Месть Рима - Саймон Скэрроу

******

В течение следующего месяца прибыло остальное подкрепление, которое разместилось в расширенном каструме, который теперь занимал больше места, чем руины соседней колонии. Все легионеры были отобраны из Второго легиона, и Макрон с нетерпением ждал возможности подвергнуть их той же строгой программе обучения, которую он начал с первыми прибывшими.

После того, как Катон поприветствовал их с трибуны для смотра на краю плаца у форта холодным осенним днем, он передал слово центуриону, который медленно прошел вдоль переднего ряда, постукивая кончиком своего витиса по поножу, обращаясь к ним своим лучшим голосом инструктора по строевой подготовке, который был отчетливо слышен людям даже в задних рядах.

- Вы можете думать, что вы настоящие солдаты. Вы можете думать, что ношение доспехов настоящего солдата делает вас похожим на него. Вы можете думать, что способность пройти более двадцати километров, не спотыкаясь и не падая лицом вниз, означает, что вы освоили полевую строевую подготовку. Вы можете думать, что способность метнуть пилум дальше, чем вы можете плюнуть, или избить учебное чучело деревянным мечом – это все, что нужно, чтобы стать настоящим воином. Если вы так думаете, то, девочки, вас ждет небольшое разочарование. Мы живем в печальные времена. Второй легион Августа был лучшим долбанным легионом в армии. Я знаю, я служил в нем и был повышен до центуриона еще до того, как кто-либо из вас, зеленых придурков, родился. Тогда это было слаженное боевое подразделение. Крепкое, как гвозди, и его справедливо боялся любой волосатый варвар, который был достаточно глуп, чтобы связаться с нами.

Он достиг конца линии фронта, и его тон изменился, когда он обернулся.

- Времена изменились, девочки. Теперь Второй легион – это не более чем учебный центр, куда новобранцы приходят, чтобы побрить головы, получить красивую новую экипировку и дважды в день плотно поесть, прежде чем их научат маршировать по прямой и размахивать оружием. В обычных условиях это привело бы к чему-то стоящему, возможно, но благодаря нашим друзьям-мятежникам обучение было сокращено, и штаб нашего полководца отправил вас выполнять работу настоящих мужчин. - Он рассмеялся, затем повернулся к передним рядам. - Когда я смотрю на ваши розовощекие нетерпеливые лица, все, что я вижу, - это одну большую ошибку, совершенную каким-то штабным офицером, который так же невежественен, как и вы, красавицы.

Катон увидел трибуна Агриколу, стоящего перед знаменем, который изо всех сил пытался сдержать ухмылку, но не преуспел. Сам Катон наслаждался представлением не меньше, сохраняя суровое выражение лица и глядя сверху вниз на ряды новобранцев. Он видел, как его друг делал это много раз, но это никогда не переставало быть забавным, даже если это пугало до смерти большинство людей, которые это представление наблюдали.

Макрон подошел к высокому новобранцу и посмотрел ему в лицо.

- Ты, парень, ты выглядишь так, будто у тебя задатки хренового центуриона! Не смей, на хрен, смотреть на меня! - закричал он, когда взгляд несчастного юнца метнулся к его командиру. - Смотри прямо перед собой! Ты на параде и смотришь прямо перед собой, словно от этого зависит твоя жизнь! Ты теперь не пялишься на шлюх на Форуме, солнышко! Ты меня понял?

Легионер кивнул, и его плохо застегнутый подбородочный ремень заставил край его шлема надвинуться вперед на глаза.

- Большие яйца ..., мать твою! - Макрон потянулся, чтобы схватить верхнюю часть шлема и сдвинуть его еще дальше вперед, так что был виден только кончик носа новобранца. - Так лучше, парень? Твой гребаный шлем теперь лучше защищает твое красивое личико? Даже несмотря на то, что ты ни хрена не видишь, и если бы ты был в бою, выглядя таким же тупым, какой-нибудь большой варвар обязательно отрезал бы тебе яйца, прежде чем ты бы понял, что он перед тобой. Ну?

Легионер не осмелился пошевелиться, несмотря на то, что выглядел нелепо. Он начал бормотать ответ, но Макрон крикнул поверх него.

- Что это? Я тебя, на хрен, не слышу! Я задал тебе вопрос. Твой шлем теперь лучше защищает тебя?

- Нет, господин! - крикнул в ответ легионер.

- Совершенно верно, не защищает, легионер! Так что не позволяй мне когда-либо застать тебя на параде со шлемом, надетым на твою кочерыжку так же небрежно, как пьяная шлюха, висящая на парне, впервые посетившем лупанарий. Понял?

- Да, господин!

Макрон ловко развернулся и продолжил свой путь вдоль переднего ряда.

- Смеющийся мальчик там сзади доказывает мою правоту. Прямо сейчас вы все – лужа дерьма на моем любимом плацу. Это не делает меня счастливым. А когда я не счастлив, можете быть хреновски увереными, что и вы не будете счастливы. Моя работа – сделать всех счастливыми, как бы вы ни изнуряли себя, через сколько бы дерьма вам ни пришлось проползти во время тренировок, сколько бы волдырей вы ни получили на ногах от марш-бросков или на руках от учений с оружием. Я научу вас быть настоящими солдатами. Может быть, даже хорошими настоящими солдатами. И если придет время, и вы докажете, что достойны Второго легиона, тогда и только тогда вы заслужите право называть себя истинными легионерами. Но это только начало тяжелой работы. Видите ли, девочки, репутация моего любимого Второго легиона немного пошатнулась с тех пор, как вы и ваш префект лагеря решили не появляться на драке против Боудикки и ее ребят. Вы пропустили хороший бой. Очень напряженная была схватка. Но те из нас, кто был там, устояли и выиграли битву, в то время как вы все убрались обратно в Иску Думнониорум и спрятались под одеялами. Теперь таким вещам конец. Вы вернете гордость Второму легиону. Вы заставите варваров дрожать, когда они услышат имя легиона. Вы заслужите прекрасную репутацию для Августа. Я ясно выразился?

- Да, господин! - раздался нестройный ответ.

Макрон резко обернулся и ткнул в людей узловатым концом своего витиса. - Чушь! Я вас не слышу! Повторите еще раз. Достаточно громко, чтобы Боудикка услышала!

- ДА, ГОСПОДИН! - в один голос закричали новобранцы.

Он улыбнулся.

- Так-то лучше! Видите ли, это делает меня счастливым. Вызывает мой естественный солнечный характер. Так что давайте будем иметь больше такого в ближайшие дни!

Подойдя к краю плаца, он отдал честь Катону.

- Когорта Второго легиона стоит наготове, господин! Вы хотите обратиться к ним?

Катон глубоко вздохнул, прежде чем выкрикнуть: - Выполняйте то, что скажет вам центурион Макрон. Делайте это хорошо, и