Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Каменная створка стояла приоткрытой. Щель была узкой, в ладонь шириной, но Мин упёрся в край плечом и надавил. Камень пошёл с глухим скрежетом, открывая проём, в который мог протиснуться человек. Из темноты за створкой потянуло сухим прохладным воздухом, Чернильница за пазухой загудела так, что вибрация отозвалась в рёбрах, и Мин шагнул внутрь.

* * *

В половине дня ходьбы к северо-востоку Лян Цзи вытер лезвие меча о шерсть последней твари и выпрямился. Вокруг него на каменистой прогалине лежали тела духовных зверей, полудюжина гиен с костяными наростами по хребту, и кровь стекала между камнями мелкими ручейками, собираясь в углублениях тёмными лужами. Лян Цзи стоял посреди них, худощавый парень с бегающими глазами и сутулыми плечами, а в правой руке у него был прямой меч, мокрый от крови по самую гарду.

Он обернулся к Син Вэю, слегка поклонился и вытер лоб тыльной стороной ладони, размазав по нему чужую кровь.

— Молодой господин, я прибрался.

На его заискивающем лице мелькнула привычная угодливость, и сутулые плечи согнулись ещё ниже. Меч в его руке говорил о другом. Каждая гиена была убита одним ударом, и ровные разрезы легли так чисто, что туши осели на камни аккуратными расслабленными кучами, будто звери улеглись сами. Духовный зверь второго ранга, тварь, которую группа из четырёх внешних учеников загоняла коллективно, а Лян Цзи перебил стаю один, пока Син Вэй стоял в стороне и разглядывал каменную стену.

Син Вэй даже не обернулся, продолжая разглядывать каменную стену впереди.

— Убери тела с прохода, — бросил он, не отрывая взгляда от кладки.

Лян Цзи метнулся выполнять, и прежняя покорная повадка вернулась к нему между двумя шагами, будто меч в его руке и горка трупов вокруг принадлежали другому человеку. Он оттащил туши за задние лапы к краю прогалины и встал за плечом Син Вэя, пряча меч в ножны.

Перед Син Вэем возвышалась каменная стена, врезанная в склон горы. Тёсаная потемневшая кладка уходила вверх на два человеческих роста и смыкалась с породой. По центру стены была вырезана арка, а над аркой, на замковом камне, застыла фигура тигра, припавшего к земле перед прыжком. Резьба была глубокой, и в каменных полосах на загривке зверя поблёскивала ци, которую питала формация из символов на обеих стойках арки. Проход за аркой был закрыт каменной плитой, и по её поверхности переливалось тусклое мерцание, похожее на рябь на воде.

Син Вэй подошёл вплотную к плите и положил ладонь на камень. Двадцать два канала отозвались одновременно, ци потекла в каменную поверхность, и формация под его пальцами вздрогнула. Символы на стойках арки вспыхнули и принялись считывать входящий поток, мерить его плотность и характер. Син Вэй нахмурился и надавил сильнее, выводя ци на поверхность ладони золотистым рисунком. Контуры тигриной морды проступили на коже, и формация на арке отозвалась, символы замерцали ярче, каменный тигр над проёмом засветился тёплой медью.

Плита дрогнула и сдвинулась внутрь. Каменные пазы скрипнули, и проём открылся, обдав Син Вэя потоком сухого воздуха из глубины.

— Идём, — сказал Син Вэй и шагнул в темноту, не оглянувшись.

Лян Цзи бросил последнюю тушу на край прогалины, подхватил свой мешок и юркнул следом. Каменная плита за их спинами пришла в движение, сдвинулась обратно и встала на место с гулким щелчком, отрезав дневной свет.

По обе стороны арки, на тёмном камне стойки, медленно проступили контуры. Слева от тигра вспыхнул силуэт извивающейся змеи с раздвоенным хвостом, и чешуя её мерцала голубоватым отсветом. Справа из камня выплыли очертания дракона с рогатой головой и когтистыми лапами, и линии его тела горели тёплым золотом.

Ни Син Вэй, ни Лян Цзи не видели, как каменная арка за их спинами засияла всеми тремя фигурами, потому что плита уже закрылась, и оба шли по коридору вглубь горы, оставив снаружи стаю мёртвых гиен.

Глава 22

Храм трех стражей

Коридор за аркой уходил вниз так круто, что Мин едва успел упереться ладонью в стену, заскользив по камню и тормозя подошвами. За спиной с гулким щелчком сомкнулась каменная створка, и в тот же миг по стенам пробежало голубоватое свечение, обрисовавшее линии.

Мин остановился, щурясь на узор. Месяцы работы с кистью и камнем приучили его глаз ловить то, мимо чего другие проходили, не задумываясь. Линии складывались в формацию, и хотя ни одного из этих символов он прежде не встречал, принцип читался по косвенным следам. Замыкающий контур шёл по периметру, внутри гнездились рабочие символы, а ци-поток тёк слева направо, проточив в камне за столетия едва заметные канавки. Мин научился читать направление энергии за долгие ночи возни с отбракованными плашками, и сейчас эти трещины указывали вниз, к плите под ногами, через которую тянулся поперечный шов.

Мин подобрал осколок и швырнул на плиту. Камень стукнул, откатился, формация мигнула и погасла, потому что мёртвый камень без ци её не интересовал. Из отверстий по обе стороны шва тянуло сквозняком, и Мин представил, что вылетает из этих дырок, когда по плите шагает практик с работающими каналами. Он перешагнул через шов, ступив на узкий выступ у стены, где формация прерывалась.

Следующую ловушку Мин обнаружил через десяток шагов, третью ещё через столько же. Каждая была устроена по-своему, и каждую он обходил, читая рисунок ци-потоков по камню. Четвёртая, пожалуй, оказалась самой изобретательной. Плита на полу запускала формации сразу на обеих стенах, и Мин прополз под линией срабатывания, распластавшись по камню. Ушибленное ребро отозвалось, несмотря на съеденную им пилюлю, и он зажмурился, пропуская вдох.

— Строили, видимо, для коротышек, — пробормотал он, поднимаясь. — Или для тех, кому колени не дороги.

У пятой Мин задержался. Формации покрывали обе стены и потолок, смыкаясь в арку над проходом в просторный зал. Переливчатая плёнка перегораживала проём, и ци-линии на стойках пульсировали ленивым ритмом. Мин разглядывал рисунок, привычка вглядываться в каждый штрих, наработанная ночами над пробными плашками, дала о себе знать. Один из символов на правой стойке отличался от остальных. Основная формация ложилась равными линиями одинаковой глубины, а этот врезали грубее, будто торопясь, с перехлёстами в двух местах. Вставка питалась от отдельного ответвления, и её можно было отключить, не трогая остального.

Мин достал нож и процарапал две поперечные линии через питающий канал вставки. Ци-поток дёрнулся и иссяк, вставленный символ