Анархия в эпоху динозавров - Crimethinc

другого сообщества и понять, что у вас одни и те же желания и проекты. Путешествия сближают нас. Теперь, когда анархия перестала быть уделом скучных книжных ярмарок и университетских кампусов, целеустремленная часть наших сообществ распространяет анархические идеи по стране и миру. Эти идеи, иногда называемые «мемами», мутируют и меняются, всплывая в неожиданных местах и контекстах.

Движение «Верни себе улицы» (RTS – Reclaim the Streets) первоначально являлось продуктом деятельности против строительства шоссе в Британии. Это были попытки сохранить сельскую природу, такие как битвы за Твайфорд Даун. По мере того как все больше и больше активистов из городов оказывались вовлечены в протесты, характер деятельности медленно изменился из протестов против конкретных дорог в протест против автомобильной культуры в целом. Триподы и прочие средства, оказавшиеся достаточно эффективными, чтобы остановить строительство новых дорог, были использованы для блокирования уже существующих хайвэев в центре Лондона. То, что начиналось как обычные протесты, превратилось в нечто особенное. Спонтанные уличные вечеринки с музыкой, куклами из папье-маше и прямым действием распространились по Англии всего за год. Через два года идея добралась уже до Финляндии. За четыре года первоначальная идея RTS превратилась в GDA (Global Day of Action – Всемирный день действия). Вы захватывали улицы 30 ноября 1999-го? Это тоже было GDA. Более десяти тысяч людей в нефтяной столице Нигерии, Порт-Харкоте, вышли на улицы с песнями и плясками, блокировав деятельность офисов жестокого нефтяного конгломерата Shell. Мутировав по пути через Атлантику в США, RTS распространился с лондонских шоссе в станции нью-йоркской подземки и пригороды Напервилля, штат Иллинойс. Существенная часть этого явления передавалась людьми, делившимися своим опытом во время путешествий. Мем RTS вышел за рамки первоначального контекста и стал значительным для многих людей по всему миру.

Путешествия предоставляют возможность не только узнать о людях, проектах и методах сопротивления в отдельном географическом сообществе, но также позволяют путешественникам активно участвовать в деятельности этих сообществ. Конечно же, путешественники могут предложить своим хозяевам сделать что-то полезное по дому (иногда, например, неплохо помыть посуду!), но на самом деле они могут сделать куда больше. Путешественник приносит с собой знания, страсть и навыки – целую жизнь опыта и учета. В отсутствии работы и других традиционных временных рамок путешественники могут быть политическим и культурным «подкреплением» для партизанской войны, в которую мы сейчас вовлечены в Северной Америке. Вместо того чтобы быть пассивными потребителями информации, мы можем стать активными партнерами в культурном диалоге благодаря встречам «лицом-к-лицу». Это основная цель конференций, собраний, encuentros. Успешные события вроде конференции о Постоянной Автономной Зоне (PAZ) Луисвилля собирали людей со всей страны (и из-за рубежа), которые делились друг с другом идеями, устраивали тренинги и воркшопы, обменивались нашивками, стенсилами, устанавливали личные контакты и – да! – просто прекрасно проводили время.

В этом культурном обмене разнообразие играет важную роль. Причем не только расовые или этнические различия, но и географические. У анархистов из Канзаса свое собственное видение анархии. Оно чем-то напоминает видение анархии у анархистов из Мэна. В какой-то степени это даже похоже на боливийскую или корейскую анархию. Все эти географические сообщества адаптируют анархические принципы к своей собственной среде обитания. И хотя общие моменты очень важны, именно благодаря различиям появляются наиболее интересные проекты.

Разнообразие на местном уровне помогает сохранить культуру живой и непосредственной, чтобы чье-либо «видение» не подчинило себе индивидуальные стремления к инновациям. Как диалекты какого-либо языка, региональное разнообразие анархии обогащает нас и наполняет нашу жизнь новыми оттенками. Вместо того чтобы стать гомогенной «книжной» идеологией, анархия поселилась в тысячах сообществ, основанных на пересекающихся друг с другом культурах, политиках и практиках. Совершенно не обязательно унифицировать эти отдельные анархии или придавать им единый вид. Когда путник из Чикаго приезжает со своим опытом в лагерь триситтеров[1] в лесах Каскадии или на засквотированную ферму в Бразилии, он распространяет свое собственное видение анархистских мемов. И только время покажет, что из этого выйдет.

ЧЕМ БОЛЬШЕ – ТЕМ ВЕСЕЛЕЕ

То, что люди из других мест приезжают в ваш город, повышает мораль всего сообщества. Когда анархисты из полудюжины городов запрудили резервацию коренных американцев в штате Нью-Йорк, чтобы помочь защитить семьи племени онейда от насильственного выселения, это оказалось возможным только потому, что культура путешествий наполнена желанием предоставить взаимопомощь. Семьи были приятно удивлены помощью от совершенно незнакомых людей, в то же время анархисты были рады присоединиться к борьбе сообщества, пусть даже и временно. В этом случае борьба за автономию была бы невозможна без самоотверженности местных жителей. Путешественники же использовали свою «свободу» (времени и действий) для того, чтобы борьба увенчалась успехом. В совершенно другой обстановке общественные сады Южного Бронкса, в том числе наш любимый Кабо Рохо, месяцами поддерживались разнообразными путешественниками и анархистами из различных уголков страны. Вместе с оседлыми товарищами на захваченной земле ими было создано микросообщество. Собрания, демонстрации, конференции предоставляли людям из совершенно разных сообществ возможность обмениваться опытом и учиться друг у друга. Благодаря культуре путешествий группы, вовлеченные в локальную борьбу, могут рассчитывать на помощь совершенно неожиданных союзников, несмотря на географическую изоляцию. Если когда-либо национальная или интернациональная анархистская культура будет описана, то, скорее всего, именно в категориях такого рода взаимодействий.

Власти справедливо обеспокоены нашей способностью мобилизовывать товарищей из других географических сообществ. Во время одной особенно известной акции RTS – в Дехаме, Северная Каролина – можно было услышать, как сержант полиции утверждал, что сотни анархистов прибыли из Юджина и Сан-Франциско, хотя большую часть участников составляли местные. Полиция была предсказуемо шокирована способностью протестующих собраться вместе и делать, что придет в голову. Единственным объяснением происходящего для полицейских было, что это приезжая «молодежь из Сиэтла» угрожает их территории. Они и помыслить не могли, что в их собственном дворе тоже живут анархисты. Отчасти успех этого конкретного протеста можно отнести на счет того, что к местным товарищам присоединились другие анархисты из Северной Каролины, студенческие активисты, уличные банды подростков и прожженные путешественники. В то время как немногие местные сообщества могут организовать события, на которых они не были бы подавлены полицией, именно путешественники позволяют нам мобилизовывать неожиданное число людей и выводить власти из равновесия. Вместо того чтобы полагаться на единообразную массу как средство победы над врагами, мы выигрываем от наших различий и личных талантов. Это основная сила антиглобалистского движения и основа нашей тактики, которая оказывается полезна при разных обстоятельствах и видах борьбы.

«ЕСЛИ ДОЛГО СИДЕТЬ НА БЕРЕГУ РЕКИ, УВИДИШЬ ПРОПЛЫВАЮЩИЙ ТРУП ВРАГА»

Границы