Обнуление - Александр Изотов

Мимо моей ноги прополз Белиар.

— Поднёбыш, двигаемся.

Я тоже осторожно стал отступать в сторону того всполоха, который продолжал вытянутым пятнышком гореть в паре метров от нас. Но какая это была пара метров… Белиар с грохотом куда-то свалился и застонал.

На мой обеспокоенный крик он ответил:

— Да живой я, живой… Ножку больно!

Я осторожно нащупал пяткой тот край, с которого свалился Беляш. Стал спускаться, вытягивая ногу вниз и пытаясь нащупать…

Многоножка атаковала как раз в этот момент. Я скорее почуял, чем услышал, как на меня устремились хищные жвала, и хватанул темноту рукой. Успел-таки схватить одну из челюстей, но массивная туша смахнула меня со скалы.

В спину воткнулось что-то острое, заставив меня заорать и выгнуться от боли, но врага я не отпустил. Мы прокатились по инерции, кувыркаясь, и в какой-то момент я оказался сверху… Тут я и стал орудовать ножом, вгоняя его в подбородок визжащей многоножке. На! На! На, тварь!

— Поднёбыш… — рядом тяжко пропыхтел Демон, — Ты погляди только… Охренеть, какое чудо! Хвала Бездне!

Я обернулся всего лишь раз, но тут же отвернул голову. А мимо, толкнув меня плечом, со скоростью гончей черепахи пытался проползти Белиар, не обращая внимания даже на больную ногу. И я, недолго думая, перехватил его за поясницу и борцовским приёмом, с прогибом, воткнул в землю с другой стороны.

Вот только Демон сдаваться не собирался. Обхватил меня ногами, и мне тут же прилетел в скулу его кулак. Он попытался меня свалить, но, кажется, демонов плохо обучали нулячьему рукопашному бою, потому что, завязнув с ним в борьбе, я очень скоро перевернул его на живот и, оказавшись сверху, заломил ему локоть и прижал голову к земле.

— Твою мать поднёбную, червь! Какого⁈

Тяжело дыша, я пропыхтел:

— Не смотри… Не смотри в ту сторону!

— Но там…

— Я знаю! Ты ноль, Белиар! Нельзя смотреть!

Демон дёрнулся ещё разок, но всё же затих. И недовольно пробурчал:

— Всё, не смотрю… Отпустило меня, Марк!

Я тут же отпустил его руку. Демон, как и обещал, не поворачивал головы, лишь тяжко сопел в землю. Поэтому я свалился рядом с ним, тоже с облегчением переводя дух.

— Нельзя смотреть, — виновато прошептал я.

— Знаю…

Не сразу до меня дошло, что я вижу смутные очертания Белиара. Снова мелькнул огонёк, освещая пещеру поярче, но у нас теперь был ещё один источник света.

Я отполз чуть-чуть назад, к валуну, за которым можно было спрятаться. Заодно подхватил за шкирку Демона и подтащил его за собой. Тот особо не сопротивлялся — от драки у него наверняка нога теперь болит так, что он едва сознание не теряет.

Осторожно выглянул из-за валуна и снова отвёл взгляд. В пяти шагах от нас, у самой отвесной стены пещеры, был неглубокий обрыв, из которого тускло мерцал красный свет. Я уже знал, что там сидит рыцарь… точнее, сидит безголовый корруптовый доспех от него. Между ног у него валялся шлем, пробитый длинной ауритовой стрелой. Её-то оперённый золотой кончик и торчал из обрыва…

Оба металла, демонический и ангельский, буквально манили к себе. Что коррупт, что аурит — оба распаляли внутри слабого нулячьего разума желание прикоснуться. И если от коррупта мы бы моментально сгорели заживо, то от аурита нас бы ждала смерть не менее изощрённая… Валялись бы с Белиаром рядом со стрелой, обнимали её, счастливые до усрачки, да так и померли бы тут от голода.

— Это же демон, так? — спросил я Белиара, который привалился к валуну рядом и тяжко дышал.

— Ну да, был…

— И ты знаешь, что это за демон?

Мой собеседник только цикнул от досады.

— Догадываюсь…

Глава 24

Огонь

Мы тихонько отдыхали за валуном, прислушиваясь к тишине пещеры. Изредка раздавался стрёкот многоножек, но они явно испугались таких опасных и могучих нулей, поэтому близко не подходили. Хотя я подозревал, что на самом деле насекомых пугают аурит и коррупт.

Белиар часто и тяжело дышал, то и дело постанывая и пытаясь пристроить сломанную ногу удобнее. Да уж, без настоящего целителя тут не обойтись.

Как оказалось, мы проползли по скалам всего-то метров двадцать до источника блеска, но какой эпический перевал это был… По ощущениям, мы пересекли целый горный хребет.

— Ну и кто же это там сидит? — спросил я.

— Кажется, это Гродан…

— Гродан? — я зажмурился, пытаясь вспомнить такого демона, — Что за Гродан-то?

— Навряд ли ты его помнишь. Верховный демон, смекалистый был, служил сначала Аваддону, ну а потом мне… То-то я думаю, куда он пропал?

— Больше всего интересно, что забыл ангельский лучник в этой дыре.

— Вот и я… уф-ф… — Демон чуть повернулся со стоном, — … думаю…

— Может, поделишься, о чём думаешь?

Я помнил эту его историю про Эзекаила. Что он, оказывается, вполне себе жив, и даже пытался Белиара шантажировать — мол, знаю, что душа твоя тебе не принадлежит.

— Это ты его сюда послал? — спросил я, когда понял, что Демон отмалчивается.

— Не совсем… У меня была идея, что надо попробовать заключить временный союз с Медосом.

— С Целестой⁈ — я удивился.

Нет, конечно, история с Каэлем и Аваддоном вполне себе намекает, что такое бывает сплошь и рядом. Но не так же быстро⁈ Вот только-только отгремела войнушка, которую я же и замутил.

— Нет, поднёбыш… Разве боги пойдут на такое? А Каэль после той истории вообще лишний раз в нашу сторону не глянет.

— Тогда не понимаю.

— Я сказал — с Медосом. Среди ангелов много обиженных, знаешь ли, служат богам тысячи лет, а карьерного роста нет… Ты же помнишь, как Эзекаил стал предателем?

— Помню. Но что за союз? В смысле, против кого? Против Эзекаила?

— Ну, примерно… — нехотя ответил Белиар, и мне не понравилось, что каждое слово приходилось вытягивать.

— Вот нулячий ты сын! — выругался я, — Ты против Инфериора попёр⁈

— Что ты заладил — Инфериор, Инфериор⁈ — Белиар огрызнулся, — Да что ему будет, твоему Инфериору⁈ И кто именно из вас Инфериор, а? Прецептор Аластор⁈ Зигфрид твой мягкотелый? А может, приораты, поклоняющиеся Каэлю? Или Эзекаилу? Или отрёкшиеся от всех⁈ Кстати, у вас остались места, где ещё с меткой Бездны отдельные энтузиасты бегают, — последние слова Демон произнёс с гордостью, мол, сам к этому руку приложил.

Я поджал губы. Так-то Демон был прав — считать Инфериор единым целым сейчас мог лишь идиот.

— Пока тут прецептор Аластор со своим милосердием носился, нулей спасал, враги не спали. И я в том числе. — отчеканил