Ветеринар-попаданка. Приговор драконьего принца - Лилия Тимолаева

class="p1">— Как вы обычно зовете Варгиса?

— По имени.

— Только?

— Он знает мой голос.

— Покажите.

— Сейчас?

— Нет, завтра после обеда, когда мы забудем, зачем сюда пришли.

Его губы едва заметно дернулись, но он не стал отвечать.

— Варгис.

Грифон повернул голову.

Никакого напряжения.

Просто посмотрел на хозяина.

— Подойдите, — сказал Эрвейн.

Варгис остался на месте.

Принц повторил команду.

Грифон слегка отвел голову и посмотрел в сторону.

— Он всегда так делает? — спросила я.

— Когда считает, что может не послушаться.

— Значит, довольно часто.

Маэна кашлянула.

Эрвейн посмотрел на нее.

— Вы хотите что-то добавить?

— Нет, Ваше Высочество.

По ее лицу было видно обратное.

— Не подходите к нему, — сказала я.

— Я и не собирался.

— Собирались.

— Откуда вы…

— Вы перенесли вес вперед.

Он посмотрел на собственные ноги, словно они предали государственную тайну.

— Это ничего не означает.

— Для вас, возможно. Для животного означает движение в его сторону.

— И что вы предлагаете?

— Ничего.

— Прекрасный план.

— Именно. Постойте и ничего не делайте.

Эрвейн медленно повернул ко мне голову.

— Обычно мне нечасто предлагают подобное.

— Думаю, поэтому вам особенно полезно попробовать.

Маэна отвернулась, но я заметила, как у нее дрогнули плечи.

— Хорошо, — сказал Эрвейн. — Стою.

Я снова сосредоточилась на Варгисе.

Принц не двигался.

Минуту ничего не происходило.

Потом грифон повернулся к нему.

Эрвейн молчал.

Варгис сделал один шаг.

Остановился.

Еще один.

Теперь между ними оставалось около двух метров.

Эрвейн непроизвольно поднял руку.

Грифон сразу остановился.

— Опустите, — сказала я.

— Я хотел…

— Знаю. Опустите.

Он сделал это.

Варгис снова шагнул вперед.

На этот раз сам.

Эрвейн перестал спорить.

Грифон подошел настолько близко, что принц мог бы коснуться его клюва вытянутой рукой.

Но не коснулся.

Это было важнее самого подхода.

Я наблюдала за обоими и впервые за день перестала видеть в Эрвейне человека, который семь дней будет решать мою судьбу.

Сейчас передо мной стоял мужчина, который много лет считал это животное своим и только что сумел не потребовать от него привычного подчинения.

Варгис вытянул шею и коротко коснулся клювом его плеча.

Эрвейн не шелохнулся.

Только пальцы правой руки медленно разжались.

— Вот, — сказала я.

Он посмотрел на меня.

— Что?

— Теперь он подошел к вам сам.

Его взгляд стал внимательнее.

— А днем?

— Днем кто-то хотел получить от него другое действие.

— Вы уверены?

— Нет.

— Опять.

— Вы предпочитаете уверенные ошибки?

Несколько секунд он молчал.

— Нет.

Это простое слово понравилось мне больше, чем хотелось признавать.

Варгис отступил и повернулся к дальней части своего помещения.

Эрвейн проводил его взглядом.

— Значит, вечером он пришел ко мне добровольно, а утром шел на звук?

— Возможно.

— Но оказался рядом с вами.

— Именно это и нужно выяснить.

Маэна указала на стену.

— И что делать с этим?

Я подошла к самой границе.

Камень выглядел обычным. Крупные блоки, между которыми шли тонкие швы. На высоте моего плеча располагалась узкая металлическая полоса, уходившая к самому потолку.

— Она зачем?

Маэна подошла.

— Усиление.

— Для чего?

— Не знаю. Эта часть двора построена задолго до моего рождения.

Эрвейн посмотрел на полосу.

— Ее продолжение есть в коридоре.

Я повернулась.

— Покажите.

— Сейчас?

— Вы действительно собираетесь спрашивать это каждый раз?

Он открыл дверь первым.

Маэна задержалась возле Варгиса.

— Я останусь с ним.

— Если снова услышите звук, ничего не делайте, — сказала я. — Только запомните, что он сделал.

— Тайрена.

— Да?

— Я работала с животными, когда вы еще учились завязывать собственные башмаки.

— Тем лучше. Значит, запомните точнее меня.

Она посмотрела на меня долгим взглядом.

— Когда разберемся со всем остальным, я отдельно разберусь с вами.

— Запишусь заранее.

Эрвейн уже стоял в коридоре.

— Восс.

— Иду.

Мы вышли, и дверь закрылась.

Коридор освещали редкие настенные огни. Я пока не понимала, что именно горело в небольших стеклянных чашах, но решила не добавлять новый вопрос к уже существующей очереди.

Металлическая полоса действительно продолжалась здесь.

Шла от пола почти до потолка, затем уходила горизонтально вдоль стены.

— Она есть по всему зданию? — спросила я.

— Не знаю.

— Вы здесь выросли.

— Я вырос во дворце, а не в стенах звериного двора.

— Но Варгис ваш.

— Варгис не требует от меня разбираться в кладке.

— Возможно, зря.

Эрвейн остановился.

— Вы со всеми разговариваете подобным образом?

— Сегодня?

— Вообще.

Я чуть не ответила честно.

Я понятия не имела, какой была прежняя Тайрена.

— Если человек задает вопросы, отвечаю.

— Маэна утверждает, что раньше вы говорили значительно меньше.

— Может быть, копила.

Он некоторое время смотрел на меня, но продолжать опасную тему не стал.

Мы прошли вдоль стены.

Металлическая полоса несколько раз прерывалась дверями и снова появлялась с другой стороны.

У следующего поворота я остановилась.

— Что там?

— Еще один сектор.

— Чей?

— Белого раэля.

Так назывался тот похожий на оленя зверь.

— Хочу посмотреть.

— Сейчас ночь.

— Я заметила.

— Животные отдыхают.

— Этот днем пришел ко мне вторым. Если причина действительно в стенах, его реакция может помочь.

Эрвейн не ответил сразу.

— Пять минут.

— Десять.

— Семь.

— Вы быстро учитесь торговаться.

— Я быстро учусь всему, что помогает сократить разговор с вами.

Невежливый человек.

Но уже не раздражающий.

Это было хуже.

Раэль не спал.

Он стоял на открытом участке и смотрел куда-то поверх стены.

Вблизи оказался тоньше, чем мне показалось днем. Длинные ноги, белая шерсть с сероватой полосой вдоль позвоночника, два гладких рога, загнутых назад. Уши постоянно двигались независимо друг от друга.

— Имя? — спросила я.

— Сейр.

— Возраст?

— Девять лет.

— Насколько хорошо реагирует на людей?

Эрвейн пожал плечами.

— Спокойный.

— Это не характеристика реакции.

— Обычно подходит к смотрителям. Иногда ко мне.

— Иногда?

— Вы опять собираетесь делать выводы из каждого слова?

— Да.

— Почему?

— Потому что животные не дают показаний.

Он посмотрел на меня и больше не спорил.

Мы остались за оградой.

Сейр заметил нас почти сразу.

Посмотрел на Эрвейна.

Потом на меня.

Никакого движения