Проклятие черничного пирога - Виола Редж

дня шалят? Или, не приведи Единый, в столовой поселились бурундуки? В доме одной знакомой моей тёти Джейн случилась такая напасть В общем, размышляя об этой ерунде, я обошла стол и с противоположного от двери торца увидела ноги, прикрытые юбкой бежевого цвета. На полу лежала госпожа Вудстон, одной рукой вцепившись в край свисающей скатерти. Я без раздумий кинулась к ней.

— Что с вами, Джорджина? Как же вы так неловко упали? Давайте руку, — я наклонилась над ней, собираясь помочь подняться, и тут заметила, что глаза женщины смотрят в никуда.

— Вам нехорошо? — теперь я перепугалась, попыталась приподнять ей голову, и в этот момент рука, сжимающая край скатерти, разжалась и стукнулась об пол с деревянным звуком.

— Джорджина, — рявкнула я, — прекратите меня пугать! На помощь! Врача!

Звук моего голоса прервал её оцепенение. Взгляд сфокусировался, она моргнула и прошептала: «Проклятье черничного пирога».

— Что? – переспросила я, лихорадочно пытаясь понять, что происходит.

— Проклятье, — повторила она еле слышно и умолкла, потратив последние силы.

Да что ж за напасть! На обморок не похоже, какой-то приступ? Но эта до недавних пор цветущая дама не проявляла никаких болезненных признаков. До этого момента.

Я осторожно прикоснулась к её щеке: кожа была тёплой, но стремительно теряла краски. Потом приложила палец к шее в том месте, где обычно билась жилка. Пульс был, но совсем слабый, едва ощутимый. Снова позвала на помощь – где шляются все эти люди, когда хозяйке плохо? – и вдруг наткнулась взглядом на её правый кулак, судорожно сжатый на животе. Оттуда торчал знакомый наконечник спицы в виде шарика – я держала его или точно такой же совсем недавно, в кабинете вместе с вязанием.

Но рассмотреть его подробнее не удалось: вокруг как будто похолодало, изо рта Джорджины вылетело едва заметное облачко пара, а я почувствовала странный запах. Мне даже сравнить его не с чем, ничего подобного никогда не чувствовала, но это совершенно точно была магия.

На какой-то миг я замерла, поглощенная этим ощущением, а когда вновь посмотрела на госпожу Вудстон, она уже не дышала. Я снова крикнула «На помощь» и, кажется, услышала голос господина Вудстона, какой-то стук, а потом дверь открылась, вбежала горничная, увидела меня над телом хозяйки и завизжала.

Не могу сказать, что я её не понимала, я бы и сама повизжала с полной отдачей в такой ситуации, только стоя на коленях рядом с трупом хозяйки дома следует быть осмотрительной.

— Позовите врача! – с трудом перекрикнула я немелодичный звук.

Почти сразу вслед за этим в столовой появилась Гортензия и отвесила горничной громкую пощёчину.

— Врача, — повторила она моё распоряжение и вытолкала девицу наружу. – Джесси, что случилось?

Ответить я не успела: вторым на крик прибежал Патрик.

— Что происходит?

— Вашей матушке нехорошо, — ответила ему Гортензия, прикрывая собой меня и несчастную, которой врач был уже не нужен. – Найдите врача, юноша, и приведите скорее господина Вудстона.

Повезло, что парень оказался привычным выполнять приказы и сразу умчался. Гортензия повернулась ко мне и повторила свой вопрос.

— Если бы я знала, — отозвалась я. – Пошла искать Джорджину и вот нашла.

По-прежнему было непонятно, что вызвало смерть. И откуда в кулаке у бедняжки наконечник вязальной спицы? Что-то было в нём неправильное, что царапало восприятие намного сильнее странного запаха, который потихоньку начал рассеиваться.

— Мисс Элвуд, с мисс Стокс всё в порядке? – в комнате появился Оливер Роудс.

Я заставила себя собраться, забыть о гадком адвокате и снова взглянуть на тело хозяйки дома. Да ведь если спица торчит под таким углом… её просто воткнули в бедняжку, как булавку в подушечку.

Глава 3

Глава 3

Стук, который я всё это время слышала, но воспринимала сторонним фоном, усилился, в комнате, кажется, появился кто-то ещё, а я всё ещё стояла на коленях у тела Джорджины Вудстон и медленно осознавала, что в её доме только что произошло убийство, а вовсе не несчастный случай или что-либо иное.

— Джессика, ну что там? – надо мной и трупом склонилась Гортензия.

— Надо дождаться врача, — Оливер Роудс отстранил её и подал мне руку. – Мисс Стокс, вы уже ничем ей не поможете, — добавил он так тихо, что смогла расслышать только я.

Автоматически поднявшись, я почти сразу отшатнулась от него, а в комнате наконец-то появился господин Вудстон, приведённый Патриком, а за ними и все остальные гости.

— Джорджина! — громко вскрикнула полковница Фицджеймс и стала заваливаться на руки своего мужа.

— Что с ней? – требовательно спросил господин Вудстон, глядя на тело жены.

У меня было два варианта: сразу указать на спицу, что продолжала сжимать в кулаке мёртвая женщина, или притвориться, что я ничего не поняла и просто нашла тут ещё живую хозяйку дома.

— Вашей супруге срочно нужен врач, — твёрдо ответила ему мисс Элвуд, избавляя меня от сложного выбора. – Надеюсь, он уже в пути?

— Я нашла её тут и стала звать на помощь, — добавила я негромко и поняла, что голос дрожит.

Вперёд протолкался священник Причерс, оглянулся на сестру и вытянувшую от любопытства шею Милли, посмотрел на лежащее тело и объявил:

— Госпожа Вудстон упала и, видимо, повредила себе голову. Полагаю, мы должны немедленно покинуть этот гостеприимный дом и оставить хозяйку на попечение семьи и доктора. Я же непременно помолюсь за её здравие.

— Да, да, — тут же поддержала его сестра, — мы все помолимся. Идём скорее, Милли.

— Подождите, — сурово сузила глаза одуванчик Финч, — а как же наш праздник? Если Джорджине нужен врач, муж и сын должны остаться с ней, а мы поможем с уборкой в саду.

Патрик нервно сжал спинку стула, за которую держался всё это время. Даже костяшки пальцев побелели. Я смотрела то на одного, то на другого из присутствующих и неосознанно принюхивалась: не пахнет ли от кого-нибудь так же, как только что от Джорджины?

— Госпожа Финч, разве это не ваша прямая обязанность как организатора конкурса? – возразила сестра священника. – Впрочем, я с удовольствием вам помогу, а Милли с отцом пойдут домой.

— Но тётя, — протянула недовольно Милли.

Священник отошёл к дочери и что-то негромко сказал, взяв за руку, Гортензия в этот момент задумчиво смотрела на Оливера Роудса,