Чудовищная алхимия. Том 7 - Борис Фёдорович Тролль

Енот схватился лапками за мех на макушке и начал тянуть его в стороны.

— Так, — проговорила строго самочка. — Успокойся и покажи лапами, что ты хочешь сказать.

Но Брут ее уже не слушал.

Его мохнатую голову посетила внезапная мысль, как помочь друзьям. Конечно, это было не то, о чем просил его человек, но план показался зверю не менее гениальным.

Он тут же развернулся и исчез по направлению к червяку на палке, которого заприметил еще снизу.

* * *

Леопольд обрушил шестопер на прямоходящего двухметрового таракана, с легкостью раздробив ему уродливый череп.

Огонь спал несколько минут назад, и разъяренная армия обрушилась на защитников, грозя смести их. Однако они каким-то чудом всё еще держались.

Рядом с парнем упал ещё один клановый — стрела вошла ему в глаз. И место убитого тут же занял следующий, но их становилось всё меньше.

Отмахнувшись от бросившегося на него рюгенгордца, чернявый отправил того в полет и сразу же опустил металлический набалдашник на следующую цель, проломив врагу грудь вместе с доспехом.

В голове послышалось радостное хихиканье Лады, которая постоянно призывала его «подружиться» с окружающими противниками. Ей вторил недовольный голосок Стрелы, жаловавшейся, что он редко ее использует.

Леопольд уже привык к ним и особо не обращал внимания, сосредоточившись на бое.

Слева от него в образовавшемся круге, усеянном мертвецами, Зефир сошелся с главным еретиком. Урод действительно не уступал другу, а от всех попыток командира достать оппонента деревянным жезлом — уворачивался. Будто нутром чувствовал крайнюю опасность артефакта.

Чуть дальше, над многочисленными рядами противника, летал знакомый корабль, с которого сыпались взрывающиеся шары. Скорее всего, именно они пока что не давали рюгенгордцам смести защитников, сея хаос в тылу. К тому же судно переманило на себя часть внимания врагов — они пытались безуспешно сбить его, но ни стрелы, ни немногочисленные заклинания корму не брали.

Внезапно на носу корабля начало происходить что-то странное.

Леопольд резко взмахнул шестопером, снеся сразу нескольких солдат, и быстро глянул в небо. На длинном брусе, который обвивал искусно вырезанный морской змей, обнаружился Брут. Енот вцепился тремя лапами в деревяшку, а в четвертой держал небольшую открытую ракушку, из которой всё сильнее и сильнее начинал валить густой сиреневый дым.

Он плотным саваном опускался вниз и стал укутывать центр построения рюгенгордцев — людей и монстров.

Вмиг волосы на голове у парня встали дыбом, и, совершенно не религиозный, чернявый вслух взмолился:

— Бойня Всемогущая, только не нас!

Божество его вроде бы услышало: ветер был несильный и дул в другую сторону, к тому же судно летало над противником. И парень выдохнул, когда вдруг резкий порыв бросил огромный клуб этого чудовищного тумана в сторону холма.

Леопольд чуть не заверещал, прямо как енот, и приготовился бежать. Ему уже было плевать на битву — лишь бы не попасть под действие этой дряни.

Но удача всё еще его не покинула: дым укрыл несколько сотен рюгенгордцев в метрах семи от парня и остановился. Почувствовав неладное, враги в первой и второй линии уже не так охотно бросались в бой, оглядываясь и пытаясь понять, что происходит у них позади.

Вдруг из сиреневой завесы вытянулись чьи-то руки, ухватили стоящего рядом человека и резко затянули внутрь. Следом в клубящийся дым были утащены еще несколько людей, и ошалевшие воины противника шарахнулись в сторону, уже не помышляя ни о каком сражении.

Через миг из странного облака послышались не менее ненормальные звуки — шлепки и завывания.

— Какого хрена происходит⁈ — недоуменно выкрикнул один из клановых, отрубив голову оппоненту.

— Что они там распыляют? — вторил ему другой. — Яд?

С каждым кругом корабля тумана становилось всё больше. Он клубился, перетекал, окутывая целые отряды. Люди в панике пытались выбраться, но только глубже затягивались в сиреневую мглу.

Вскоре центр армии и правый фланг рюгенгордцев были полностью покрыты непроницаемой для глаза пеленой, а битва окончательно замерла. И только Зефир с еретиком не обращали ни на что вокруг внимания, продолжая сражаться на пределе сил.

— Медленно отступаем! — раздался приказ гетмана, и защитники начали пятиться на вершину холма, не сводя взгляда с творившейся чертовщины.

Леопольд не последовал за остальными. Он остановился в нерешительности, посматривая на дым и на командира.

По-хорошему другу стоило помочь, но… Но демонское судно снова сменило направление и теперь двигалось прямо на них!

— Зефир, бежим! — прокричал чернявый.

Командир не слушал. Он взмахнул наискосок клинком — а еретик попросту исчез и сразу же появился сбоку, полоснув юношу белыми полупрозрачными когтями.

Зефир шарахнулся в сторону, отбиваясь жезлом, однако техника все равно достала его, прочертив три линии и пропоров металл доспеха.

Тем временем судно было уже практически над ними. Чернявый присел на колено, готовясь подловить болтом противника командира, и глянул наверх. Именно в этот момент ракушка в лапе у дурного енота рассыпалась в пыль — сиреневый дым остановился буквально в трех метрах позади еретика, захватив пару десятков громко заоравших солдат, не успевших сбежать.

Враг быстро оглянулся и тут же переместился техникой Шага, пропуская мимо себя лезвие меча. Он появился за спиной Зефира, когда тот, мгновенно развернувшись, влепил жезлом — будто ждал такого развития событий.

Девяносто Седьмого, как он себя называл, не стало. В один миг его плоть, доспех и одежда под смачный хруст превратились в смятую тряпку, а затем эта неаппетитная масса выстрелила в сторону.

Командир же с тремя кровавыми дырками в пояснице — последний подарок врага — упал на колено.

Леопольд подорвался на ноги и вскоре оказался рядом. Взвалив парня на плечо, он поспешил на холм, где сверху уже висел корабль, а чуть ниже молча расположились выжившие защитники.

Примерно четыреста человек замерли с округлившимися глазами. Но причиной тому была не битва двух чудовищ — Зефира и еретика, которую многие просто не разглядели из-за того, что всё слилось в одно сплошное мельтешение, — а крайне подозрительные звуки. Они с каждым мгновением становились только громче и доносились из сиреневой пелены, заполонившей всё видимое пространство.

Постепенно дым начал рассеиваться, в то время как глаза у людей становились всё больше и больше.

— Меня сейчас стошнит, — произнес кто-то с отвращением, а затем человека действительно вывернуло наизнанку. И не его одного.

— Люди, монстры, мертвецы — им вообще всё равно… — пораженно заметил другой голос.

— Моя жизнь больше не будет прежней, — пробормотал Владимир Ведмедько, покрытый с