Дважды одарённый. Том X - Элиан Тарс

Она очень хочет мне помочь, но в своих действиях крайне ограничена из‑за своего склочного папаши.

Проклятье! Из‑за него мы даже не можем просто пообщаться в любое время!

Такой расклад меня не устраивает.

Да и есть у меня уже одна хорошенькая заготовка…

— Послушайте, — заговорил я, и Анна внимательно уставилась на экран. — Ситуация такова, что вы не можете мне писать и звонить в другое время, кроме как в воскресенье с десяти до двенадцати утра, правильно?

Поджав губы, она молча кивнула.

— А еще вам нужно учиться и получать практику, а МАУД не работает…— закинул я удочку.

Она чуть нахмурилась:

— К чему вы ведёте?

— Я могу вам предоставить очень много интересной практики, — улыбнулся я.

Она нахмурилась ещё сильнее.

— Я не до конца понимаю вашу мысль, — проговорила она, — но в контексте выше сказанного… Неужели вы хотите предложить мне работу, связанную с вашими новыми землями?

Её взгляд стал предельно серьёзным.

— Именно так, — подтвердил я. — У меня есть управляющая, но она едва ли справляется с уже имеющимися активами. К тому же ей приходится заниматься имуществом моих соратников. С каждым днём работы у нее становится всё больше и больше, а помощников у неё нет.

— Вы хотите, чтобы я стала помощницей вашей управляющей? — гневно прошипела Анна.

— О нет, — поспешил я её успокоить. — Я думаю разделить зоны ответственности. Но в каких‑то смежных зонах вам все же придётся сотрудничать с ней.

Анна продолжила недовольно хмуриться:

— Вы должны понимать, Александр Ярославович, что подчиняться вашей управляющей я не буду.

— Я это понимаю, — кивнул я. — Я оставлю должностные инструкции. Но… — я поднял указательный палец, — Марина многое сделала для моего благосостояния, и поэтому я попрошу от вас уважительно относиться к ней и как минимум выслушивать её рекомендации.

— Приемлемо, — кивнула Анна. — Я сегодня же поговорю с отцом насчёт организации практики, но уже сейчас могу сказать, что мне придётся снова использовать фамилию Есипова.

— Конечно, — улыбнулся я. — Я ведь предлагаю эту практику старосте своей группы, а не цесаревне.

Она молча кивнула и вдруг погрустнела.

— Но боюсь, даже если отец согласится… Общаться с вами чаще не позволит. Как мы будем строить работу?

— Через моих помощников, — пожал я плечами.

Она задумалась, а затем решительно кивнула.

— Хорошо. А теперь насчёт оплаты… — начал было я, но Анна жёстко перебила меня:

— Оплата не нужна. Уверяю вас, работу я буду выполнять добросовестно и без оплаты. То, что вы сделали для меня, небольшой помощью по организации управленческого процесса на Родовых землях — не искупить.

Спорить тут с ней было бессмысленно — по ее серьезному выражению лица было понятно, что иным образом девушка договариваться не будет.

Ну и ладно — в итоге можно будет «оплатить» ей позже и не деньгами.

— Идёт, — кивнул я, — Но должен проговорить ещё один момент.

Серьёзным взглядом я посмотрел прямо в камеру. Анна подобралась и ощутимо напряглась.

— Внимательно слушаю, — проговорила она.

— Я искренне доверяю вам, — произнёс я.

В этот момент щёки девушки покраснели, но она не растеряла серьёзности лица.

Я же продолжил:

— Однако я прекрасно понимаю, из какой вы семьи и кто этой семье служит.

Анна уж было вскинулась, чтобы сказать мне что-то «приятное», однако сдержалась — должно быть, быстро поняла, что я имею в виду. Молча кивнув, она продолжая слушать.

— Служба безопасности вашего отца не должна быть в курсе дел в моём имении, — твердо произнес я. — Вы сможете это обеспечить?

Она хотела решительно кивнуть, но снова замерла. Несколько секунд девушка мучительно боролась сама с собой, а потом сдалась.

— Я не могу в полной мере гарантировать, что сохраню конфиденциальность, — честно произнесла она. — Даже если я договорюсь с отцом, и он выдаст распоряжение никому не лезть в это дело…

Она сжала кулаки и скрипнула зубами. Говорить вслух о том, что у императорской семьи проблемы с окружением, и далеко не всем во дворце можно доверять, царевна явно не хотела.

Я выдохнул и кивнул:

— Хорошо. В любом случае проговорите этот момент с отцом, обозначьте ему свою позицию и мою заодно.

Она тоже кивнула и явно хотела что-то сказать, но сдержалась.

Мне кажется, я прочитал незаданный вслух вопрос в её карих глазах. Анна — девушка умная и сейчас явно хотела предложить мне не давать ей дела, связанные с повышенной секретностью. Да, ей самой было бы обидно говорить такое вслух, но ради общего дела Анна бы смогла переступить через обиду.

Сейчас, когда она готова поступить ко мне на практику, управление моими землями явно становиться для нас делом общим.

И все же она промолчала, ведь здесь начинал действовать другой нюанс. Если она проговорит свое предложение вслух, и оно станет одним из условий нашего сотрудничества, то ей придётся упомянуть его в своём будущем разговоре с отцом. А значит — создать для окружения императорской семьи больший соблазн покопаться в моих делах. Грубо говоря, если те, кто следит за тобой, знают, что им показывают не всё — они будут искать скрытое.

А если вдруг они поверят, что перед ними открытая книга — то расслабятся и дальше уже не полезут.

— Ну тогда договорились, — произнёс я и добродушно улыбнулся. — Хотел бы я пожать вам руку, но нынешние технологии этого не позволяют.

Несколько секунд Анна обдумывала мои слова, а затем немного смущённо потянула ладошку к камере. Вскоре экран телефона стал чёрным. Я улыбнулся и сделал то же самое.

— Проблема в том, — сквозь чёрный экран донесся ее совершенно серьёзный голос, — что я не вижу, поняли ли вы мой жест.

Я усмехнулся и ответил:

— Будьте уверены — прекрасно понял. Только что мы с вами хлопнули в ладоши через камеры и экраны наших телефонов. Можете убирать ладошку.

Спустя несколько секунд я смотрел на её ещё более смущённое лицо. То и дело она отводила взгляд в сторону и, казалось, вот-вот выкрикнет что-то в духе: «Не смотрите!»

Однако её смущение вновь длилось недолго. Мгновенно переключаться Анна Михайловна научилась прекрасно. Хотя не стоит забывать, что обычно эти переключения ей не нужны, ибо когда