Мрачная леди на задании - Джулия Принц

я, так как, если он собирается сражаться за свой цирк, ходить в таком непрезентабельном (читай — грязном) виде, а тем более, присутствовать в суде, означало бы признать поражение.

— Приходил Майкл — это мой помощник, — покачал головой Безос. — Но мы больше обсуждали, как обеспечить охрану цирка, точнее, детей. Так как прошлой ночью тоже было нападение. Только более точечное.

— Подослали убийц? — удивился Артур. — К барокамерам?

— Да, — кивнул Безос. — Я, конечно, не могу утверждать в точности, меня там не было, но преступники пытались сначала обесточить камеры, а когда не вышло, сделали прямое нападение с мотыгами. Видимо, хотели разбить.

— С мотыгами? — переспросила я, и мы с Артуром переглянулись.

Что, если вся эта история посвящена тому, чтобы уничтожить детей? Кому это надо? Каким-нибудь религиозным фанатикам? Во время первого нападения что-то такое кричали про «нечистого». Или их интересуют не сами дети, а именно барокамеры? Надо проверить обе версии в любом случае.

— Всё в порядке? С детьми? — уточнил Артур.

— Джордж с Френком отстояли, но защита нужна. Что, если следующие придут с огнестрельным оружием?

— Гм, — задумался Артур. — Я могу вам обеспечить охрану. Моих людей, да ещё правильным образом снаряжённых, должно хватить. Заодно и новиночку мою опробуем.

Последнее предложение Артур сказал так тихо, что Безос переспросил:

— Что вы говорите?

— А, нет, ничего, — тут же встрепенулся Артур. — Я говорю, мои люди защитят ваш цирк.

Я с любопытством посмотрела на своего друга. Была у него такая привычка: в расследованиях опробовать новые изобретения. Интересно, что на этот раз? Беспроводная связь или что-то ещё более… прогрессивное. Не даром его агентство так называлось.

— А как же оплата? — смутился Безос.

— О! Не волнуйтесь. Всё будет за счёт расследования.

То есть, за счёт лорда Клайфорда, перевела я для себя мысленно.

Но нужно от бед цирка и его хозяина переключиться на главное, зачем мы сюда пришли.

— Мистер Безос, у вас есть враги?

— Враги… — задумался он.

— Ну, как бы, последние события наталкивают на эту мысль. Простым народным возмущением сложно объяснить тайные нападения на цирк, да и с вами поступили… не сказать, чтоб справедливо. А значит, враги у вас есть. Причём, могущественные, раз мы не смогли вас запросто вытащить отсюда, — я обвела руками камеру, где мы находились.

— Враги у меня есть, как не быть. Но это в основном... противники или завистники. Особенно поначалу, пока я пытался пристроить своё изобретение. Его, увы, никто не хотел покупать, — тяжело вздохнул он.

— Вот как? — побудила я его продолжать.

— Да. Даже министерство техники отказало, — ядовито добавил он мне.

Я пожала плечами: за решения своего начальства, а тем более всего министерства я ответственности не несу. Может, его предложение вообще не дошло до Клайфорда? Было остановлено, так сказать, на нижних должностях.

— Не нашли коммерческого предложения? А как же те самые матери, старающиеся спасти своих детей? — в ответ спросила я.

— Увы, как я говорил, у большинства просто не было средств. А состоятельные семьи предпочитают не афишировать свои беды, — Безос даже ссутулился в воспоминаниях о прошлых неудачах. — Вот я сам и нашёл, так сказать, коммерческое применение своей разработке.

— Весьма двусмысленное с моральной точки зрения и, как теперь выяснилось, ещё и опасное, — добавил от себя Артур.

— И всё же, вернёмся к вашим врагам, — остановила я пустые рассуждения.

Список врагов мы составили, но все они были... мелочью, что ли.

Какой-то инженер, с которым они начинали и который его бросил, а потом, увидев большие толпы народу у дверей цирка, начал требовать свою долю; банкир, предоставивший ему первую ссуду первоначально под небольшой процент, который и был успешно выплачен, но возжелавший большего.

Ну и прочее, в таком же роде. Люди, может, и влиятельные в своей области, но вряд ли у них была возможность подкупить столичную полицию или устроить большой митинг.

— А родственники? Родственники у вас есть? — не стала сдаваться я.

— Есть. Две сестры. Одна — старая дева, живёт в родительском доме. Вторая — замужем и имеет двух детей, мальчиков.

— Какие у вас отношения?

— Обычные, — пожал он плечами. — Поздравляем друг друга по праздникам.

— А не мог это быть, например, ваш племянник, возжелавший наследства? — предположил Артур.

— Моему старшему племяннику пять лет, — сухо ответил Безос.

На этом с родственниками мы закончили. У меня остался только последний вопрос:

— Можете назвать имена родителей ваших... артистов? Пациентов? Не знаю, как их правильно назвать.

— Можно и так, и так, — усмехнулся Безос. — Список вы можете взять у моего помощника Майкла. Там есть несколько брошенных сирот, но остальные имена есть.

На этом мы попрощались с Иозефом Безосом.

— Список врагов вызывает сомнения, но проверить его надо, — разглагольствовал сэр Артур.

— И список родителей проверь, — я серьёзно посмотрела на него.

— Думаешь, кто-то из родителей затаил на Безоса зло? За демонстрацию его ребёнка в неприглядном виде широкой публике? Но, насколько я понял, у них нет средств на оплату барокамеры, не то чтобы на огромную взятку полиции.

— Кто знает? — пожала я плечами. — Нам нужно проверить любые зацепки. В том числе и этого Майкла, помощника, о котором говорил мистер Безос. С ним вообще надо поговорить.

— И «пострадавших» проверить надо, — заключил Артур. — Тех, кто написал заявления. Им точно заплатили, и можно попробовать узнать, кто именно.

Я ещё подумала, что меня смутило во всей этой истории:

— Ты заметил, что мы начали дело с расследования цирка уродцев, а в результате сами ему и помогаем?

Глава 32

После посещения Иозефа Безоса мы с Артуром разъехались. Он отправился проверять «пострадавших», получив-таки их имена у «своего» полицейского инспектора, а я вернулась в «Феррум-Хаус».

И успела как раз к ужину. Очень удачно. Сегодня Барни подавал пирог с клубникой и взбитыми сливками по-деревенски. Просто пальчики оближешь.

После ужина мы вышли с лордом Клайфордом на веранду (совещания там уже, можно сказать, стали новой летней традицией). Вечерний ветерок обдувал наши разгорячённые сытым ужином лица, а опустившаяся на сад ночь игриво подмигивала летающими светлячками и убаюкивала стрёкотом кузнечиков (ну или