Попаданка в ненужную герцогиню Лилового дракона - Юлий Люцифер

Глава 2. Без разрешения герцога

Глава 2. Без разрешения герцога

Позавтракать дома оказалось прекрасной мыслью примерно до половины десятого.

Потом я проголодалась, а Марта призналась, что корзину с едой погрузили на повозку вместе с сундуками. Повозка ехала следом, медленнее нашей кареты. Возвращаться ради пирога мы, разумеется, не стали, но последние минуты дороги я думала о нем с такой нежностью, какой он вряд ли заслуживал.

Портрет лежал у меня на коленях. На неровных участках я придерживала раму через ткань. Когда колеса попадали в выбоину, плечи сами поднимались. Марта замечала, но расспрашивать не стала.

Дверь дома была открыта: наша вчерашняя знакомая мыла пол в передней. Она пропустила нас и сказала, что печь растоплена, но вода еще не согрелась.

Чашки нашлись быстро. Чай пришлось поискать.

Пока Марта осматривала кухонные полки, я отнесла портрет наверх и поставила на комод. Молодая женщина в светлом платье смотрела немного в сторону от художника. У нее были те же глаза, которые теперь каждый день встречали меня в зеркале, только выражение лица казалось мягче.

Я поправила ткань, чтобы она не закрывала угол рамы, и еще немного постояла перед портретом. Эта женщина не знала ни о моем существовании, ни о том, что произошло с ее дочерью.

Завтрак мы устроили у кухонного окна. К тому времени приехала повозка, но пирог успел остыть. Я ела его руками, потому что найденные тарелки Марта отправила мыться, а ждать еще мне не хотелось. Из сада пахло влажной землей. Марта поставила передо мной чашку, наконец села сама и взяла самый поджаренный кусок. Мы несколько минут молчали с полным взаимопониманием.

Потом мы разбирали вещи, искали полотенца и решали, какие платья понадобятся сначала. Когда от долгого наклона над сундуком заныл затылок, я пересела в кресло. После аварии голова еще напоминала о себе, и торопиться ради распаковки было глупо.

Из кресла в спальне хорошо было видно шкаф. Полки в нем оказались глубокими, а промежутки между ними — неудобно низкими. Вещь, положенная у задней стенки, исчезала из виду целиком. Марта сунула туда руку, извлекла одинокую старую наволочку и посмотрела на меня.

— Вот где она была.

— Давно ищете?

— Лет двенадцать. Ваша матушка решила, что прачка потеряла.

Я улыбнулась, а она неожиданно перестала разбирать белье. Провела большим пальцем по вышитому краю и сложила наволочку отдельно.

Наверное, в этом доме ей предстояло находить больше, чем пропавшие вещи.

К обеду Марта узнала у соседки имя столяра. Тот зашел ближе к вечеру, посмотрел шкаф и предложил вынуть одну полку, а две нижние сделать выдвижными. Цену назвал мне. Я уточнила у Марты, обычная ли это плата, договорилась о сроке и попросила не начинать работу раньше десяти утра.

— Любите поспать? — спросил мастер.

— Пока не знаю. Хочу проверить.

Он записал размеры, пообещал прийти через несколько дней и ушел. Ни разрешения из замка, ни моего рассказа о семейных обстоятельствах ему не понадобилось.

Спалось, впрочем, плохо. Новый дом поскрипывал от ветра; за окном шуршали листья. Один раз я проснулась с уверенностью, что опаздываю на работу. Уже потянулась к краю кровати за телефоном и только тогда вспомнила.

Пришлось лечь обратно и подождать, пока перестанет болеть в груди.

Утром пришло письмо Юстины. Деньги поступили на мой счет, подпись и документы приняли, ограничений на распоряжение средствами не было. Вместе с подтверждением поверенная прислала короткое пояснение: куда обращаться за наличными и как оплачивать крупные счета.

Мы сели за расходы в столовой. Я записывала, Марта называла обычные цены на продукты, дрова, стирку и помощь по дому. Суммы переставали быть отвлеченными, когда рядом появлялось что-нибудь понятное: хлеб на неделю, жалованье за месяц, поездка в город.

Жалованье Марта предложила уменьшить: здесь было меньше комнат. Я возразила, что в замке ей помогали другие люди, и мы оставили прежнюю плату.

Мы предусмотрели женщину для уборки и стирки несколько раз в неделю, мелкие починки и расходы, которые еще не умели предугадать. Даже с этим денег хватало примерно на год спокойной, умеренной жизни. Дом не требовал платы за наем, долгов у меня не было. Для поездок пока можно было нанимать экипаж в Ривене.

Я еще раз сложила цифры и отложила перо. До этой минуты все ждала неприятного дополнения: скрытого условия, чужого согласия. Теперь можно было спокойно выбирать, чем заняться.

В город мы поехали после обеда. Я забрала небольшую сумму на текущие расходы, а потом нашла лавку, где продавали книги, ноты и письменные принадлежности. В витрине стояли два раскрытых сборника, и перед одним я задержалась. Название ничего мне не сказало, зато на соседнем листке обнаружилось объявление о музыкальном вечере в городском собрании.

Он состоялся позавчера.

— Опоздала, — пробормотала я.

— К счастью, это не последний, — отозвалась женщина рядом.

Она прижимала к боку папку с завязками. На вид ей было немного за тридцать. Из-под аккуратной шляпки выбилась светлая прядь; на пальце темнело чернильное пятно.

— Следующий через две недели, — сказала она.

— Вы там играете? — спросила я.

— Иногда. В основном мои ученики. Лора Бент, преподаю музыку.

— Селеста Вальден.

Она едва заметно выпрямилась, и я успела пожалеть, что не ограничилась именем. За последние дни я уже научилась замечать ту короткую паузу, после которой люди выбирали другие слова.

— Я недавно переехала в Кленовый дом, — добавила я. — Пока осваиваюсь и пытаюсь понять, где здесь можно послушать музыку.

— В собрании. Еще поют в трактире на Рыночной, хотя после девяти услышать что-нибудь трудно. Посетители начинают обсуждать исполнителей.

Лора придержала дверь, и мы вошли в лавку вместе.

Пока хозяин доставал бумагу, Лора просматривала заказанные ноты и рассказывала о концертах учеников. Собрать родителей легко, найти удобный час сложнее. Зал зимой плохо прогревался. Хорошему скрипачу постоянно мешали торговые поездки.

— А небольшие вечера здесь бывают? — спросила я. — С музыкой и ужином. Чтобы можно было спокойно послушать, а потом поговорить за столом.

— Домашние — конечно.

— Я имею в виду те, на которые можно купить место. Без знакомства с хозяйкой.

Лора закрыла папку.

— В Ривене я таких не устраивала. В столице видела. У вас кто-то собирается попробовать?

Вопрос заставил меня на секунду замолчать. Еще несколько минут назад я всего лишь хотела купить бумагу.

— Возможно, я сама, — ответила наконец. — У меня столовая на двенадцать человек и небольшая