Господство в космосе: Борьба за мировое лидерство за пределами Земли - Эмилио Коцци

Коммерческие станции задуманы как постоянные поселения (пусть и несущиеся со скоростью 28 000 км/ч). В них будут и комфортабельные отели, и научные лаборатории, и съемочные павильоны, и даже концертные площадки. Американская компания Above и вовсе замахнулась на нечто совершенно невероятное. Их проект Voyager Station – это исполинское кольцо диаметром 200 м. Герметичный объем станции составит 51 000 куб. м, что в 50 раз превышает размеры МКС! По периметру разместятся 44 стыковочных порта для спасательных кораблей – настоящий космический флот «спасательных шлюпок». Станция сможет принять на борт более 400 человек, что уже само по себе делает ее претендентом на звание крупнейшей космической резиденции в истории. Но главный сюрприз – это вращающаяся конструкция кольца, которая создаст искусственную гравитацию в одну шестую от земной. Прогулка по такой станции будет напоминать путешествие по лунной поверхности – только с видом на нашу планету.

Сперва космические агентства и профессиональные астронавты встретили приход частного бизнеса в штыки. Однако время расставило все по своим местам: оказалось, что новая реальность выгодна всем. Государственные космические программы, став клиентами коммерческих гигантов на низкой околоземной орбите, получат возможность бросить все силы на по-настоящему грандиозную задачу – покорение дальних рубежей Солнечной системы. И пусть ближний космос окажется в руках нескольких частных корпораций – их деятельность станет тем трамплином, который поможет человечеству совершить следующий гигантский скачок в неизведанное.

Вперед, к звездам и богатству! С Луны проложим путь к Марсу.

Часть седьмая

Луна-марс: Без лишних иллюзий

39. Первый марсианин

В мире космонавтики есть одна популярная присказка. Стоит зайти разговору о будущих экспедициях, как кто-нибудь обязательно произнесет: «Первый человек, который ступит на Марс, уже ходит по Земле – сейчас он ест кашу в детском саду или сидит на уроках в школе»[291]. Эту фразу повторяют уже добрый десяток лет. За это время тот самый «первый марсианин» мог уже превратиться из дошкольника в старшеклассника или даже студента. Тем не менее Красная планета по-прежнему маячит где-то за горизонтом наших возможностей. И что особенно удивительно: чем усерднее человечество работает над технологиями освоения других миров, тем более недостижимым кажется Марс.

История освоения космоса – это не только летопись величайших достижений, но и кладбище несбывшихся надежд. Как и мифический Икар, многие смелые прогнозы разбились, столкнувшись с суровой реальностью. В своей книге «Вызовы Марса» (Le sfide di Marte, 2023) Паоло Ферри, физик и руководитель департамента космических операций ЕКА, рассказывает о том, что он называет первым большим космическим разочарованием. Семидесятые годы прошлого века были золотым веком космонавтики, временем невероятных свершений. Именно тогда нам обещали, что совсем скоро астронавты будут прогуливаться по красным пескам Марса. Эти грандиозные планы растаяли как мираж. Тогда говорили о высадке человека на Красную планету уже к середине восьмидесятых. Сегодня, спустя почти полвека, мы все еще продолжаем ждать. И как признает Ферри, шансы увидеть в ближайшие десятилетия пилотируемый корабль на поверхности Марса остаются призрачными[292].

Похоже, первая глава эпопеи о покорении Марса будет написана еще не скоро.

Красный мираж

Первый план покорения Марса появился задолго до начала космической эры. В 1952 г., когда до первого полета человека в космос оставалось еще девять лет, его изложил на бумаге Вернер фон Браун[293]. Барон и бывший эсэсовец, ставший руководителем американской космической программы, предвидел многое: и выход человечества в космос, и многоразовые ракеты-носители с шаттлами, и космическое производство, и орбитальные станции.

В 1969 г., всего через пару месяцев после того, как посадочный модуль «Орел» коснулся лунной поверхности, фон Браун и NASA представили еще более амбициозный план: космическая станция на околоземной орбите, целый флот многоразовых кораблей, вторая станция на окололунной орбите, лунная база, челнок с ядерным двигателем для полетов к Луне и, наконец, организация экспедиции на Марс уже в 1980-х гг.[294] Почти все из этого списка либо уже воплощено в жизнь, либо создается прямо сейчас. Только Марс по-прежнему остается недостижимой мечтой.

1960–1970-е гг. стали золотым веком космонавтики. Рев двигателей «Сатурна–5» сопровождал целых шесть успешных высадок на Луну. Одержав победу в космической гонке над Советским Союзом, США получили право мечтать о большем. Правда, Луна быстро утратила свою притягательность. Президент Ричард Никсон отменил последние полеты программы «Аполлон», и все усилия были перенаправлены на околоземную орбиту – сначала на программу Space Shuttle, а затем на МКС. Вместе с амбициями таял и бюджет: если во времена космической гонки расходы NASA достигали 4,41% федерального бюджета США (пик пришелся на 1966 г.), то сегодня они не дотягивают даже до 0,5%[295]. Более того, в 2024 г. финансирование сократилось до 25 млрд долл.[296] – это всего 0,36% государственных расходов США, на 8,5% меньше запрошенной агентством суммы и на 2% меньше бюджета 2023 г.

Поэтому единственными нашими посланцами на Марсе были и еще долго будут оставаться роботы. Расстояние между Землей и Марсом колеблется от 55 млн до 250 млн км. И чтобы его преодолеть, нужно выбрать идеальный момент для старта. Стартовое окно открывается раз в 26 месяцев – если мы хотим отправить корабль заранее, до того, как Красная планета подойдет к Земле на минимальное расстояние. Но и это еще не все: нужно точно рассчитать траекторию, вовремя затормозить для выхода на орбиту Марса и, наконец, выполнить контролируемую посадку на поверхность. История, в том числе совсем недавняя, показывает: это совсем не похоже на легкую прогулку.

40. Еще одна пустыня

Половина марсианских экспедиций 1960-х гг. потерпела крах. Справедливости ради стоит отметить – первые неудачи были связаны вовсе не с негостеприимными условиями на Красной планете. Космические аппараты просто не добирались до цели: запуски проваливались один за другим, и особенно часто – у советской стороны.

В июле 1976 г. посадочный модуль американского аппарата «Викинг–1» опустился на равнину Хриса и передал на Землю первые снимки марсианской поверхности. Открывшийся взору красноватый безжизненный пейзаж разбил вдребезги еще одну прекрасную мечту. Об этом написал Итало Кальвино на первой полосе газеты Il Corriere della Sera 22 июля: «Итак, Марс оказался именно таким, каким его давно представляли: пустыней. <…> В сознании человека пустыня давно стала одним из самых ярких символов заброшенности и одиночества. И теперь, когда подтвердилось, что Марс – это пустыня, он стал нам даже ближе, чем в те времена, когда в коллективном воображении землян жила мечта о "другом" мире – пригодном для жизни и обитаемом, как наша Земля»[297].

«Викинг–1» развеял последние грезы землян, все