Дед в режиме героя - Евгений Валерьевич Решетов

Тот вдруг улыбнулся и начал нервно хохотать, запрокинув голову.

Я присоединился к его смеху, а потом и Роман с Екатериной мелко захихикали, хотя вряд ли поняли, причём тут холодильник. Просто человеческий организм искал способ сбросить напряжение и пережитый страх. Обычная защитная реакция на сильный стресс. Ведь даже меня проняло, правда из-за того, что я испугался за жизнь Екатерины.

А сейчас меня охватило такое облегчение, что аж ноги подогнулись. Пришлось усесться на скамейку, где обычно дежурят возле подъезда бабки. Здесь-то меня и застал полковник Барсов, выбравшийся из подъезда на заплетающихся ногах. Его грудь ходила ходуном, лицо раскраснелось и покрылось потом, и от него валил такой пар, словно он только что вышел из сауны.

Артур Петрович с протяжным вздохом согнулся и упёрся ладонями в колени.

— Надо… надо сбросить вес. И начать бегать, — просипел он и досадливо дёрнул щекой. — Но когда? Работа! Работа и ещё раз работа. Причём сидячая. А у вас, гляжу, весело? Что случилось?

Петров резко захлопнул рот, как и Екатерина с Жуком. Последний почему-то всё равно посмеивался, закрыв рот ладонью.

— Жук, доложи, — бросил я мужчине, скользнув взглядом по немногочисленным освещённым окнам. За ними маячили фигуры жильцов, встревоженных выстрелами. А конкретно сейчас кто-то, прилипнув к стеклу, глядел, как Жук, наконец прекратив хихикать, рассказывал, что они с Екатериной пережили.

Я же задумался над тем, как вообще эти монстры функционировали? Ни у того, ни у другого не было души. Застреленный Жуком индивидуум тоже не исторг душу. Значит, она покинула его тушку раньше, посчитав, что тело безнадёжно померло.

И как… как оба монстра встали и давай лить кровь⁈ Немыслимо! Приходило на ум лишь сравнение с некромантом и его марионеткой. Некротические игрушки тоже не обладали душами. Они не имели разума и просто выполняли команды кукловода. Может ли эта парочка монстров быть такими же игрушками? Вполне, вполне. Но где же тогда паук, дёргающий за нитки? Кто оживил их, кто дал команду на уничтожение рода людского? И не стоит забывать, что оба были заражены «кровавой чумой».

М-да…

Я тяжело вздохнул, задумчиво хмуря лоб и посматривая на Барсова. Тот выслушал Романа, похвалил его и приказал убрать труп с дороги, а сам с кряхтением присел рядом со мной, вытащил из кармана кителя носовой платок и промокнул им влажный лоб.

— Ну-с, Игнатий Николаевич, что за чертовщина творится? Отвечайте. Вы же у нас первый спец по чертовщине, — невесело усмехнулся полковник, глянув на минивэн.

За ним Петров и Жук собирали части тела в разные полиэтиленовые пакеты. Барсов посчитал, что так будет надёжнее. А то вдруг фрагменты тела срастутся и снова станут монстром.

— Есть у меня пара мыслишек, — обрадовал я полковника, закинув ногу на ногу. — Первая, где-то в этом уютном, как электрический стул, районе засел разумный высокоранговый монстр, сумевший взять под контроль мертвецов, заражённых «кровавой чумой». И вторая, мы на пороге нового скачка в эволюции этой заразы, лезущей из Лабиринта. Возможно, силу этим тварям дало то, что здесь неподалёку имеется стационарный проход в Лабиринт, причем, насколько я помню, он имеет довольно высокий ранг. Может, потому монстры и воскресли? Те же безмозглые, бездушные скелеты вполне себе неплохо чувствуют себя в Лабиринте, атакуя всё живое.

— Да, не зря вы были преподавателем в университете, что-то в ваших словах определённо есть, — потёр двумя пальцами подбородок Артур Петрович, щуря мрачно блеснувшие глаза. — Надо вызывать подмогу. Придётся осмотреть весь район. Может, найдём тварь, управлявшую трупами. Ну, ежели она и вправду существует и ещё не вернулась восвояси через какой-нибудь блуждающий проход в Лабиринт. Она же не может находиться в нашем мире дольше двух часов. Попутно мне стоит приказать помощнику, чтобы тот выделил в отдельную категорию все дела, где будут фигурировать такие твари с чёрными белками и красными зрачками. Ежели они действительно станут появляться возле высокоранговых проходов в Лабиринт, то верен будет ваш второй вариант, Игнатий Николаевич.

— Я бы предпочёл первый. Любого монстра можно убить — и дело с концом. А если всё дело в воздействии Лабиринта, то это куда опаснее.

— Ваша правда, ваша правда, — вздохнул Аркадий Петрович, достал телефон и сразу же раздражённо процедил: — А здесь связь, мать её, работает!

— Всё как обычно, — философски усмехнулся я и встал с лавки, похлопав Барсова по плечу.

— Вы не останетесь? Думаю, с вами мы гораздо быстрее поймаем гипотетического монстра-кукловода.

— Нет, не останусь. Что-то притомился я, да и желания нет. Старый совсем стал, — вздохнул я, памятуя, что в «клетке» осталась всего одна душа.

Да и Барсов с его командой явно и без меня справятся. У них работа такая.

— Ладно, всё равно благодарю за помощь, — пожал мою руку полковник, подняв с лавки свой зад. — Знаете, Игнатий Николаевич, я кое-чего всё же не понимаю. Почему выстрелы в голову заставили сомлеть воскресших мертвецов, у них же и так мозги были прострелены у обоих?

— Шут его знает, — пожал я плечами. — Возможно, их мозги как-то перестроились после ранения, а тут их снова продырявили — вот они и сомлели.

— Хорошая теория.

— А то. Что ж, удачи вам, — пожелал я ему и призывно махнул рукой Екатерине.

Та хмуро наблюдала, как Петров и Жук закидывают в салон минивэна полиэтиленовые мешки с окровавленной плотью.

— Жуть какая-то, — прошептала она, подойдя ко мне.

— То ли ещё будет, — мрачно выдал я и уселся на заднее сиденье внедорожника в тот же миг, когда женщина села за руль. — Кстати, мне пригодился твой револьвер. Вот, возвращаю.

Екатерина взяла оружие и положила его в бардачок, а потом сжала пальцами баранку руля и нажала на педаль газа. Внедорожник резко дёрнулся, заставив меня откинуться на спинку сиденья.

— Боже! — внезапно выдохнула Екатерина, словно прозрела. — Я только сейчас поняла, почему Роман кричал «педаль в пол, гони, гони»! Он хотел, чтобы монстр упал из-за того, что минивэн рванул бы вперёд!

Глава 26

Весь обратный путь Екатерина молчала и хмурила брови, глядя на дорогу, чёрной лентой пробирающуюся сперва между домами, а потом через пригород.

О чём она думала? Шут её знает. Но наверняка в её голову закралась мысль, что надо бы уволиться от греха