Шахматистка. Выжить на Арене Смерти - Лина Деева

— А почему тебя вдруг так это заинтересовало? — отвлекла меня от мрачных размышлений Эрика.

— Да вот. — Я решила, что тайное всё равно станет явным, а отплатить одногруппнице за информацию чем-то надо было. — Воган назначил меня на место гроссмейстера.

— Тебя? — Эрика вытаращилась в неподдельном шоке. — Ты разве умеешь играть в боевой шатранж?

— В обычный умею, — не стала я приписывать себе лишнего. — А в боевой буду учиться.

Судя по взгляду одногруппницы, лучше бы я сообщила, что собираюсь прыгнуть со скалы и таким образом научиться летать.

— Н-ну, удачи тебе, — промямлила она. — Хотя мальчики, наверное, не поймут… А Фулах с тобой это уже обсуждал?

Я кивнула и показала шахматы и книгу.

— Обсуждал. Сказал тренироваться.

— Ох. — Теперь Эрика смотрела на меня с искренним участием. — Знаешь, Картер, мы, конечно, не подруги, но я прям сочувствую! Буду держать за тебя кулачки.

«Чрезвычайно воодушевляюще», — хмуро подумала я, однако растянула губы в подобии благодарной улыбки.

— Спасибо, Эрика. Я что-то уже сама себе сочувствую.

К чести одногруппницы, она не стала говорить банальности по типу «всё будет хорошо», а ограничилась поддерживающей улыбкой. Мы вышли из лектория и разошлись в разные стороны. Эрика направилась в буфет — как раз было время большого перерыва. А я — в свою комнату в общежитии. Читать книгу и морально готовиться к знакомству с командой и вечерней тренировке.

Глава 9

Желание побиться головой об стол появилось у меня уже после первых трёх параграфов «Искусства». А уж Воган вообще должен был икать до потолка — столько «хорошего» я о нём думала.

Потому что в боевом шатранже умение играть в шахматы являлось в лучшем случае половиной дела. А другой половиной — чёткое понимание взаимодействия магии разных типов и наличие подробных досье не только на сокомандников, но и на противников. Отсюда вытекали непривычные тактические манёвры и нетривиальные стратегии, а при обдумывании нового хода следовало учитывать массу дополнительных нюансов.

— Ы-ы-ы, во что я вляпалась! — провыла я. Вздохнула, достала из стола чистую тетрадь и на развороте расчертила вечным пером таблицу. Написала в первой клетке 'Виды магии’и принялась симметрично заполнять строку и столбец.

Видов магии в этом мире (а, возможно, и во многих других тоже) было, как блох на оборотне. Стихийная, божественная, светлая, тёмная, призыва, целительская, магия смерти и ещё куча всякого по мелочи. Стихийная, в свою очередь, делилась на шесть видов (казалось бы, чем классические четыре не угодили?). К ней относились огненная, водная, воздушная, земная, магия леса и магия металла. К счастью, книга рекомендовала уделить внимание преимущественно стихийной магии, только не забывать ставить знак света или тьмы. Дёргать богов для участия в играх смертных считалось некомильфотным, равно как и поднимать для этого мертвецов. Призывать всякую нечисть допускалось, но не советовалось: «Искусство боевого шатранжа» бесстрастно сообщало о случаях, когда призванные духи утаскивали с собой заклинателя, а не сражались с его врагами. Целительская магия для боёв не годилась по умолчанию, однако рекомендовалось иметь в команде хотя бы одного целителя. Правила игры допускали использовать свой ход на исцеление сильно пострадавшего игрока.

Также книга сухо сообщала, что предпочтительно набирать в команду мультимагов, то есть тех, кто преуспевал в нескольких видах магии. И всегда держать в уме не только полный спектр их возможностей, но и возможностей противников.

— Чокнуться можно, — пробормотала я, горбясь над тетрадкой. — Тем более вот так с непривычки.

Подавила новый вздох, дописала последний вид магии и перечитала список.

Огонь светлый, огонь тёмный, вода светлая, вода тёмная, земля светлая, земля тёмная, воздух светлый, воздух тёмный, металл светлый, металл тёмный, дерево светлое, дерево тёмное.

Что же, теперь можно было расписывать, какие виды магии противоположны, какие союзники, а какие нейтральны по отношению друг к другу. А затем отдельно выписать традиционный магический расклад для шахматных фигур. Например, маршалом обычно назначали мага огня или металла со склонностью к тёмной магии. Рыцарем — мага воздуха, турой — мага земли или дерева. Разумеется, было крайне желательно, чтобы из парных фигур одна владела светлым аспектом стихии, а другая — тёмным.

Словом, нюансов был вагон с тележкой, причём они, с одной стороны, рекомендовались, а с другой, вполне могли и не соблюдаться, если к гроссмейстеру приходила идея получше.

Или если кто-то из игроков не мог сражаться так, как требовала роль его фигуры.

— Только для того, чтобы нарушать правила, надо в совершенстве ими овладеть. А трёх дней для этого — дец, как мало.

Я поняла, что опять разговариваю сама с собой, и закусила губу. Перевернула лист с незаконченной таблицей и на чистой странице красиво написала:

1. Состав команды с магической специализацией. Варианты замены.

2. Аналогично для команд соперников.

3. Записи прошлых партий (эх, не было здесь интернета с тытубом! Но, может, хотя бы в бумаге можно что-то найти).

«Ну вот, теперь есть, о чём культурно побеседовать с Фулахом», — решила я и вернулась к таблицам и учебнику.

Отчаяться всегда успею — например, на тренировке, до которой осталось меньше полутора часов.

На полигон я оделась в удобную форму для практических занятий. Юбку сменили бриджи и плотные чулки, туфли — высокие ботинки, блузку с галстуком — туника и куртка из мягкой замши с неизменным шевроном академии. В её внутренний карман я положила пропуск-кругляш, затем вытряхнула из сумки, с которой ходила на занятия, всё лишнее и убрала туда шахматы, книгу, тетрадь и письменный прибор. Может (наверняка), оно и не понадобится, однако мне было спокойнее с привычной тяжестью на плече.

Я бросила взгляд на часы: пора. Улицы ждут отпечатков наших ног. И не давая себе струсить в последний момент, вышла из комнаты.

Путь к полигону я знала, хотя у нашего курса занятий там не было. Шагая в такт играющей в голове «Группе крови», я пересекла парк и неширокую лужайку и подошла к ограде из воздушных и водяных струй. Раньше она была только здесь, однако после несчастного случая с Терри ректор лично проследил, чтобы заклятие работало по всему периметру.

Ворот, естественно, не было: стихии пропускали только тех, кто мог предъявить пропуск. Я полезла в карман за кругляшком, когда позади под чьими-то ногами захрустел гравий. Волоски у меня на загривке немедленно встали дыбом, однако внешне я не подала вида, что напряглась. И услышав за спиной насмешливо-удивлённый голос:

— Картер! Ты что это здесь делаешь? Мало в прошлый раз огребла? — с самым хладнокровным видом обернулась.

— Всего лишь пришла на тренировку. — Я продемонстрировала пропуск