Чудовищная алхимия. Том 7 - Борис Фёдорович Тролль

Мужчина на земле завыл от ужасной боли — отделенная голова монстра так и не отцепилась от него, терзая рану. Поэтому командиру пришлось разжимать челюсти руками.

Взвалив беднягу на правое плечо, юноша обернулся к отчего-то замершей группе и, подгоняя их, проговорил:

— К холму!

Тут же сверху послышался тихий шелест, и парню пришлось отбить две стрелы ладонью — у вражеских ублюдков были хорошие лучники. Точные.

И только после этого королевские воины наконец ожили, сдвинувшись с места.

Леопольд в стороне тоже покончил со своим противником, и Зефир обернулся к насыпи. Солдат противника на левом фланге кишело целое море. Тысяча? Две?

Радовало только одно: мутантов среди них оказалось мало — пара дюжин, наверное. Не больше.

Скорее всего, рюгенгордцы рассчитывали с наскока взять укрепления с помощью тварей, потому и отправили их первыми. Но защитники выстояли, хотя и не без потерь. И в ход пошли обычные воины и остатки монстров.

Перестав гипнотизировать врага, командир рванул обратно. Всё же у него на плече оставался раненый, который как-то странно притих.

Добравшись до холма и обогнав по пути отступающих, он сгрузил потерявшего сознание мужчину на руки парочке ближайших королевских воинов. И начал заливать передний край маслом под странные взгляды, которыми его одаривали готовящиеся к обороне люди.

— Как думаешь, у нас есть шансы? — раздался тихий голос Леопольда рядом.

— У нас, — выделил слово командир, — есть.

Друг примолк, а Зефир продолжил заниматься своим нехитрым делом, очерчивая полукруг перед холмом.

Вскоре к возвышенности прибыли королевские солдаты, которые начали вливаться в жидкий строй. Справа к остаткам армии спешила еще пара сотен человек — все, кого сотнику удалось вразумить.

Преследование на фланге аристократов, к слову, прекратилось — рюгенгордцы навели у себя порядок и отозвали воинов, однако бегущие в панике моревийцы были, по сути, безмозглым стадом, которым управлял страх. Отчего приблизительно до полутысячи человек продолжали улепетывать и в итоге скрылись из виду.

А буквально через несколько минут вражеские войска пришли в движение.

Командир прекратил поливать землю, и они вместе с Леопольдом встали в первом ряду, по центру, который, как обычно, заняли клановые. По левую руку расположились Королевские войска, по правую — аристократы и дружины, точнее, то, что от них осталось.

Всего защитников оказалось человек восемьсот — девятьсот. Из пятнадцати тысяч.

От этих цифр голова шла кругом.

Конечно, не все погибли. Вроде бы по разговорам вокруг, треть армии — раненых — сейчас как раз эвакуировал обоз. Но всё равно разгром был катастрофическим.

Порывшись в сумке, Зефир достал факел и огниво, а затем поджег палку и воткнул рядом с собой в землю. Заплечный мешок вернулся за спину, и командир принялся ждать.

Войска рюгенгордцев не особо спешили: тысячи солдат, выстроившись, продвигались вперед, постепенно охватывая защитников в клещи. При этом лучники и маги оппонентов молчали.

Моревийцам это было только на руку — чем больше времени они протянут, тем лучше. Гетман это тоже прекрасно понимал и запретил стрельбу немногочисленным выжившим стрелкам.

Когда между противниками осталось метров тридцать, враги остановились.

— Чего они ждут? — раздался чей-то нервный голос сбоку.

— Сдаться предложат, наверное, — послышалось в ответ.

Неизвестный воин из дружины угадал: ряды рюгенгордцев начали расступаться, и по образовавшемуся проходу прошествовал брюнет в дорогих доспехах и черном плаще.

На вид ему лет пятьдесят: седина в волосах, немного вздернутый нос. Обычная внешность, но Зефир моментально напрягся.

От незнакомца веяло нешуточной угрозой. Не титаническая змея, конечно, но близко — на уровне самого парня.

— Очень силен, берегись, — предупредил командир Леопольда.

— Это главарь еретиков? — спросил чернявый.

— Видимо, да, — кивнул Зефир.

Брюнет тем временем вышел на свободное пространство и остановился перед войском.

— Моревийцы, вы достойно сражались, но проиграли, — громко произнес он, смотря на гетмана Лукаша. — Сдавайтесь, и я пощажу ваши жизни.

Защитники угрюмо молчали.

— Насколько мы можем доверять твоим словам? — вдруг раздался голос пана Лукаша.

Глаза командира моментально округлились, и он обернулся. В общем-то, так сделали практически все. Гетман сказал это с совершенно серьезным лицом, будто это не он организовывал оборону на этом холме четверть часа назад.

— Я вижу, ты тянешь время, — задумчиво проговорил еретик. — Зря. Мы убьем вас, догоним обоз и скормим всех раненых монстрам. Ты этого хочешь⁈

Незнакомец повысил голос, а пан Лукаш промолчал на выпад.

— Нам нет нужды проливать кровь, — продолжил брюнет спокойным тоном. — Моревия может бескровно войти в состав Империи, и ничего внутри страны не изменится. Ваша принцесска станет наместником. Или, если хочешь, им можешь стать даже ты, а, гетман?

Клановые вокруг Зефира начали злиться и негодовать.

— Пошел на хер! — внезапно выкрикнул знакомый голос, и командир с удивлением обернулся на Джасну, показывающую неприличный жест.

Зачем весь этот балаган, парень не особо понимал. Возможно, еретик действительно не хотел сражаться без надобности. Всё же моревийцы не без помощи Зефира и Леопольда положили на берегу очень много мутантов и солдат противника, а этот урод не рассчитывал на такие серьезные потери. Или дело было в чем-то другом?

— Вы поэтому без объявления войны вторглись на наши земли с огромной армией? — меж тем повысил голос пан Лукаш. — Для мирного присоединения? Так подходи, мы обеспечим тебе прием на высшем уровне!

— Значит, вы все умрете, — скучающе ответил брюнет.

Он поднял руку — по-видимому, хотел отдать команду для атаки — но вместо этого замер с крайне удивленным выражением лица.

Прошло несколько секунд. Напряжение между двумя противоборствующими армиями достигло апогея, а приказа всё не было.

Единственный, кто хоть что-то понимал в происходящем — Зефир.

Незнакомец изумлённо смотрел прямо на него, в то время как в голове командира всплыл его давний разговор с неким «Сто Шестьдесят Пятым». Тоже еретиком не на последней должности, который называл парня Молчуном и старшим.

— Старший! — вдруг обрадованно воскликнул брюнет, подтверждая догадку молодого человека, и затараторил: — Не признал вас поначалу! И вы меня, видимо, тоже. Это я — Девяносто Седьмой!

Его взгляд и голос изменились до неузнаваемости — в них теперь сквозила искренняя радость.

— Что вы тут делаете? — продолжил еретик. — Хозяин Бейсин будет недоволен, если мы и дальше будем затягивать уничтожение основания.

Он замолк, оглядел остатки армии моревийцев, потом снова перевел взгляд на командира.

— Я не понимаю, — голос его звучал уже не радостно, а растерянно. — Что с вами случилось? Почему вы такой перекореженный? Мы же должны уничтожить основание, а не сражаться здесь против друг друга.

На его лице было написано детское недоумение.

Зефир же почувствовал,