Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев

впоследствии в качестве рекрутов сначала размещались в сирийской Антиохии, т. е. на Ближнем Востоке, а затем прибыли на дунайский лимес, во Фракию, для борьбы с готами (όρμώμενοι μέν των άφ' ήλιου άνατολών, στρατευόμενοι δέ μετά χιλίων διακοσίων τηρώνων ύπό 'Ρώδονα κουβικουλάριον έν τή Άντιοχέων πόλει, οΐ καί ήλθον έν τοίς Θρακωοις μέρεσι ταχθέντες εις λεγεώνα καλούμενον Λεγεάνδρου. — «Они направились из восточных земель — в составе 1200 рекрутов они служили в городе Антиохия под командованием ку-бикулария Родона, и они достигли земель Фракии, (где) их зачислили в т. н. легион Легеандра»)[377]. Житие уточняет, что война с готами развернулась «совсем недавно после смерти Диоклетиана, когда Максимиан получил царскою власть» (άρτι μετά τήν τελευτήν Διοκλητιανοΰ Μαξιμιανός τήν βασιλείαν κατασχών)[378].

Уточним, что автор жития допускает сразу несколько фактических ошибок, а также один явный анахронизм: 1) как известно, в 305 г. Диоклетиан не умер, а всего лишь добровольно отрекся от престола; 2) после Диоклетиана власть над балканскими и восточными провинциями получил не Максимиан, а Максимин (Галерий); 3) должность дворцового евнуха — кубикулария — стала частью государственного аппарата империи только начиная с VII в., не ранее, как об этом свидетельствуют византийские свинцовые печати. С VII в. придворный штат кубикулариев резко повышает свое значение, коренным образом меняет свою роль — теперь кубикуларии превратились в полноценных государственных чиновников, они во многом формировали кадровый состав центральной администрации, особенно в таких ведомствах, как финансовое управление и делопроизводство[379]. Слова о кубикуларии в житии явно отражают тот факт, что текст был написан не ранее VII в.

Тем не менее историческая основа сведений жития, на наш взгляд, заключается в упоминании точной численности рекрутов, вошедших в состав загадочного легиона Легеандра, — 1200 человек, что предельно примечательно. К сожалению, мы не можем идентифицировать войсковое подразделение, где служили Орест и его сподвижники, как какой-либо из известных нам легионов балкано-дунайских провинций, но, с учетом цитированной выше статьи Μ. П. Шпайделя, вполне можно предположить, что Легеандр — это имя собственное, другими словами, Легеандр — это имя командующего легионом, как правило, легионами командовали офицеры в должности префекта.

Соответственно, под легионом Легеандра фактически можно понимать любой легион балкано-дунайских провинций, но, на наш взгляд, предпочтительнее все же видеть в нем один из старых легионов, который дислоцировался на дунайском лимесе еще со времен раннего Принципата (I–II вв.). Напомним, житие уточняет время действия — «совсем недавно после смерти Диоклетиана» (άρτι μετά τήν τελευτήν Διοκλητιανοΰ), это свидетельствует, что события произошли в 305 или 306 г., а значит, сведения о численности рекрутов следует отнести скорее к старым, уже давно существующим легионам, нежели к новым легионам с названиями lovia и Herciilia.

Крайне сложно поверить, что легионы lovia и Herculia, только недавно созданные на дунайском лимесе и насчитывавшие в период Диоклетиана по 6000 человек в каждом (согласно Вегецию), в 305 или 306 г. внезапно были раздроблены на более мелкие соединения численностью по 1200 человек. Если же мы исключаем возможность дробления новых легионов lovia и Herculia, тогда, в свою очередь, житие Орентия подсказывает, какова была численность старых балкано-дунайских легионов в период Тетрархии, — судя по всему, именно они как раз и насчитывали 1200 человек, собственно, эта цифра, на наш взгляд, подразумевала необходимый штатный состав старых легионов, ту численную норму, которая регулярно пополнялась новыми и свежими силами. Старые балкано-дунайские легионы продолжали комплектоваться за счет принудительной рекрутской повинности, но, судя по всему, процесс комплектации завершался тогда, когда численность легиона достигала нормы, составляющей 1200 человек.

Очевидно, в связи с тем, что Диоклетиан создал целую серию новых легионов с наименованиями lovia и Herculia и эти легионы уже насчитывали по 6000 человек в каждом, у него не было особой необходимости доводить численность старых легионов до нормы 6000 человек, как раз наоборот, Диоклетиан, на наш взгляд, просто предпочел оставить старые легионы с той численностью штатного состава, которой они обладали уже к 284 г. — времени его восшествия на престол, т. е., как свидетельствует житие Орентия, 1200 человек. Судя по всему, старые легионы эпохи Принципата, продолжавшие дислоцироваться на дунайской границе, насчитывали именно столько воинов.

Конечно же, мы не исключаем, что отдельные новые легионы могли отправлять свои вексилляции в другие регионы, где разворачивались боевые действия, но эти вексилляции не оставались на отдаленных фронтах, а возвращались либо в свои «материнские» легионы, либо в свои родные провинции уже в качестве самостоятельных войсковых подразделений (подробнее мы рассмотрим историю легионов с наименованиями lovia и Herculia, точнее, историю вексилляций, выделенных из этих легионов, во втором томе нашего общего исследования).

Μ. Редде проследил, что некоторые оборонительные сооружения позднеримской эпохи (например, военный лагерь в Луксоре, Верхний Египет) могли вместить в себя гарнизон численностью не более 1500–2000 человек, но это, по мнению исследователя, еще не значит, что все легионы периода Тетрархии и во всех провинциях сразу были раздроблены на ряд более мелких войсковых соединений, — помимо мелких крепостей, существовали и более крупные, служившие лагерем для целого легиона[380]. На наш взгляд, тезис Μ. Редде, основанный на обширном археологическом материале, подтверждает сведения житийной литературы и военных трактатов — существовал целый ряд легионов (ближневосточные, а также новые балкано-дунайские, носившие имена lovia и Herculia), не претерпевших сокращения численного состава, процесс раздробления не затронул их в той же мере, как старые балканодунайские легионы, созданные еще в эпоху раннего Принципата. Соответственно, вексилляции с численным составом до 500–1000 человек или небольшие легионы, насчитывавшие до 1200 человек, размещались в средних или малых по величине крепостях, а легионы, насчитывавшие 6000 человек, несли службу в крупных фортификациях.

Две надписи, датированные 288 г., показывают, что даже в самом начале правления Диоклетиана алы и когорты не только продолжали занимать оборонительные сооружения в качестве регулярных гарнизонов, но и играли активную роль в усилении защиты пограничных регионов, — для удобства процитируем тексты надписей в таблице (см. табл. 6).

Таблица 6

Алы и когорты Египта эпохи Тетрархии — надписи 288 г.

Н. Поллард отметил, что эти надписи свидетельствуют об активном строительстве новых крепостей в первые годы правления Диоклетиана, тем не менее, по мнению исследователя, более крупные работы по реорганизации и восстановлению оборонительной системы Египта (особенно на юге региона) развернулись в 298 г. Н. Поллард связывает военную реорганизацию в южных землях Египта с необходимостью защиты от кочевых племен блеммиев, беспокоивших своими набегами территорию провинции[381].

Возможно, в 298 г. южная граница Египта действительно требовала особого внимания со стороны центральной римской администрации, поэтому Диоклетиан поспешил разместить там новые крепости