Хорошая, плохая, грешная - 1 - Елена Кароль

Естественно, мне не поверили, но как никогда вовремя явилась подавальщица с нашим ужином и мы отвлеклись на него. Алкоголь не брали, причем ни я, ни Ириан, а когда я поинтересовалась его предпочтениями, то ответил просто:

— Не люблю. Мне не нравится, как алкоголь дурманит разум. Смысл вообще его пить?

— Расслабиться после напряженного трудового дня, — пожала плечами. — А ещё он вкусный.

Вспомнила сивуху Шнурха и поспешила добавить:

— Некоторые виды.

— Предпочитаю зеленый чай с мятой.

— М-м, да ты гурман, — улыбнулась иронично. — А умеешь готовить?

— Только основное, — неопределенно качнул головой инквизитор. — Бутерброды, кашу, рагу. Это несложно. Остальное… не учился. А ты?

— Умею, но не люблю, — качнула головой. — Сейчас мне очень нравится делать амулеты, хочу попробовать себя в артефактах. Знаний немного, но база есть. Я вот думаю… А есть книги по артефактному делу? Или только в подмастерья к кому-то идти?

— В Старом Свете есть университеты и академии с факультетами по данному профилю. Насчет книг в свободном доступе, — Ириан задумался, — не уверен. Если хочешь, могу спросить у отца Хорхе. В хранилище церкви есть самые разные книги и свитки, быть может и об артефактах есть.

— Хочу. Очень хочу. — Я даже и не подумала отказываться от его щедрого предложения, прекрасно понимая, что это мой шанс стать не только сильнее и умнее, но и прожить как можно дольше.

— Завтра, — кивнул Ириан и мимолетно улыбнулся. Ну а когда мы поужинали, зачем-то уточнил: — Пройдём по адресам? Хочу показать тебе три дома, которые меня заинтересовали.

— А не поздно? Нас пустят посмотреть? — засомневалась.

— Пустят, я договорился.

М-м, ну раз договорился…

Понимая, что нужно не только принимать его вроде как ухаживания и подарки, но и самой делать шажки навстречу, я согласилась посмотреть заинтересовавшие его варианты, и мы, выйдя из гостиницы, отправились к ближайшему дому.

Глава 24

До него было буквально десять минут пешком, не имело смысла брать экипаж. Да и я была не против прогуляться этим прохладным вечером, когда солнце уже не пекло, а приятно грело.

Дом оказался большим, в полноценные два этажа. Располагался на респектабельной улице. Не самой центральной, но и не в проулке. Сложенный из песчаника, с высоким крыльцом и совсем небольшим палисадником, он взирал на нас широкими окнами и радовал массивной дверью из лакированного дуба. Участок был огорожен невысоким забором из выкрашенных в белый цвет реек, мне где-то по плечи. В городе я в принципе не видела высоких заборов, тут это считалось неуместным.

Спокойно открыв калитку, Ириан прошел на участок первым, ведя меня за руку. Подходя к крыльцу, я прислушалась и принюхалась, неосознанно действуя так, как привыкла в мире Пепла, когда оказывалась на чужой территории, чтобы понимать, насколько это опасно. И если там было опасно буквально везде, то тут…

Не знаю, что именно, но мне не нравилось. То ли чрезмерный пафос, то ли угрюмая энергетика места… Но пока слуга господина Хопниса, который уже перебрался в другой город, показывал нам законсервированный дом, который продавался вместе с мебелью, накрытой чехлами, я ходила с кислым лицом и ничему особо не впечатлялась. Ни масштабам, ни убранству, ни куче комнат, ни наличию огромного подвала и вместительного чердака.

Плохой дом.

Не знаю, что думал об этом Ириан, пройдясь везде, но когда мы закончили и вышли за калитку, он озвучил очевидное:

— Тебе не понравилось.

— Не понравилось, — не стала отрицать.

— Хорошо, идем дальше.

Следующий дом находился на соседней улице. Примерно схожей архитектуры, но чуть поменьше и вместо второго этажа — мансарда. Палисадник более ухоженный, на окнах — занавески с рюшами. Дом нам показывала женщина и рот её не закрывался ни на секунду. За двадцать минут, что мы осматривали комнаты, она вывалила на нас столько ненужной информации, что я хотела лишь одного: рявкнуть, чтобы она заткнулась.

И даже дом уже не радовал!

Хотя место вроде неплохое и задний двор большой.

— Что скажешь? — поинтересовался моим мнением Ириан, когда мы вышли за калитку и я с тихим стоном помассировала виски.

— Скажу, что мне пора пить молоко за вредность, — проворчала сначала, а потом поморщилась. — Не знаю. Дом вроде бы ничего… Но хозяйка — кошмар.

— Да, очень… говорливая женщина, — усмехнулся эльф и, приобняв меня за талию, увлек дальше. — Идем, остался последний дом.

На этот раз пришлось идти чуть дольше, минут пятнадцать. Уже не центр, но ещё и не западная окраина, но улочки поуже и попроще, много домашних лавок и семейных мастерских, в двух шагах небольшой парк с крошечным озерцом и приятное умиротворение, разлитое прямо в воздухе.

Заинтересовавшись именно запахами и энергетикой места, я с нескрываемым интересом присмотрелась к дому, куда меня привел Ириан. Он находился в небольшом тупичке и был довольно большим и респектабельным для этого места. В полноценные два этажа с флигелем справа, с арочными окнами и дверями, а ещё с растительным барельефом на тонких колоннах, поддерживающих козырёк над крыльцом.

— Ого… пафосно, — не удержалась от восклицания. — Чей это дом?

— Лорда Риалу, он эльф.

— Точно, — я кивнула сама себе, но потом внимательнее присмотрелась к габаритам здания. — У него гигантомания? Зачем такие высокие двери и широкие окна?

— Он полукровка, — загадочно улыбнулся мой спутник. — Его отец — орк.

— Серьезно⁈ — изумилась. Попыталась представить, не преуспела и мотнула головой. И спросила другое: — А почему он продает дом?

— Его супруга с юга, они переехали в Эль-Дьерро и там у них своё ранчо, разводят буйволов.

— О-о… здорово, — порадовалась за неизвестного мне мужика, который нашел своё призвание.

А потом мы смотрели дом. И как же он мне нравился! Большой, просторный… ароматный! Сложно сказать, из чего складывался неповторимый аромат места, в котором я улавливала и запах нагретого солнцем воска, и тонкие нотки цветущей гортензии, и послевкусие ванильной сдобы, и даже микроскопический намек на запах… кристаллов!

— Нравится?

— Нравится, — призналась честно. — Очень уютное и энергетически здоровое место. Но…

Мы стояли на заднем дворе, который тоже вышли посмотреть. Не самый большой, но в то же время и не крошечный, где-то тридцать на тридцать метров, но тут