Чокнуться можно! - Алексей Аржанов

клиники, — начал он наконец. — Интересные вещи пишут. Говорят, вы там организовали свою собственную бухгалтерию. Речь об учёте психотропных препаратов. Пропали сотни ампул, Астахов. Следствие пока топчется на месте, доказательств прямых нет. Но… — он постучал ручкой по столу. — Тучи-то над вами сгущаются! Как вы это прокомментируете?

Я позволил себе лёгкую, чуть усталую улыбку. Нужно срочно спасать свою шкуру. Но выход есть. Он есть всегда!

— Степан Аркадьевич, вы ведь взрослый человек, — бросил ему я. — Прекрасно знаете, как это бывает. Молодого и перспективного специалиста подставляет старая гвардия. Им нужно списать недостачу на аптечном складе. А меня просто сделали крайним. Оклеветали так виртуозно, что пришлось уволиться, чтобы не тратить жизнь на суды.

— Подставили, говорите? — Капитанов прищурился. — Как интересно… Так любой преступник может сказать. Подставили! Ха! Прямо-таки сама невинность!

— Именно так, — кивнул я. — Сами посудите. Если бы я действительно был виновен, то сейчас бы не в Тиховолжске карточки заполнял, а загорал где-нибудь в Таиланде.

От собственной шутки внутри что-то дёрнулось. Настоящий-то Астахов именно там сейчас и греется на мои деньги.

— Допустим, — заведующий откинулся на спинку кресла, его взгляд стал ещё суровее. — Но есть ещё кое-что. Сегодня в регистратуру звонили. Дважды. Искали именно вас. Голос у человека был, прямо скажем, не очень вежливый. Спрашивали, когда у «нашего общего знакомого» зарплата и помнит ли он о старых долгах. Попахивает проблемами, Алексей Сергеевич. Причём не судебными приставами, а кем-то посерьёзнее.

Зараза… Настоящий владелец моего имени оставил мне слишком уж много сюрпризов. Успел не только лекарствами поторговать, но ещё и влез в чей-то карман. Причём, судя по всему, без расписок и юридических формальностей.

В противном случае меня искала бы прокуратура или приставы. Ладно, разберёмся. Сейчас важнее всего сделать так, чтобы Капитанов от меня отвязался.

— Ой, опять они! — я изобразил на лице высшую степень возмущения. — Степан Аркадьевич, вы серьёзно? Вам никогда не звонили «сотрудники банка»? Телефонные мошенники сейчас работают по базам данных врачей. Видимо, моя анкета из прошлой клиники утекла в сеть вместе с теми самыми «пропавшими» ампулами. Неужели вы верите всяким анонимам, которые пытаются развести честного доктора на деньги?

Капитанов долго сверлил меня взглядом. Его багровый фон начал понемногу разбавляться скептически-серым. Он явно не верил ни единому моему слову, но и предъявить мне прямо сейчас было нечего.

— Вертеться вы мастер, Астахов. Блефуете на пять с плюсом. Но учтите, я — не ваш пациент, на меня эти методики не действуют. Я буду за вами следить. За каждым рецептом, каждым шагом, каждым чихом. Одна осечка — и полетите отсюда быстрее, чем успеете глазом моргнуть.

— Ваша бдительность — залог моего душевного спокойствия, — я улыбнулся и приготовился покинуть кабинет Капитанова. — Могу идти?

— Да, идите. Сделайте нам обоим одолжение, — скривился заведующий.

Настроение у него осталось паршивым. Капитанов напоследок набросал угроз, но он понимал, что в нашей словесной дуэли победить ему не удалось.

Я вышел сухим из воды. Пока что.

Рабочий день подошёл к концу. Я покинул поликлинику, когда солнце уже начало заходить.

Вечерний воздух Тиховолжска быстро освежил мои мысли. Именно сюда мне порекомендовал переехать знакомый моего предшественника — Цезарь. Преступник сам был из этих краёв. Водиться с этим человеком мне не хотелось, но когда я вышел из саратовской тюрьмы, мне нужен был хоть кто-то, с кем я смогу завести знакомство.

С городом мне на самом деле крупно повезло. Те, кто помогал мне получать новые документы, настойчиво порекомендовали скрыться именно здесь. Тут бывшие коллеги моего предшественника искать меня не станут. Обо мне в этих краях знает только один человек. Цезарь. Но и он, как я понял, теперь скрывается от «старых друзей». Пока что я в безопасности.

Пусть я и не сам выбрал этот город, но атмосфера мне здесь очень нравилась. Население небольшое — около восьмидесяти тысяч человек. Никаких пробок и угнетающих толп людей.

Тиховолжск устроился в низине между крутыми лесистыми горами и широкой Волгой. Воздух отличный! Вид живописный! Я бы не отказался прожить здесь всю свою новую жизнь. Лишь бы не докучало всё, что связано с прошлым сразу двух людей.

Бывшего владельца моего тела и настоящего Астахова. Оба, как теперь выяснилось, были преступниками. Один криминальным авторитетом, а второй — медицинским махинатором.

Я зашагал к ближайшему супермаркету. На ходу прикинул, какой у меня бюджет. В кармане сиротливо шуршали остатки аванса — единственное, что мне успели выдать в поликлинике. Первая полноценная зарплата маячила только в следующем месяце.

Сегодняшний ужин явно не предвещает пиршества.

В местной бухгалтерии меня оформили на ставку врача-психиатра, и точка! Мало кто из пациентов, да и из руководства, понимал, что я на самом деле тащу на себе две огромные глыбы. Психиатр — это про таблетки, тяжёлую артиллерию и химическое исправление мозгов, когда человек уже не понимает, где реальность, а где его галлюцинации.

Психотерапевт же работает не только таблетками, но и словом. Работает не со свихнувшимися людьми, а с теми, кто запутался. Кто нуждается в помощи, чтобы избавиться от «тараканов» в голове.

В нормальных клиниках это совершенно разные ставки, а здесь я — универсальный специалист. И таблетку выпишу, и психа прикажу связать, и выслушаю человека так, что у него тёща из головы испарится. Только вот платят мне пока что как за одну штатную единицу.

Зайдя в магазин, я взял корзину и замер у прилавка с крупами. Нужно было брать что-то сытное. Да так, чтобы надолго хватило. Мой сосед по квартире, скорее всего, ещё даже из дома не выходил — у него свой, весьма специфический график. Придется кормить оба желудка на одну мою скудную зарплату.

Интерфейс перед глазами привычно мигнул. Принялся оценивать эмоциональный фон очереди у кассы — сплошное серое раздражение и усталость. Но на меня их эмоции не распространяются. Проблем у меня навалом, но не унываю! Я уже привык выпутываться из любого дерьма. Ещё заживём!

И я потянулся за пачкой макарон. Самое то для сегодняшнего ужина. Макароны с тушёнкой. М-м-м… Объедение!

Подъезд пятиэтажки, в которой я жил, встретила меня очередной проблемой. Опять какие-то засранцы лампочки выкрутили. Придётся подниматься вслепую.

Атмосферка тут такая же, как и всегда. Шорох бродячих котов, снизу доносится запах сырости из подвала, сверху — аромат жареной рыбы, которую готовят соседи.

Лифта, разумеется, нет и никогда не было. Поднимаясь на пятый этаж, я развлекал себя тем, что считал ступени — ровно восемьдесят до моей двери. Отличная кардиотренировка для тела бывшего зэка, которое всё