Золотистая пыль - Татьяна де Ронэ

Как Полин справилась со всеми трудностями? Сорок лет назад в университете вряд ли были очень благожелательно настроены к матери-одиночке. Полин признала, что ей повезло. У доктора Хикса — это потрясающий врач-ветеринар в Маунт-Шаста — была дочь, такой же прекрасный врач-ветеринар, и она преподавала в университете в Дейвисе. Ее зовут Клео Хикс. Она жила в доме рядом с кампусом и сдавала квартиры студентам. Она и приютила Полин с Лили.

— И сколько времени ты прожила в Дейвисе?

— Четыре года. Первый этап обучения. Лили там пошла в детский сад.

А специализацию она проходила снова в Маунт-Шаста, где сняла дом и работала с местными специалистами по лошадям. А спустя три года, получив диплом и официальный статус ветеринара, решила там остаться.

— А теперь?

Теперь Полин подумывает о пенсии. Пятнадцать лет назад она унаследовала клиентуру доктора Хикса, и дела у нее в клинике идут хорошо. Но теперь ей хочется иметь свободное время, хочется съездить в Париж со своим другом. Свозить туда внуков. Она уже много лет не была во Франции. Жаль было бы потерять связь со своими французскими корнями.

— Твоя мама была настоящей парижанкой, во всяком случае, так мне казалось. Она всегда так стильно одевалась, причесывалась — я прямо вижу ее у нас в «Мэйпсе».

— Она не чувствовала себя здесь счастливой, ей не хватало Франции. И это разбило сердце моему отчиму. Он молчал, но я это чувствовала.

Китти показала пальцем на Билли-Перл, которая разговаривала с Джимми и еще с несколькими друзьями.

— Это твоя подруга, с которой ты каталась на лошадях? Надо же! Она тоже совсем не изменилась! Ну-ка делись вашим секретом, только не говори, что вам помогли мустанги!

— Билли-Перл защищает мустангов. Она подхватила эстафету у Велмы Джонстон. Это Билли сегодня притащила меня сюда. Честно говоря, я сомневалась, что мне стоит ехать.

— Из-за…

Китти замолчала, заметив рядом мужскую фигуру. Полин подняла глаза и встретила взгляд Кендалла Спенсера. Тот был один и стоял напротив нее.

Они стояли и молчали. Китти быстренько ретировалась, чтобы им не мешать. Полин ощутила в воздухе давно забытый запах; Кендалл пользовался все тем же мятным лосьоном для бритья. Она различила его даже в этой пыли. Вблизи она увидела, что он постарел.

— Сто лет прошло, — вздохнул он.

Полин молчала. Ей было интересно, что он ей скажет. Неужели этот мужчина когда-то имел над нею какую-то власть? Сейчас он казался ей таким ничтожеством… Да, когда-то эти руки ласкали ее, губы целовали, но сейчас она не чувствовала ничего. Хотя нет, не совсем, она испытала что-то вроде снисходительной жалости, и, похоже, он об этом догадался, потому что виновато опустил голову.

— Время не коснулось тебя, Полин.

Она видела, что он смотрит на серебряное кольцо у нее на левой руке. Кольцо Ника. Оно явно его заинтересовало. Разделявшая их пропасть молчания с каждой секундой становилась все глубже. Полин могла бы просто повернуться и уйти. Именно так она сделала в 1960 году. Но с тех пор она изменилась.

— Так ты не хочешь с ней познакомиться?

Он не ждал этого вопроса и растерялся.

— Познакомиться?..

— Да, с Лили. Твоей дочерью. И с твоими внуками. У тебя их уже немало, но вот и еще двое в придачу, мальчик и девочка.

Полин открыла сумочку, нашла клочок бумаги, ручку и написала телефон. Мобильный Лили. Еще не поздно, ей можно позвонить и познакомиться. Он ведь не знает, какая у него прекрасная дочь. Умная, смелая, тактичная. Она отлично воспитывает своих детей. У нее замечательный муж, Говард. Много друзей. И взрывной темперамент. В бабушку пошла. Чего он ждет? Хочет, чтобы дочь так и осталась для него чужой? Что, если он об этом пожалеет?

Полин сказала, что Райдеру одиннадцать и он обожает железную дорогу. Ему можно задать любой вопрос о поездах, и он на него ответит. Удивительный мальчик. А Брук девять, она хочет стать писательницей. Ведет дневник и очень много читает. Даже по ночам, под одеялом с фонариком.

Кендалл слушал ее, а она вдруг заметила, до чего у него изможденный вид. Ведь она ничего о нем не знает. Был ли он счастлив в браке с Эвелиной? Что чувствовал, увидев, как рухнул «Мэйпс»?

Кендалл Спенсер стал стариком с потухшим взглядом. В какой-то миг ей показалось, что он попросит у нее прощения, и она даже ждала этого, но он молчал. Стоял и смотрел на нее, держа в руке телефон Лили.

— До свидания, — попрощалась Полин и пошла.

— Скажи Лили, я позвоню, — бросил он ей вслед.

Она ему не поверила. Но он снова окликнул ее и заговорил тоном, какого она никогда от него не слышала, — полным сожаления и нежности.

Он сказал: ты всегда в моем сердце и никогда его не покидала. Когда я думаю о тебе, то вижу, как ты танцуешь, наверху, в баре со стеклянными стенами. Вместе с Мэрилин Монро.

Пятница 4 февраля 2000. Маунт-Шаста, округ Сискерия. Северная Калифорния

Старлинг позволил Полин ощупать свою ногу, не дергаясь и не вздрагивая. Гипс ему сняли, но шина еще понадобится, хотя в целом состояние удовлетворительное. Полин считала, что недели через две жеребенок будет в полном порядке. Гораздо больше тревоги внушала другая пациентка — выездковая кобыла по имени Бархатная с липомой в тонком кишечнике. Сразу после возвращения из Рино Полин ее прооперировала. Операция длилась четыре часа; помогал доктор Мерилл, специально приехавший ради этого, и, конечно, анестезиолог и ассистентка. Бархатную держали в отдельном стойле под особым надзором, ставили капельницы. Ее восстановление будет долгим.

Чуткие пальцы Полин внимательно изучали каждую связку под золотистой шкурой жеребенка.

— Скоро будешь бегать быстрее прежнего, рыжик! За тебя я не беспокоюсь.

Полин ласково потрепала жеребенка по холке и вышла из конюшни. Солнце в это раннее утро поднялось еще совсем не высоко, заставив заиграть огоньками выпавший за ночь снег. Полин замерла на секунду, любуясь ослепительной синевой зимнего неба. Ласковые руки сомкнулись у нее на талии.

— Есть горячий кофе, — сказал Ник и поцеловал ее.

И Полин пошла за ним в уютную кухню, где потрескивал огонь и пахло поджаренным хлебом. Они сидели за столом друг напротив друга, завтракали и поглядывали в окно на ели, засыпанные пушистым снегом.

— Что-то ты все молчишь с тех пор, как в понедельник вернулась из Рино…

Полин откусила тост.

— Если честно, последняя операция меня чуть не доконала. Никогда не сталкивалась с таким огромным жировиком. Надеюсь, Бархатная поправится.

Ник думал, что Полин заговорит о взорванном «Мэйпсе». Она обмолвилась, что видела Кендалла Спенсера. Каково ей было? Он все