодными водами моря.

Но этого не происходило.

Мари чувствовала слабость. Лёгкое головокружение и тянущая пустота в животе говорили ей о том, что она давно не ела. Всё это было странно и одновременно интересно — ночь, комната в каком-то старинном доме, мерцающий догорающими углями камин. Явно не больница, но тогда, где она? Кто спас её?

Словно в ответ на мысли девушки тяжёлая дверь заскрипела, пропустив в помещение сначала узкую полоску света, а затем человека, державшего в руках факел и щурившегося в его свете. Создавшийся сквозняк заставил занавеску на окне трепетать сильнее, как и сердце несчастной девушки — отчего-то ей сделалось страшно, неуютно, и она зажмурила глаза, решив притвориться спящей. Она не успела как следует рассмотреть вошедшего в её «апартаменты» мужчину, кроме того, что он был просто огромен и напомнил Мари какого-то дикаря с детской картинки. Девушка очень надеялась, что сейчас вошедший, поняв, что она спит, развернётся и уйдёт, но он и не думал. Ловко пристроив факел к одной из стен, мужчина направился прямиком к ней!

Сначала она поняла это по приближающихся к постели шагам, затем — по тяжёлому дыханию у самого её лица, и, о боги — это были самые ужасные мгновения в её жизни!

А затем он прошептал:

— Открывай глаза. Я знаю, ты не спишь…

Глава 7. Ночь на берегу моря

Холодный ночной ветер забрался под куртку. После тёплого салона автобуса выход на улицу оказался весьма некомфортным, Марисоль ёжилась, пытаясь согреться, но это ей удавалось с большим трудом. Зато она слышала море, улавливала его запахи и немного волновалась. Оно было совсем близко.

Люди, вышедшие с ней из автобуса, разбирали дорожные сумки и чемоданы из грузового отсека. Кого-то уже ждало такси. Другие направлялись в маленькую гостиницу, стоявшую неподалёку. Должно быть, из неё открывался прекрасный вид на море, особенно в час рассвета или заката. А ещё в ней было тепло и уютно, но медлить девушка позволить себе не могла.

Отправившись в небольшое здание, в котором была расположена касса, Марисоль с удивлением и медленно подкатывающим страхом поняла, что она закрыта. О том же свидетельствовал график работы, вывешенный здесь же, на двери помещения. Значит, придётся ждать до утра.

Осмотревшись, Марисоль не зацепилась здесь взглядом более ни за что, кроме как ту гостиницу, что бросилась ей в глаза первой. Выдох. Так тому и быть. Надо было бы озаботится раньше и побеспокоится бронированием номера — на всякий случай. Но тревога за непутёвую сестру и собственная иногда столь явно проявляющаяся беспечность сделали своё дело. Девушка явилась в чужой город, совершенно не подготовившись и не подстраховавшись. И теперь её приходилось действовать не по плану, а по обстоятельствам.

* * *

Девушка, стоявшая за ресепшном, виновато улыбнулась и пожала плечами.

— Вы не ослышались, мисс. Свободных номеров нет, извините.

Марисоль уже готова была поддаться отчаянию. Но тут администратор предложила:

— Вызвать Вам такси?

Та кивнула, и работник гостиницы сняла трубку стационарного телефона, пальцы её быстро забегали по кнопкам, набирая нужный номер. Марисоль ждала результата, но, судя по лицу девушки, что-то волновало её. Манипуляцию с номером она повторила несколько раз, после чего обратилась к ожидавшей.

— Что-то с телефоном,