Ева из преисподней - Амалия Мо

Пальцы слабо сжались, пытаясь ухватиться хоть за что-то. За воздух, за жизнь, за надежду. Внутри теплился огонь, протестующий против жестокой тьмы, которая стремительно поглощала, но я уже едва чувствовала это тепло. Глаза непроизвольно закрывались, и мне оставалось только смириться с тем, что сделала всё, что могла…

– Пожалуй, потом прикончу твоего дружка… Он давно меня раздражает…

Мысль о Кайнере обожгла сознание. Этот псих собирается убить его? Нет… я не могу позволить этому случиться… Мой демон должен вернуться в Преисподнюю, должен помочь брату и…

Они все обязаны вернуться домой! Плевать, что этот сумасшедший решил в своём воспалённом рассудке. Я не позволю этому случиться.

Я – Хранительница Врат и отправлю каждого демона домой!

Огонь, который едва теплился внутри, вдруг вспыхнул с такой силой, что я ощутила его даже на кончиках пальцев. Тепло распространилось, охватило тело, заключая в огненный кокон, готовый сжечь всё на своём пути. Пламя разрасталось с каждым мгновением, вырываясь наружу, как неконтролируемая сила, рвущаяся защитить то, что мне дорого.

Эр зашипел и отшатнулся от языков пламени, заплясавших на его плоти. Но мне было всё равно. Его намерения больше не имели значения. Я знала одно: я отправлю каждого демона домой, даже если для этого придётся обрушить на него весь гнев.

– Грёбаная стерва, – взревел демон, разглядывая обожжённые руки.

– Не на ту напал… – огонь продолжал защищать, притупляя боль, но подняться я всё равно не могла, лишь отползла к стене.

Демон метался из стороны в сторону, как дикий зверь, не способный добраться до добычи. Я молилась, чтобы Кайнер вернулся, надеялась на счастливый финал. Вот только время тянулось, а Эр, кажется, нашёл выход. Он кинулся на кухню и быстро вернулся с ножом.

– Знаешь, отец настаивал, чтобы я обучался военному делу, – его пальцы пробежались по лезвию длинного, острого ножа, – тогда я ненавидел эти уроки, но кое в чём всё-таки преуспел. Догадываешься?

Он ловко подбросил нож и поймал его в воздухе.

– Кстати, я не промахивался…

– Остановись, прошу тебя! Ты можешь выбрать иной путь!

– Ну-ка, расскажи мне, человек, какой у меня есть путь?

Наверное, я наивно полагала, что смогу переубедить его. Каждое слово сильнее нервировало демона. Он больше не казался человечным: удлинились когти, налились кровью глаза, а на передней челюсти выступили устрашающие клыки.

– Я живу в аду каждый день после смерти матери! Она была единственная, кто любил меня, и он… он лишил меня всего!

– Так отомсти ему! Прикончи его! В чём виноваты люди?!

Эр покачал головой и сделал шаг ближе. Во взгляде читалась окончательная решимость, мои слова были для него так же пусты, как и собственная жизнь. Бесполезно говорить о будущем тому, кто давным-давно перестал верить в него. Эр умер вместе со своей матерью…

Когда лезвие сорвалось, в воздухе раздался ледяной звук, подобный разрыву ткани. Моё сердце колотилось, а мысли путались, отчаянно моля, чтобы огонь защитил жизненно важные органы. Не в силах двинуться, я инстинктивно сжалась, ожидая боли. Зажмурила глаза и прижала локти к груди, как будто могла укрыться от всего мира в этом коконе из жара и страха.

Секунда, другая: что-то разорвалось, оставляя в воздухе запах раскалённого металла и озона.

Я закричала от резкой боли, когда лезвие вошло в руку, проткнув её насквозь.

– Хм… лучше тебе сдохнуть быстрее, Ева, иначе придётся метать в тебя всё, что есть! – он схватил первую попавшую под руку напольную вазу и швырнул её в меня.

Казалось, что мои крики слышны далеко за пределами города, но я очень надеялась, что люди не окажутся поблизости, ведь с таким чудовищем лучше не встречаться…

Эр собирался пойти за новым ножом, когда внезапно остановился и обернулся к дверям. В эту секунду я увидела страх, скользнувший во взгляде психа.

– Кай! Пожалуйста, помоги! – что было сил закричала, и в следующее мгновение демон ворвался в дом.

Кайнер сразу заметил меня, лежащую на полу, раненую, едва сжимавшую руку. Он замер на мгновение, словно не веря в то, что видит, а потом кинулся ко мне.

– Ева… – он осторожно осматривал зверство, сотворённое Эрионом.

Огонь, горящий на коже, почувствовав присутствие безопасности, начал утихать. Но я понимала, что мой раненый вид сейчас далеко не главное. Собрав последние силы, я кивнула в сторону Эра. Кайнер уловил движение, и в тот же миг его глаза запылали яростным алым светом.

– Шион. – Спокойным голосом бросил он обратившись к вошедшему лекарю.

В дверях появилась Старта, и я, опасаясь за Берри, крикнула, чтобы она проверила её, боясь, что ту могла ждать та же участь, что и Сашу. Элли вошла последней. Уверена, она была готова кинуться на защиту брата, но передумала, увидев взгляд Кайнера.

В этот момент лишь безумец посмел бы ему помешать. Кайнер схватил Эра за шею, поднимая над полом.

– Ты, – сквозь зубы прошипел он, – как ты посмел тронуть её?

Несмотря на происходящее, демон лишь ухмылялся, будто его не страшила предстоящая кара. Он не собирался отвечать, потому что дело было не в личных счётах. Эр так ненавидел жизнь, что готов был умереть, забрав с собой всех. Кто знает, как долго длилось его безумие, но оно едва не уничтожило человечество.

Не дожидаясь ответа, Кайнер с размаху впечатал Эриона в плитку, и та пошла трещинами. На правой руке выступили длинные когти, точно такие, как у демона, слетевшего с катушек. Возвышаясь над полуживым телом, Кай мотнул головой, обнажая удлинившиеся клыки.

Шион звал меня по имени, призывая отвернуться, но я едва дышала, наблюдая, как Кай, будто дикий зверь, перегрыз горло врагу. Это был его истинный облик, устрашающий и далёкий от человеческого. Демоны лишь подстраивались под людей, стараясь не напугать, ведь люди могли свихнуться от оживших кошмаров, заполнивших их планету.

Элли медленно подошла к трупу брата и присела рядом.

– Эр… – она заплакала, касаясь его руки, – зачем… какой ты идиот…

– Он ненавидел вашего отца за то, что тот сделал, – хрипло произнесла я, ощущая боль от криков во время пыток, но чувствовала, что должна сказать это. – Он ненавидел всех и желал только одного, Элли, – смерти.

– Да пошла ты! – отозвалась демоница и упала на грудь брата, цепляясь за рубашку.

Кайнер отвернулся