Семнадцать - Андрей Готлибович Шопперт

чьё-то или просто забрать себе, если ничьё и построить там очередную крепостцу, и организовать производство огнеупорного кирпича прямо на месте, а его уже привести. Вот тут можно даже и на лодьях доставить. Да, огромный круг получится, но в Ярославле есть Волга, а Москва река впадает в Оку, а та в Волгу. А можно и на возах доставить. Это же не на Кремль кирпичей вести, а на печь всего лишь, где будут кирпич обжигать. Не так и много надо. И ещё нужно попробовать при обжиге белого кирпича использовать оранжевое пламя, чёрт его знает, вдруг более огнеупорные получатся, не только же от состава огнеупорность кирпича зависит, но и от правильного обжига. Температуры он не знает, но и без того понятно, что чем больше, тем лучше. Ну, и знал бы, как измерить? Итальянцы же без термометра построили Грановитую палату в Кремле, и она уже пол тысячелетия почти стоит.

Событие шестьдесят девятое

В Переяславле-Залесском удалось заработать почти сто рублей. В том числе пять, морщась и сдвигая брови, приказал своему ключнику выдать князь Дмитрий Ольгердович, ну который отец Остея Димитриевича… А раз князь Остей назвал его родичем по бабке, то вот этот товарищ ему родич по мамке? Дядя? Не как-то по другому его Дмитрий Иваныч назвал, когда про этого товарища разговор зашёл? Во! Стрый! Что бы это не значило.

В древнерусском и старорусском обиходе встречались и архаичные варианты, связанные с общим корнем для дяди — «стрый».

Вот этот стрый как узнает, что Коська ему племяш, да как спросит с него, как с понимающего. И чего тогда делать. Но не зашёл и в этот раз разговор про общую родню. Зато про пушки зашёл. Пришлось, чтобы не накалять обстановку отвезти дядюшку к телеге с медно-бронзовым ломом и указать на неё. У ключника княжьего при этом глаза нездоровым блеском загорелись, смог бы, точно приватизировал. Охрану нужно усилить.

— Вот люди даже дорогие вещи отдают, чтобы… ну, чтобы было из чего лить. Нет меди на Руси, вся привозная. Через Новгород и Псков…

— Псков? Так там Андрей — брат мой посадником. Сегодня же гонца пошлю. А порох? — фиг слезешь… наоборот, фиг слезет. Не отвертеться от пушек.

— Порох продам. Но вот медь и бронза.

— Сколько весит Единорог?

— Чистый вес ствола сорок пять пудов. Но ещё угар, обработка, питатели, прибыля. Все шестьдесят пудов будет, правда, часть можно будет повторна использовать. (вес ствола 750 кг).

— Понятно. Сейчас дам указание, соберут тебе шестьдесят пудов. Нужно же людей учить. А как от брата из Пскова придёт металл, так уже обученные люди будут. Так ли думаю… Касьян Иванович.

— Всё правильно.

И ведь собрали. В том числе вполне годные котлы, которые Коська наоборот Игнату заказать хотел под все свои химические производства.

Илья, Феодор и Егор в это время пользовали бояр и даже богатых купцов — гостей торговых. С бояр брали по пять гривен, а с купцов по три. Коська с купцами сам общался, надеясь что полезное вызнать, не про торговлю, про то что интересного можно через них купить. И ведь нашёл.

— Кофий? Нет не слышал. В Москве раз встречался с купцом генуэзским, вот тот кахву мне предлагал испить. Попробовал, глоток один и сделал. Противно, горячо и горько. Как не выплюнул ему под ноги сам до сих пор удивляюсь.

— И где они там эти генуэзцы обитают в Москве? — Коська стойку взял, неужели кофий удастся купить?

— Так в Великом посаде, прямо возле рынка у них два больших подворья рядом.

В XIV веке у иностранных купцов в Москве не было одной большой обособленной слободы — они селились в разных местах, но чаще всего в районе Великого посада (позже его стали называть Китай-городом).

Прямо загорелось у Касьяна. И целых два желания, первое-то простое, тупо купить кофейных зёрен, явно же не порошок с собой генуэзцы возят. А вот второе из первого вытекает и по воплощению в разы сложнее. А что, если жарят зёрна купцы италийские сами? И у них, может быть, в наличии зелёные кофейные зёрна, которые можно посадить. Температура? Теплее в Африке? В Африке реки вот такой ширины… тьфу не из этой оперы. Ну, а чего, можно и в доме выращивать, у них в одном из классов в школе вполне себе кофейный куст рос и плодоносил. Парник можно на лето делать. Не, ясно, что стёкол нет и долго ещё не будет, если он не возьмётся, а вот бычий пузырь совсем не дефицит, даже у не очень богатых в городе окна им заделаны.

Попробовать с помощью жёлтого пламени простимулировать рост деревца. Да, хоть просто ради интереса, а генуэзцы пусть зёрна возят, он найдёт чем с ними рассчитаться.

Да хоть те же самые зубы. Возможно в продвинутых Италийский государствах тоже есть хельги с доступом к источникам зеленого пламени, а может и нет. Ну или у него дешевле. Найти купцов всё одно нужно. И что там у Осман ещё есть? Козы ангорские? Спросим. За спрос денег не берут.

Между прочим, это звучит сто рублей не очень. На самом деле это гора серебра. Сто шестьдесят грамм в рубле или гривне и сто если этих гривен, то пуд серебра получится. Как гиря. Нда, пилите, Шура, она… серебряная. И это они ещё в Москву не приехали. Вдруг там опять какие именины сердца? Или вот тоже по купцам и мастерам пройтись, чуть снизив плату. Был он должен Владимиру Андреевичу девять уже пудов, теперь ещё один отдать сможет.

Перед самым отъездом Коське очередной ребус волшебная книга загадала. Она чуть не год молчала с того момента, как озадачила его жёлтым источником пламени. И тут бамс, видимо посчитала задание выполненным и выдала следующее. Найти источник синего пламени. (Знайдзі крыніца сіняга полымя). И ведь с трёх раз не нужно отгадывать, опять ни словечка, ни намёка на то, что делать с этим синим огнём. Опять гадать придётся и ждать подсказок от жизни.

Он ещё с жёлтым на сто процентов не разобрался, нужно всё же урожая дождаться на всех культурах, куда он это пламя сам или ученики вливали. Ясно, что растения растут мощнее, всходят быстрее и растут здоровыми. Это уже как бы и невооружённым взглядом видно. Ну, лишь бы всё в ботву не ушло. У тех же