Становление Патриарха - Сергей Александрович Малышонок

веселье весельем, а ночь сменилась рассветом, и круговорот дел вновь закрутил нашу компанию. Ремонт фургона, дополнительная закупка припасов на нового члена группы и её лошадку, ожидание ремонта моста, ну и прочие мелочи, которые образуются сами собой в любом серьёзном деле.

Дальнейшее путешествие поначалу действительно проходило в атмосфере некоторой неловкости и дискомфорта, сбивая привычный распорядок вещей. Вроде бы и по мелочи: там чуть больше приготовить, здесь с дополнительной лошадью повозиться… Заявлять что-то вроде «твоя коняка, ты и парься» было мало того, что очень некрасиво, раз уж принял в отряд и назвал товарищем, так и просто глупо. Смысл доставать-убирать щётку каждому, когда той же щёткой пройтись не по одной, а сразу по двум лошадям и быстрее, и удобнее? А освобождённый от подобной работы товарищ в это время может чем другим полезным заняться — сам палатку разбить, например, вместо того чтобы претендовать на ночлег в дилижансе.

Да и с «ночлегом» всё тоже было… интересно. Не то чтобы я был так сластолюбив, как выставляла это фейка, однако, вынужден признать, немного поприставать к своим девочкам, как говорится, любил-умел-практиковал. И Айви с Лин были совсем не против, тем более я всегда знал, где и как им будет наиболее приятно, начиная с самих ласк с поцелуями, заканчивая подобранным для этого моментом, когда они эмоционально наиболее настроены. Но тут… Пусть златокудрая чародейка и заявила, что всё понимает и будет, условно, «старательно отворачиваться», однако наша «молодая ячейка общества» ещё не дошла до той бездны извращений, где нас бы заводил тот факт, что за нами наблюдают во время развлечений. Момент же, где мы развлекаемся в фургоне, а Эндаэль нас слышит и прекрасно осознаёт, чем мы там занимаемся, сама при этом печально сидя у костра в лагере или в своей палатке, «думая о вечном» (или не о вечном, или не думая)… Он имел свои сложности в плане эмоционального комфорта. Не буду лицемерить и заявлять, что «мысленная картина» такой ситуации вызывала у меня негатив, но всё-таки это было некоторым перебором. Так что волей-неволей интенсивность, скажем так, отношений мы сбавили, мысленно пообещав себе всё наверстать, когда остановимся в нормальной гостинице. Не обходилось, впрочем, и без курьёзов. И нет, речь шла не о выходках феечки. Не только о выходках феечки!

— Ты… Это что? — чародейка натурально «залипла» на то, как я мою посуду.

— Эм, уборка? — я вскинул бровь.

— Ты не начитывал и не активировал заклинания! — начала она. — И при всём твоём таланте, вряд ли ты дошёл до беззвучного и недвижного колдовства.

— Ну да, это не то чтобы колдовство, просто телекинез. Я же говорил — я вампир, я могу даже по потолку ходить.

— Значит, ты ещё и псионик… — полностью проигнорировав новое признание, вздохнула она. — Ну да, ожидаемо, довольно распространённая Линия Крови…

— Хм?

— У всех вампиров есть предрасположенность ко влиянию на разум, причём настолько сильная, что даже не самые опытные истинные вампиры могут подавить волю обычного человека буквально взглядом, а также спокойно контролируют животных, в основном волков, крыс и летучих мышей, но тут, скорее всего, вопрос удобства и схожего ареала обитания… и психики. По идее, с медведем у вампира тоже может всё получиться.

— И-и-и-и? — поддержал я беседу.

— И ничего, — развела руками девушка. — Кровопийцы не спешат делиться всеми своими секретами и с сородичами, что уж говорить о тех, кто не входит в их число? Я только знаю, что есть Линия Крови, которая специализируется именно на своём псионическом аспекте. По слухам, некоторые особо выдающиеся представители достигают в этом таких успехов, что их сравнивают с иллитидами.

— А ты довольно много знаешь о всяких монстрах, — не мог я не обратить внимания. А ещё я очень хотел увести тему диалога куда-нибудь в сторону, потому как отвечать на вопросы уровня «а можешь ли ты кого брать под контроль или промывать мозги?» мне точно не хотелось. Более того, мне не хотелось, чтобы они даже поднимались.

— Ну, монстрология была одним из моих любимых предметов во время учёбы, а бестиарии очень интересны! — сообщила книжная девочка о своём любимом хобби.

— Вот как… А что ещё по вампирам ты знаешь? Уже не в первый раз упоминаешь эти Линии Крови, что это вообще такое и какие они бывают?

— Ну-у, — она смутилась, — на самом деле, я знаю не так уж и много, а из того, что знаю, не уверена, какая часть является правдой, а какая — просто слухами.

— И всё же это много больше, чем знаем мы, а узнать бы хотелось, — я продолжал «мыть посуду» и поддерживать беседу, да и остальные наши спутницы явно заинтересовались.

— Ладно, — сдалась волшебница, — только ещё раз предупреждаю: за правдивость рассказа я не ручаюсь. В общем, существует несколько… эм, разновидностей вампиров, какие-то источники утверждают, что их шесть, какие-то — что тринадцать. В чём там суть, я точно не знаю, но каждая Линия Крови обозначает своего рода специализацию вампира в чём-то. Я читала, что есть рода, которые могут как-то превращаться, становясь по-настоящему страшными противниками в ближнем бою, кто-то может одним выступлением очаровать городскую площадь, кто-то может делать какие-то… особенно опасные манипуляции с кровью, кто-то гуляет в тенях так, как никаким «Теневым Танцорам» и не снилось, кто-то на удивление хорошо взаимодействует с тёмными планарами, ну и всякие комбинации этого есть… вроде бы.

— Н-да… звучит… масштабно, — постарался я выдать наиболее обтекаемую реакцию.

— Только звучит, — поспешила меня успокоить собеседница. — Это всё-таки описания из бестиария, там приводятся наиболее выдающиеся особи, чтобы ученик знал, с чем может столкнуться в самом худшем случае. Как правило, мало какой вампир занимается именно саморазвитием — их искорёженная перерождением психика не потворствует этому, к тому же с возрастом они становятся сильнее и… ну, полагаю, думают, что нет смысла напрягаться, если оно и так само придёт.

— О да, — я вспомнил «лорда» Алехандроса, — «не напрягаться» — это ты хорошо отметила.

В общем, тему увести получилось, ну а выпученные глаза и приоткрытый ротик волшебницы, осознающей, что её компаньон с помощью телекинеза моет посуду, будут ещё долго согревать моё сердце холодными зимними вечерами.

И кстати о зиме. К концу недели дожди начали сменяться ледяной крупой, и на подходе к городу Проскур, подле которого предстояло пересечь вторую крупную реку на нашем пути, мы откровенно боялись, что и там случится какая-то беда с мостом. К счастью, тут обошлось, и реку Тун мы миновали нормально, но вот когда проходили горы Рога Бури, перевалы уже вовсю заметало снежными буранами. Проскочить удалось до того, как движение по тракту окончательно встало до следующей весны, но эти два дня в горах всё равно выдались наиболее тяжёлыми за всё путешествие, даже с