Реджеп Тайип Эрдоган - Севинч Учгюль

После принятия Конституции 1961 года, в Турции были закрыты многие политические партии, представлявшие различные идеологии и носившие разные названия. Однако требование о закрытии партии, единолично находящейся у власти, впервые вызвало столь значительный общественный и международный резонанс. Эта тема стала одной из главных в СМИ, вызвало дебаты между теми, кто задавался вопросом: «Как вообще можно в наше время закрыть политическую партию?», и теми, кто утверждал: «AK Parti следовало закрыть уже давно».

Подробные юридические оценки и дискуссии, касающиеся содержания выдвинутых обвинений, позиции защиты, решений суда, оценки доказательств и последствий судебных решений после принятия Конституции 1961 года, свидетельствуют о том, что в основе всех дел о закрытии партий лежали политические мотивы. После военного переворота 1980 года, принявшего форму глубокой институциональной трансформации, новая Конституция 1982 года ввела более жесткие нормы, регулирующие деятельность политических партий. Статьи 68 и 69 Конституции 1982 года, а также положения Закона о политических партиях (Siyasal Partiler Kanunu) № 2820 от 1993 года являются значительно более жесткими и репрессивными по сравнению с Конституцией 1961 года и Законом о политических партиях № 648 от 1965 года. Поэтому, особенно до 1995 года, когда в статьи 68 и 69 были внесены изменения, генеральный прокурор и судьи, применявшие антидемократичные положения, сыграли важную роль в увеличении количества закрытых партий. В 2001 году была принята еще одна поправка, касающаяся характера применяемых санкций: в статью 69 был добавлен седьмой пункт, который позволил суду, помимо закрытия партии, в зависимости от тяжести деяний, применять «санкции в виде частичного или полного лишения государственной финансовой помощи». После поправок к Конституции, внесенных в 1995 году, первой партией, которая была закрыта, стала коалиционная Партия благоденствия на основании того, что ее деятельность противоречила принципу светскости. После ряда изменений в Конституции два наиболее резонансных дела последних лет – это процессы против Партии демократического общества в 2007 году и Партии справедливости и развития в 2008 году.

Кроме требования закрыть AK Parti по обвинению в нарушении принципа светскости было выдвинуто требование аннулировать депутатские мандаты некоторых парламентариев, прекратить членство 221 партийного лидера и около 150 000 членов партии, а также запретить им участвовать в выборах и становиться членами других партий до завершения судебного разбирательства. Тем не менее, когда исход дела казался предрешенным, Конституционный суд отказался удовлетворить иск, чем вызвал немалое удивление как в юридических, так и в политических кругах.

Спустя всего несколько месяцев после убедительной победы на выборах 2007 года, правящая Партия справедливости и развития, возглавляемая Реджепом Тайипом Эрдоганом, оказалась в эпицентре серьезного конституционного конфликта. Находясь в должности премьер-министра и лидера партии, получившей почти половину голосов на последних выборах, Эрдоган неожиданно столкнулся с обвинениями, способными поставить под сомнение не только его политический курс, но и легитимность избранной власти, пришедшей на смену старым элитам.

Когда содержание обвинительного заключения по AK Parti попало на первые полосы национальных газет, стало ясно, что процесс приобретает не только юридическое, но и политическое значение, а количество голосов, отданных за эту партию придает делу большую значимость. Генеральный прокурор Верховного апелляционного суда Абдуррахман Ялчынкая ранее выносил предупреждения в адрес партии в связи с обсуждением проекта новой Конституции, подчеркивая, что высказывания и действия, противоречащие принципу светскости, не соответствуют ни внутренним законодательством, ни Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод.

Председатель Конституционного суда Хашим Кылыч сообщил, что иск против Партии справедливости и развития включал также требование о запрете на участие в политической жизни для 71 руководителя городских и районных отделений партии, включая президента Абдуллаха Гюля, премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана и бывшего спикера парламента Бюлента Арынча. Обвинения в адрес президента Гюля касались его деятельности на посту министра иностранных дел. В качестве доказательств были представлены высказывания и действия лидеров партии, включая премьер-министра Эрдогана, как до, так и после их избрания в парламент от AK Parti, а также распоряжения и циркуляры, изданные министерствами и муниципалитетами, возглавляемыми членами партии. Конституционный суд единогласно принял к рассмотрению обвинительное заключение с требованием о закрытии партии, а также большинством голосов (4 из 7) принял решение о проведении соответствующей проверки в отношении президента республики.

Президент Абдуллах Гюль, находившийся с визитом в Сенегале, впервые прокомментировал ситуацию, заявив: «Каждый должен хорошо подумать о том, что Турция может приобрести и что потерять». Заявление президента Гюля, сделанное за рубежом, было воспринято как призыв к сдержанности, но для народа главным было то, какую позицию займет Эрдоган.

На фоне усиливающегося давления, премьер-министр Эрдоган лично инициировал экстренное совещание с руководством партии, чтобы определить дальнейшую стратегию реагирования. Профессор Мехмет Зафер Ускюль, депутат парламента от AK Parti, отверг обвинения, заявив, что его партия является пионером демократических инициатив в Турции, и подчеркнул, что подача подобного иска нанесет ущерб стабильности в стране. Заместитель председателя Республиканской народной партии Мустафа Озюрек отметил: «Мы не считаем правильным закрытие политических партий. Однако если партия нарушила закон, генеральный прокурор обязан выполнить свой долг. Печально, что правящая партия оказалась в такой ситуации». Партия националистического движения не сделала развернутого заявления по этому поводу, а Селахаттин Демирташ, заместитель председателя парламентской группы Партии демократического общества, в отношении которой также было возбуждено дело о закрытии, охарактеризовал процесс как идеологически мотивированный. Таким образом, даже те, кто сами находились под угрозой закрытия, расценили ситуацию с AK Parti как политически и идеологически мотивированную атаку, в центре которой, вне всякого сомнения, находился премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган.

Обвинение и защита сторон

Весной 2008 года стало ясно, что под угрозой оказалось не только будущее правящей партии, но и стабильность новой демократической Турции под руководством Реджепа Тайипа Эрдогана. Для премьер-министра, ставшего символом новой политической эпохи, обвинения в подрыве светскости стали серьезным вызовом, требующим немедленной политической и правовой реакции.

Для признания политической партии центром запрещенной деятельности необходимо, чтобы антиконституционные действия неоднократно совершались членами партии и были прямо или косвенно признаны и поддержаны руководством данной партии. В обвинительном заключении AK Parti подчеркивалось, что неспособность партийцев дистанцироваться от принципов, отстаиваемых движением «Национальный взгляд», членами или руководителями которого многие из них были в прошлом, четко проявилась в предложении о внесении изменений в Конституцию, направленных на легализацию свободного выбора одежды в высших учебных заведениях. Это предложение было внесено в Великое национальное собрание Турции вопреки решениям судебных инстанций и рассматривалось как попытка утвердить собственное понимание правовых норм. Принятие убеждений или стиля одежды в качестве критерия при регулировании общественной жизни означает предоставление привилегий определенным социальным группам и нарушает принцип равенства. Это противоречит основам демократии, ведет к дискриминации по признаку идентичности и в конечном итоге может вызвать общественный раскол.

Согласно представленным