Напрасная вражда. Очерки советско-израильских отношений 1948-1991 гг. - Татьяна Всеволодовна Носенко

— пропагандировать идею необходимости создания на Ближнем Востоке зоны, свободной от ядерного оружия; разъяснять пагубность для израильского народа осуществляемой властями политики „ядерного варианта“»[563].

По словам Е.Н. Мовы, который работал на радиостанции 15 лет, «Мир и прогресс» формально не подчинялась Комитету Гостелерадио СССР, хотя структурно входила в его иновещание. Фактически же её курировал Комитет государственной безопасности. Сотрудники «Мира и прогресса» занимались контрпропагандой и спецпропагандой в чистом виде[564].

Ежедневное вещание на Израиль началось через три месяца после разрыва дипломатических отношений. Вещание велось сначала на идиш, а спустя несколько месяцев и на иврите. Затем открылось вещание на Ближний Радиостанция вещала также на главных европейских языках. С Парагваем, Гаити и Израилем у СССР не было дипотношений, поэтому вещание на языках гуарани, креольском и иврите велось исключительно на радиостанции «Мир и прогресс». Общение с аудиторией этих стран требовало особого подхода, интонаций и аргументации, а иногда возникала необходимость в жесткой отповеди «врагам социализма», которая не укладывалась в рамки политкорректности московского радио. Именно поэтому «Мир и прогресс» осуществлял языковую экспансию[565].

Дикторы-переводчики радиостанции подбирались из политэмигрантов, граждан Советского Союза и иностранцев — носителей языков. Небольшое число дикторов-переводчиков было из бывших студентов языковых вузов, которые проходили за рубежом языковую практику. Так, например, передачи на арабском вели: Хишам — сирийский эмигрант, человек который пользовался большой симпатией в коллективе, Хаму Сливцов — выпускник ИСАА и Елена Васильевна Стефанова — известная переводчица с арабского.

Хотя «Мир и прогресс» представлялась как общественная радиостанция, материалы, которые готовила Главная редакция пропаганды иновещания, были обязательными для использования всеми вещательными отделами. Региональные и страноведческие пропагандистские материалы на все страны должны были трактовать государственную официальную точку зрения. В отношении Израиля ситуация была непростая.

Официальная линия в отношении Израиля, которая существовала с 1950-х годов, и установка на предание забвению поддержки, которую оказывал СССР Израилю на этапе создания государства, открыли широкое поле для всевозможных фальсификаций. Авторы многочисленных публикаций воспользовались официальными установками для того, чтобы «разоблачать идеологию и практику сионистского движения и клеймить израильскую политику»[566]. Нередко в пропагандистской и популярной литературе использовались наскоро сочиненные мифы и самые абсурдные вымыслы.

Как отмечает бывший зам. главного редактора радиостанции «Мир и прогресс» А. Кушнир, «подобрать нештатных авторов для вещания на Израиль было очень сложно. Все они стремились разоблачить, осудить Израиль, а не убедить его встать на путь мирного урегулирования»[567]. При этом они получали неплохие гонорары. Тем не менее, круг авторов по субъективным и объективным причинам был достаточно узок. Материалы на Израиль не отличались глубиной содержания, контрпропаганда занимала практически главное место и иногда она перехлестывала через край. Бывало, что из-за дефицита материалов, пригодных для вещания на Израиль, заместителю главного редактора приходилось самому выступать в качестве автора материалов, которые передавались на эту страну.

Как и все передачи на радиостанции «Мир и прогресс» на других языках, передача на иврите была получасовая. Около 10–12 минут новости, а затем 3–4 тематических материала, новые или повторы из предыдущих передач. Красной нитью в этих материалах проходило «осуждение агрессивных действий Израиля». Использовались также материалы о событиях в Советском Союзе, и, прежде всего, о заявлениях партии и правительства по Ближнему Востоку, в которых осуждалась агрессивная политика Израиля.

Поскольку радиостанция считалась независимой и якобы отражала советское общественное мнение, руководство станции приветствовало включение в передачи выступлений известных общественных деятелей или взятых у них интервью.

Но в отношении передач на Израиль дело обстояло таким образом, что «при царившей в стране атмосфере, во-первых, мало кто из общественных деятелей готов был выступать, не поддерживая активно „генеральную линию партии и правительства“, а если кто и рискнул бы, главный редактор не пропустил бы подобные материалы, дабы не подвергать себя неприятностям. Вместе с тем, некоторым авторам удавалось найти выход. Так, например, член Антисионистского комитета советской общественности (АКСО), киносценарист Б. Шейнин в начале восьмидесятых годов периодически выступал перед микрофоном и рассказывал что-то об успехах советского кино безотносительно Израиля, а начальство отчитывалось перед „инстанцией“, что вот, дескать, „антисионисты“ у нас активно выступают»[568].

Перед тем, как передача передавалась в эфир, она полностью прослушивалась, т. е. проходила контроль, цензуру. Это положение было не только на радиостанции «Мир и прогресс», но и на иновещании в целом. Поэтому пленку с записанной передачей надо было сдать заблаговременно до начала эфира. После контроля вносить изменения можно было только в блоке новостей, если поступали срочные сообщения. Бывали случаи, когда приходилось читать новости непосредственно в эфир. Это была весьма ответственная задача.

Такой порядок был для всех программ. Однако с передачами на Израиль дело обстояло несколько иначе. На Израиль были две передачи на идиш и на иврите. Относительно передач на идиш не было проблем. Там работали два опытных диктора-переводчика — Ф.Г. Лазарева и Б.А. Гершман. Выпускающим редактором являлся И. Левин.

С передачей на иврит дело обстояло немного иначе. Прослушивал запись передачи тот же редактор-выпускающий, что и на идиш — немолодой сотрудник, бывший работник еврейского театра, который хорошо знал идиш. Иврит он изучал в детстве в хедере и немного понимал. Главный и незаменимый диктор-переводчик на иврит была Дица Сильвер — коренная израильтянка, которая по семейным причинам переехала в СССР. Она окончила Еврейский университет в Иерусалиме и являлась членом Коммунистической партии Израиля. Она была хорошо знакома с руководителями КПИ, которые периодически посещали Москву.

Дица хорошо знала ситуацию в Израиле и понимала, что материалы с резким, не всегда оправданным осуждением Израиля, с передергиванием фактов или их искажением не могли отвечать задачам радиостанции. Она вела неутомимую борьбу с авторами таких материалов, с руководством станции против таких материалов, хотя это не входило в ее обязанности.

В 1975 г. Д. Сильвер удалось опубликовать в журнале «Иностранная литература» статью «Антивоенная тема в прогрессивной культуре Израиля», в которой была предпринята столь редкая для тогдашней советской публицистики попытка показать борьбу отдельных групп израильской интеллигенции против политики правительства. Эта статья знакомила советского читателя с ведущими современными израильскими писателями. Автор статьи привела практически обзор основных произведений самых популярных в то время израильских писателей и поэтов, выступавших против аннексии захваченных Израилем арабских территорий (С. Изхар, И. Орпаз, А. Колек, Дан Бен-Амоц, Амос Кинаан, Ханох Левин и др.)[569].

Какими бы ни были материалы программы на Израиль, их надо было переводить и отдавать на контроль. Прекрасное владение